— Фига се! Не ожидал.

Тома никогда не была легкомысленной. Своенравной, жёсткой и вполне самодостаточной — да. Наверное, Ходок по своему обыкновению накосячил и теперь расплачивается. С одной стороны, так ему и надо. Ещё месяц назад Олег только позлорадствовал бы. Но теперь в душе поднималось сочувствие.

— С женщинами нельзя терять бдительность, — продолжал изливать горе Данила. — Только расслабился и решил, что наконец-то зацепил её, — она срывается с крючка, заодно вырвав кусок из твоего сердца.

— Да ты, по ходу, философ, — он по-дружески ткнул собеседника кулаком в плечо. — От таких настроений помогает хорошая физическая нагрузка.

— Уверен, если бы не бабы, философия как наука не появилась бы, — Кипренский покорно потащился за Олегом на огород. — Ты береги свою Птичку. Она вымирающий вид femina с правильными установками на семейную жизнь.

— Народ получает то правительство, которое заслуживает, а мужик — ту бабу, — хмыкнул Олег.

— Считаешь, Тома — моё наказание?

— Она твоё спасение от одиночества на больничной койке в старости.

— Что это сразу на больничной?

— Такие, как ты, до гробовой доски не успокаиваются. Поэтому она их настигает раньше остальных.

Лёгкая пикировка взбодрила Данилу. Он привычно огрызался, даже плечи распрямил. Первый раз лопату в грунт вонзил с хеканьем, но потом сбавил обороты. Полина Станиславовна выделила им участок под новые грядки. Мужчины работали рядом, перебрасываясь словами.

— Злой ты.

— Нет, просто реально смотрю на жизнь, — Олег надел бандану, чтобы пот не затекал в глаза. — И рекомендую перестать дёргаться: ты на крючке и уже не сорвёшься.

— А если?

— Оставишь на нём свои внутренности и сдохнешь, — продолжал он уверенно бить по больному. — Я же вижу, ты без своих девочек аж тускнеешь.

— Это да. Осталось только убедить в этом Тому.

— Я в тебя верю, — Олег решил сменить тему. — И что там с ипотекой?

— Этот козёл сам, ну или его мамаша, получил в банке разрешение на перевод всех выплат на Настю. Обычно в случае развода они на такое идут неохотно. Теперь надо думать, как быть дальше, — Данила остановился, опершись на лопату. — Выплаты у них около сорока тысяч в месяц. Зарплата Насти эту сумму перекрывает, но с учётом больной бабули ей будет нереально тяжело. Тем более что от оплаты коммунальных её тоже никто не освобождал.

— Чёрт! — Олег тоже прекратил копать. — И что делать?

— Шустрее шевелить задницей, пока кто-то другой тебя не опередил.

— Ты на что намекаешь?

— Прямым текстом говорю: не подсуетишься — останешься ни с чем, — Ходок сел на любимого конька. — Настенька — девушка красивая, невеста с приданым. В компании все, кому надо, уже в курсе, что она теперь свободна.

— Твоя работа? — насупился Олег.

— Мне оно нафига? — открестился Данила. — Там свекруха её ядовитая — главный источник новостей.

— И что, никак её заткнуть нельзя?

— Не боись, пока ты ловишь ворон, я стою на страже интересов твоей птички.

Кипренский приосанился и изобразил богатыря на границе. На лбу у него осталась полоска грязи.

— Ты, конечно, молодец, но лопату тебе дали не для того, чтобы с ней стоять, изображая девушку с веслом, — голос Пол раздался со стороны дома. — Давай, используй инвентарь по назначению.

Парни дружно вонзили лопаты в землю. Теперь они трудились с удвоенной энергией: со стороны мангала ощутимо тянуло шашлыком. Олег сглотнул слюну синхронно с Ходоком. Сейчас бы пивка холодненького, но чего нет, того нет…

— Чувствую себя рабом на галерах, — себе под нос пробурчал Данила, — у родителей даже близко к грядкам не подхожу.

— Кто не работает, тот не ест, — хмыкнул парень.

— Вот и я о том же: кто девушку ужинает, тот её и танцует — учись, пока я живой.

Кто о чём, Ходок всегда о бабах. Даже если говорит о чём-то другом, их всё равно имеет в виду. Ничего не поделаешь — характер.

— Обязательно, — хмыкнул Олег. — Ты у нас ходячая энциклопедия ошибок, поэтому я, как умный человек, обязательно у тебя поучусь.

— Хочешь сказать, такой умный, что будешь учиться у дурака?

— Эй, доморощенные философы! Пока вы упражняетесь в остроумии, мудрые люди пьют пиво!

От навалившихся проблем голова шла кругом. Настя металась между работой, бабулей и поликлиникой. Врачи разводили руками: «Что же вы хотите в девяносто четыре года?» Настя их понимала, но принять скорый конец самого родного в мире человека не могла. Она с ног сбивалась, чтобы хоть как-то порадовать бабулю.

Родители звонили почти месяц назад и больше на связь не выходили, хотя обычно делали это раз в неделю. Это тоже не прибавляло хорошего настроения. Тем более что они уехали в очередную экспедицию почти сразу после свадьбы. Васенька с первой встречи им совершенно не понравился, и одобрения на брак папа с мамой дружно не дали. Были правы. Но всё ведь шло так хорошо, муж вёл себя идеально! Как им удалось предугадать?

На глаза в который раз навернулись слёзы. Настя вытерла их ладонью и нахмурилась. Не время плакать. Бабушка не должна ни о чём догадаться. Она не врала, просто не договаривала. Муж уехал в командировку в Штаты, и это правда. Про то, что они подали заявление на развод, никто не спрашивал.

Сиделка… Строгую даму прислал Олег. Сказал, всё оплачено и Насте не о чем беспокоиться. Она заглянула в интернет, посмотрела на примерную стоимость подобных услуг и опешила. Ей бы пришлось отдавать почти всё, что остаётся после выплаты ипотеки. Огромные деньги!

Что бы она делала без поддержки Олега, Настя не представляла. Когда он был в городе, звонил каждый день и даже несколько раз вытаскивал её порулить в обеденный перерыв. Он стал единственным светлым пятном в беспросветно серых буднях. Настя сама не заметила, как постепенно отношение к мужчине изменилось; она всё чаще советовалась с ним по мелким бытовым вопросам.

Кран на кухне и сливной бачок тоже починил он. И это именно Олег надоумил Настю сдать ипотечную квартиру, чтобы хоть как-то выровнять финансовое положение. На продажу банк не соглашался ни в какую. Конечно, она написала родителям, у них должны быть накопления — археологи неплохо зарабатывают. Может быть, они даже приедут. Только пока это случится, надо на что-то жить.

Нельзя бесконечно пользоваться хорошим отношением шефа. И так про них ходит масса сплетен, да ещё свекровь подливает масло в огонь. Теперь Настя была уверена: тот визит с дурацким вязанием придумала Ольга Дмитриевна. Она с самого начала делала всё, чтобы Васенька не женился, — и вот, добилась своего. Наверное, стоит ей сказать за это спасибо.

А главное, поблагодарить Олега за помощь. Он за короткое время стал для Насти опорой и поддержкой. Вопрос, чем она будет расплачиваться с незаменимым мужчиной? Страшно подумать, что бы случилось, если бы тогда на шоссе ей встретился не Данила Александрович, а какой-то другой человек. Вот за что ей, никчемушнице, такое везение? Настя всё-таки не удержалась и расплакалась.

Он такой сильный и уверенный в себе! Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Этот мужчина совсем не похож на принца. Скорее, он опасный хищник, вдруг решивший позаботиться о птичке. Она ему на один зуб, глотать такую неспортивно.

Настя улыбнулась сквозь слёзы, представив себе льва и прыгающую по его голове пичугу. Надо выкроить время, выполнить обещание и приготовить для Олега что-то вкусное.

— Настюша, ты опять слёзы льёшь, моя царевна Несмеяна?

Дребезжащий голос бабули отвлёк от самоедства. Через открытые двери было хорошо слышно, родственницы постоянно переговаривались, пока Настя готовила еду. Она быстренько сполоснула и вытерла лицо. От любящих глаз ничего не скроешь…

— Нет, что ты такое говоришь! — она жалобно шмыгнула носом. — Это просто лук для салата.

— Из-за кого же он такой едкий? — подколола бабуля.

— Ба! — возмутилась Настя.

— Я уже двадцать четыре года «ба», а ты всё пытаешься сделать из меня дурочку.