Наверное, Полина Станиславовна скоро вернётся вместе с девушкой. Прозвище «рыбка» ей совершенно не подходит. Она скорее птичка. Маленькая канарейка, выставленная из уютного дома под дождь. Ей нужна защита и забота, он никому не позволит её обидеть!

— Значит, надо ей об этом рассказать, — Олег привстал и требовательно уставился на хозяйку. — Такая девушка не станет терпеть измены мужа.

— Какая такая? — ехидно сощурился Данила.

— Красивая, — буркнул Олег.

— Сразу видно: ты ничего не смыслишь в женщинах. Одной красоты мало, тут характер нужен — а он, при всех положительных качествах этой девушки, подкачал, — Данила прихлёбывал пиво, насмешливо прищурив наглые зенки. — Она слишком неуверенная в себе, закомплексованная и ведомая. Слово мужа для неё закон. Если он скажет, что ничего не было и ей всё померещилось, — значит, так оно и есть.

— Хочешь сказать, что так хорошо её знаешь? — вскинулся Олег.

— Настя проработала со мной почти год. В этой рыбке нет двойного дна, она вся как на ладони, вместе со всеми своими мечтами и проблемами. Ты можешь выпрыгнуть из штанов, но как только скажешь про её муженька хоть одно плохое слово — станешь её врагом, — Данила криво усмехнулся. — И не морщись, я знаю что говорю. Любовь таких девочек не имеет границ и не замечает препятствий. Она как Хатико, до самой смерти верна одному хозяину.

— И что мне делать? — Олег на минуту опешил от уверенности, звучащей в голосе Ходока.

— Зацепила? — сквозь прищур сверкнуло любопытство. — Забей.

Данила отставил пустую бутылку из-под пива и взялся за следующую. Олегу до потемнения в глазах захотелось стереть кривую усмешку с наглой морды.

Он с трудом себя остановил. Нельзя. Не сейчас и не здесь.

— Борись.

— Не сдавайся.

Друзья произнесли привычно тихо оказались рядом, наградив ощутимыми хлопками по плечам. Их поддержка вселила уверенность, которой ох как не хватало. Ведь в самом деле, кто он этой милой девочке? Они ещё толком не знакомы, а он уже слюной каплет.

Олег упрямо нахмурился. Ему ничто не помешает! Даже Настина любовь к мужу. Всё равно он будет ей помогать. Если что, можно даже научить козлину уважать жену.

Перед глазами появились дрожащие ресницы и тонкие пальчики, сжатые в кулачки. Такая несчастная и беззащитная, что сердце сжимается, превращаясь в комок из сострадания. Настя заслуживает большего, чем подлец с кучей баб. Олег из шкуры выпрыгнет, но станет для неё тем самым единственным. Уж он-то никогда и ничем её не обидит. Так что у него перед мужем масса преимуществ.

— Будет сделано, — Олег коротко кивнул старшим.

— Спорим, ты пролетишь? — слегка захмелевший Данила встрепенулся. — Давай, люблю пари. Или слабо?

Он смотрел на Олега сквозь прищур, будто выискивая слабое место для выстрела. Похоже, успел основательно накидаться пивом. Идиот. Впереди упражнение на укрепление всех групп мышц: картофельное поле. Именно так Полина Станиславовна называла земляные работы. Она с удовольствием использовала бородатые армейские анекдоты типа «копать от этого дуба и до обеда», воплощая их на практике.

— Ты меня на слабо не бери. — Олег в очередной раз подавил в себе желание взять придурка за шкирку и встряхнуть. — Я не твой бородатый дружок, чтобы делать ставки на женщину.

— Какие мы правильные. Никто не предлагает соблазнить малышку и бросить, — Данила кривлялся, изображая доморощенного клоуна. — Любите друг друга на здоровье. Если, конечно, ты сможешь добиться взаимности.

— Пошёл ты, — спорить Олег не собирался.

— Данила Александрович, я от вас такого не ожидала, — тоненький девичий голосок дрожал от возмущения.

— Это всё пиво, Настенька, — Ходок подобрался, изобразил на лице улыбку. — Не обращай внимания.

Олег поднял взгляд да так и замер. На нижних ступенях лестницы стояли хозяйка с девушкой. Длинные ножки обтягивали джинсы, больше похожие на леггинсы. Розовая футболка с ярким принтом обтягивала аккуратную грудь. Подробности скрывала короткая джинсовая курточка. Вышитые розовые цветочки украшали бёдра и плечи с рукавами. Каштановые волосы, собранные в высокий хвост, забавно пушились.

Настя больше напоминала подростка, чем замужнюю женщину. Совсем молоденькая и такая робкая. Захотелось подойти, обнять и больше не выпускать. Таким славным малышкам нельзя в одиночку ходить по улицам. Рядом должен быть кто-то, способный оградить от любых проблем.

— Мальчики, позвольте представить нашу гостью: Настя. Не бойся, девочка, здесь тебя никто не обидит, — Полина Станиславовна гневным взглядом прибила Кипренского к креслу. — Данилу ты знаешь, вон того тощего зовут Сергей, рядом с ним наш молчун Вячеслав, а этот красавчик — Олежка.

Девушка бросила на мужчин всего один несмелый взгляд, а у Олега сбилось дыхание. Настя вдруг порозовела и попыталась спрятаться за спину хозяйки. Как мало надо, чтобы её смутить.

— Здравствуйте, Настя, — улыбнулся Сергей.

— Добро пожаловать, — вежливо кивнул Вячеслав.

— Спасибо вам большое за помощь, но я, пожалуй, пойду, — девушка упорно смотрела в пол и мелкими шажочками двигалась к выходу.

— Куда это? Сначала покушай, а потом тебя кто-нибудь отвезёт домой, — крепкие пальцы Стальной Пол сжались на тонком запястье. — Давай, давай, садись за стол. У меня уже всё готово.

— Не стоит, я сама… — почти прошептала Настя.

— Настенька, не упрямься, — хозяйка уверенно подтолкнула к столу окончательно смущённую девушку. — Тебе необходимо подкрепиться. На сытый желудок жить легче и веселее. Правда, мальчики?

— Так точно!

Они дружно гаркнули, заставив девушку вздрогнуть и поднять на них испуганный взгляд. Олег завороженно уставился в шоколадный омут её глаз и пропал. Его затянуло в манящую глубину. Кровь в венах будто вскипела, а в штанах стало тесно. Его кинуло в жар и тут же на контрасте окатило холодом звонкого голоска:

— Спасибо. Я узнала этот посёлок. Дом моей свекрови находится здесь, и я должна увидеть мужа.

как вам герои истории?

Полина Станиславовна давно ушла, а Настя по-прежнему смотрела на дверь. Допрос оставил горечь во рту и тяжесть на душе. Хотелось закрыть глаза и ни о чём не думать, но получилось только первое. Мысли теснились в голове, путались, смешивались в яркий калейдоскоп. Память услужливо подкидывала картинки счастливого прошлого.

Вот Насте нужна консультация по диплому, и руководитель знакомит её с молодым аспирантом. Промелькнул момент их первой встречи: залитый солнечным светом Василий стоит напротив окна в лаборантской. Вокруг его головы сияющий ореол, так напоминающий нимб.

Светлые волосы, пронизанные лучами, похожи на искрящееся счастье. Широкие плечи, умный взгляд, уголки рта приподняты в вежливой улыбке. Сердце Насти замерло и сбилось с ритма. Она никогда не была сильна в экономике и до сих пор не понимала, зачем вдруг включила подобный раздел в свою работу. Наверное, только ради этой встречи.

В начале их знакомства Василий был такой внимательный, терпеливый. Отвечал на глупые вопросы, объяснял ей каждый пункт до тех пор, пока она не поймёт. В такие моменты Настя чувствовала себя неразумным ребёнком рядом с всезнающим отцом, и ей это нравилось. Василий Ильич в любой ситуации оставался настоящим мужчиной: сильным, уверенным в себе и точно знающим, что ей нужно.

Это касалось не только диплома. Настя сама не заметила, как начала советоваться с куратором по всем вопросам. По его уверенной рекомендации переписала несколько глав. Руководитель одобрил. Купила хорошую стиральную машинку взамен сломавшейся, именно той фирмы, что посоветовал мужчина, ставший для неё очень важным. Бабушка была в восторге.

Иногда Настя пыталась спорить, чем вызывала у Василия Ильича покровительственную улыбку. Она никогда не затрагивала его глаз, серо-зелёных, как её браслет из жадеита. Насте нравилось, когда удавалось вызвать его одобрение. Тогда в глубине радужек появлялись золотистые искорки. Она сама не заметила, как начала делать всё, чтобы видеть их чаще.