Ваши комментарии делают автора счастливой!

В воскресенье Васенька дома не появился. Абонент оставался недоступен, в какое бы время она ни звонила. Настя не находила себе места, прокручивая события вчерашнего дня. Чем дальше, тем хуже ей становилось. В груди разгоралась всепожирающим пламенем ревность к женщине в красном.

Тогда, в спальне, точно была она. Только не такая холодная и отстранённая. Коллега. Настя не помнила её в универе. Возможно, она преподавала на другом факультете? Самое обидное, что муж с этой дамой вёл себя уважительно. Жене всё чаще перепадала снисходительность или, в лучшем случае, короткое поощрение. От этих мыслей грудь сдавливало сильнее.

Телефон пиликнул входящим сообщением. «Птичка, ты в порядке?» от неизвестного абонента. Олег. Больше некому. На минутку стало легче. «Спасибо, всё хорошо». «Когда начнем делать из тебя Шумахера?» Настя улыбнулась: «На смену фамилии пойти не могу». Они обменялись ещё несколькими фразами. Короткое, ни к чему не обязывающее общение помогло на несколько минут забыть про мужа и его коллегу.

Девушка сама не поняла, как согласилась на первый урок вождения. Встречу назначили во время обеденного перерыва. После работы задерживаться нельзя: дома слишком много дел — ужин сам себя не приготовит и робота-уборщика у неё нет. Днём тоже времени будет совсем мало, но отпрашиваться Настя не хотела. Данила Александрович и так слишком много для неё делает. Она невольно вспомнила, как устраивалась на работу…

В тот день с самого утра всё пошло наперекосяк. Она брызнула зубной пастой на единственное «офисное» платье. Сломался тостер. Настя бешеной белкой скакала по квартире, получая от взбунтовавшейся мебели синяки на бёдра. Она пыталась найти хоть что-то приличное из одежды: во временном пристанище её было слишком мало. Хорошо, друзья пустили пожить, пока молодожёны ищут себе квартиру.

Вася обиделся, что остался без завтрака. Нет, конечно, он ничего не сказал. Даже сам намазал для неё хлеб джемом и налил чай с лимоном. Но любимые зелёные глаза смотрели с немым укором. От этого Насте было мучительно стыдно. Пришлось радостно улыбаться и есть, хотя она терпеть не могла цитрусовые.

По утрам лучше всего пился кофе со сливками и без сахара. Конечно, Васенька в спешке мог об этом забыть. Опаздывал на работу, но всё равно позаботился о жене-растяпе. Он же у неё самый лучший! Девушка с удовольствием подставила губы под пахнущий лимоном поцелуй, на мгновение прижалась к груди любимого. Привычно вдохнула сладковатый аромат его одеколона.

— Пожелай мне удачи!

— По мне, так лучше бы ты сидела дома, — он осуждающе поджал губы, совсем как свекровь. — И мне спокойнее, и пользы больше.

— Вася, но это же твоя мама предложила мне место!

— Если бы она по-прежнему держала тебя у себя в кадрах, другое дело, — наставительно произнёс муж. — А про твоего будущего босса говорят, что он не пропускает ни одной юбки.

— Ясно. Буду ходить на работу в брюках.

Она со смехом встряхнула у него перед лицом новыми тёмно-бордовыми штанами её любимого фасона: вельветовые «трубы». Они отлично подходили к фиолетовой рубашке с абстрактным принтом.

В чём-то Настя была согласна с мужем, и предложение Ольги Дмитриевны стать секретаршей её очень удивило. Ведь, по мнению свекрови, они все как одна сплошь тупые давалки. Зарплата, конечно, вырастет, но в кадрах было тихо и спокойно, отвечать ни за что не надо. Если бы не ястребиный взор свекрови, от которого постоянно свербело между лопаток, Настя не решилась бы.

Ольга Дмитриевна являла собой яркую иллюстрацию к анекдоту: «Свекрови думают, что у невесток на уме только пьянки, гулянки и мужики. Помнят, стервы, свою молодость!» Пока сын заканчивал аспирантуру, а Настя — университет, всё было в рамках приличия. Но когда молодые сразу после свадьбы вселились в коттедж, она показала характер во всей красе.

Через неделю пришлось переехать обратно к бабушке. Молодожёны кинулись на поиски квартиры. Тратиться на съёмную или жить со старушкой Васенька не хотел, они нацелились на ипотеку. Насте срочно понадобилась работа. Ольга Дмитриевна вдруг помогла с трудоустройством, пообещав, что присмотрит за невесткой. Всё-таки деньги в семье нужны, а зарабатывать молодые, по её мнению, должны самостоятельно. И вот теперь такое странное предложение со сменой рабочего места.

Репутация у будущего шефа была однозначная: коварный искуситель и разбиватель сердец. Чего стоила мутная история с его предыдущей секретаршей, которую он перевёл на тёплое местечко подальше от своей приёмной. Кое-кто даже шептался, что она беременна, как и его постоянная любовница. Но соблазн оказаться подальше от ока свекрови был слишком силён, и Настя согласилась.

Ведь у неё нет ни влиятельных родственников, ни денег, разве что красный диплом филолога, но от него толку ноль. Родители-археологи постоянно мотались по миру, а старенькая бабушка сама нуждалась в помощи. У мужа зарплата пока весьма скромная.

— Можно? — она тихонько поскреблась в дверь.

— Войдите, — приглушённо прозвучало из кабинета.

— Меня к вам из кадров прислали…

Она сжалась под изучающим взглядом будущего шефа. Раньше им пересекаться не приходилось, но теперь Настя понимала, от чего млели все девочки в офисе. В кожаном «директорском» кресле развалился красавчик: стильная трёхдневная щетина, длинная чёлка зачёсана назад, костюм сидит на широких плечах так, будто мужчина в нём родился — хоть сейчас на обложку женского журнала.

— С какой целью? — затягивать паузу он не стал.

— Секретарём, — вышло несколько обиженно, но шефа это не смутило, — буду кофе вам варить.

— А вы умеете? — и нескрываемый интерес во взгляде.

Неужели ему так сильно нужен именно кофе? Да любой современный человек умеет пользоваться офисной техникой, и кофеварка там такой же привычный элемент, как принтер с ксероксом. Здешняя больше похожа на космический корабль, но Настя умела ей пользоваться. И чего шеф уставился? Может, у неё что-то не в порядке с одеждой? Исключено, она внимательно рассмотрела себя в зеркале лифта.

— Я много чего умею! — прозвучало двусмысленно.

Настя почему-то была уверена: Данила Александрович от её услуг не откажется. Секретаря он искал давно и уже выставил за дверь целый отряд длинноногих кандидаток, а значит, ищет такую, чтобы работала головой. Ещё Кипренский никогда не связывался с замужними. Настя сжала в кулачок руку с кольцом. Васенька выбрал пару из белого и розового золота, только на Настином была дорожка из маленьких бриллиантов. Свекровь тогда при невесте устроила сыну выволочку — дорого.

— Скажите, барышня, вы чем-то по-крупному не угодили нашему отделу кадров? — вдруг спросил Данила Александрович и криво ухмыльнулся.

Этот вопрос поставил Настю в тупик. С такой точки зрения вопрос своего трудоустройства она не рассматривала. Неужели Ольга Дмитриевна решила таким странным образом унизить невестку? Вот сейчас её выставят за дверь и всё… Лучше уж сразу искать новое место работы. Мысленно Настя посмеялась сама над собой: в стране ведь не хватает филологов с красным дипломом. Она собрала всю свою смелость, сжала кулачки и посмотрела в прищуренные серо-зелёные глаза.

— А что, к вам только в наказание могут отправить?

До этого момента серьёзный, Данила Александрович вдруг расхохотался. Совсем не обидно. Так, что и Настя несмело улыбнулась в ответ. Она всё ещё мялась у двери, не решаясь пройти вглубь кабинета.

— Присаживайся и давай знакомиться, — Кипренский махнул рукой в сторону стульев, — меня можешь называть Данила Александрович при посетителях, и по имени наедине.

— Настя, то есть Анастасия Петровна Званцева, — от радости в душе Насти заиграли фанфары, и она даже сильнее расправила плечи.

— И почему мне твоя фамилия кажется знакомой, а, Настенька?

— Вы же сами знаете…

Она снова поникла. Шеф задумался. Интересно, о чём? Проникнуть в его мысли Настя не могла, оставалось только гадать. А вариантов была масса.