— Обожаю тебя!

— Ты меня выпорол! — насупившись, ответила немного обиженно.

— Не выпорол, а отшлепал! Заслуженно. Иди ко мне!

Я приподнялась и обняла Громова за шею. С жадностью припала к губам и утянула его за собой на постель. Наши руки блуждали по телу, лаская друг друга. Поцелуи стали быстрыми и нетерпеливыми. Его правая рука опустилась вниз, лаская на пути все мои изгибы.

— Ох… — от нахлынувших чувств выдохнула.

— Ты уже готова, моя девочка. Все еще размышляешь, что можешь без меня? Что у нас с тобой просто игра?

Смущенно улыбаясь, смотрю на него широко распахнутыми голубыми глазами.

— И так будет только для меня. Поняла?

— Да, — прошептала и шумно выдохнула.

Я не знаю, почему Громов на меня так влиял. Но стоило мне лишь увидеть его, как сразу становилось жарко! Сердце радостно и волнительно прыгало в груди, в ожидании близости со своим повелителем.

Громов властно поцеловал в губы, опустил руку и стал нежно порхать пальцами по телу. Его мягкие движения рук сочетались с нежными ласками языком на шее. Мои пальцы лихорадочно блуждали по его спине и рельефным плечам.

Мой мужчина! Обожаю его…

Ласки подобного рода невозможно долго выносить. Жутко возбуждает! Низ живота начинает ныть, растет некий комок внутри, который вот-вот взорвется! Хочется большего! Непреодолимое желание заполнить себя им полностью и без остатка! Ногтями впилась ему в спину.

— Сережа…

— Что, милая?

Мое тело дрожало и требовало большего! Соски нещадно терзались в сладкой муке. Я больше не могу… Хочу его! Извиваясь под ним, начала стонать.

— Пожалуйста…

— Проси, — и заткнул мне рот поцелуем!

Я была уже готова «прибить» его за это! Чтобы самой взять то, что я хочу!

Да, меня бывает очень раздражает самоуверенность Громова и его повадки командира. Но я сама начала понимать, что завожусь от них. Все у нас закрутилось в отношениях настолько быстро, что я и не заметила, как сама себе подписала этот приговор. Он мне нужен… Я признаю это… Я безумно хочу его! До истерических всхлипов и судорожных вздохов, я хочу Сергея!

Мой стон ему в губы был красочнее всех слов, которые я могла бы сказать. Оторвавшись от меня, он посмотрел мне в глаза.

— Пожалуйста! Я хочу тебя! — успела прошептать, пока мне снова не закрыли рот.

— Дерзай! Моя голодная волчица, — с улыбкой откатился и лег на спину рядом со мной.

С безумным рвением я подскочила и набросилась на него. Села сверху и впилась в его губы.

— Обожаю тебя! Хоть ты и невыносим. Обожаю！

Стала целовать его шею, плавно опускаясь ниже. Так же, ответно, прикусила сосок, а после, лизнула. Его реакцией была довольна! Ласкала руками живот, целуя мышцы. Опустилась вниз и стянула с него боксеры.

«Какой же он все-таки… классный!», — подумала я, невольно прикусив нижнюю губу.

Сергей улыбнулся и хмыкнул, оторвав меня от своих мыслей. Я отбросила остатки одежды, запрыгнула на него и стала медленно опускаться, глядя ему в глаза. На пол пути Сергей не выдержал и резко притянул меня к себе, удерживая за бедра.

Стон…

Наклонившись, поцеловала Громова в губы, моего личного «Бога», который дает то, что мне нужно. Мои волосы рассыпались по спине и плечам. Плавные движения стали все более быстрыми. Резкими. Грубыми. Его большие ладони придерживали мои раскачивающиеся бедра.

Мой… Он мой… Как же я сама могла быть без него так долго? Пальцами зарылась в его волосы. Хочется кричать! Сильнее, глубже, быстрее! Но мы не на Олимпийских играх.

На пике чувств, дойдя до края и взорвавшись на тысячу осколков, прикусила его за плечо, заглушая собственный стон. А Сергей зарычал, резко перевернул меня на спину и оказался сверху.

— Мой лев! — погладила его по щеке.

Язык Громова жадно, по-хозяйски, ворвался в мои губы. Быстрые движения бедрами снова вызывали во мне приближение нового оргазма. Ногами обняла его за поясницу, в такт подмахивая бедрами. Наши тела покрылись испариной, ярко блестя в лунном свете, который проникал сквозь приоткрытые шторы.

Сергей приподнялся, сел на колени, обхватил мои разведенные бедра и вновь вошел в меня. Выгнулась всем телом ему навстречу и закрыла глаза. Он остановился и услышал мой возмущенный вздох. Громов хитро улыбнулся, перевернул меня на живот и подтянул к себе, поставив на четвереньки.

— О-о-о, нет！

— О, да! — поцеловал поясницу.

Эта поза была для меня наиболее чувствительной, от которой просто «сносило крышу»! Он легко вошел в меня. Я вся сочилась от желания к нему.

— Ар-р-риша… — прорычал мне сзади на ухо.

Плавные движения переходили в более резкие. Сергей, стоя на коленях, удерживал меня за ягодицы. Толчок за толчком. Сводит с ума… Хочу еще! Подмахивая ему, сжимаю руками покрывало. Он взял правой рукой меня за волосы и чуть потянул к себе. Мое тело податливо, выгнулась, как кошка. Протяжный стон… Уткнулась в подушку. Он снова возвысил меня до высот блаженства… Его короткие толчки и глухой стон послышались следом за моим оргазмом. Накрыв меня своим телом, довольно выдохнул.

— Спасибо, милая, — прошептал на ухо и лег рядом со мной.

Какое-то время мы лежали молча.

— Прости меня, — коснулась его гладкой, рельефной груди кончиками пальцев и нерешительно посмотрела в серые глаза.

Громов сгреб меня в охапку, придвинул поближе к себе и поцеловал в нахмуренный лоб.

— Ты же понимаешь, что я тебя никуда не отпущу? Зачем все это устроила?

— Просто я… Не знаю! Ты резко заявил на меня свои права. Ревность к друзьям, коллегам. Я выпила и натворила глупостей! И еще, наверное, испугалась. Пострадала твоя машина, я сожалею… Но я бы все обязательно возместила!

— К черту машину! Ты могла разбиться! — его голос вновь сделался грубым и я уже начала жалеть о том, что завела этот разговор.

— Да я понимаю… Теперь понимаю. Прости, — уткнулась носом ему в шею.

— Чтобы это было в первый и последний раз, Ариша. Я тебя буду наказывать за бездумные поступки, угрожающие твоей жизни. Поняла?

— Да, — прошептала, вдыхая его личный запах, смешанный со свежим парфюмом.

Сочетание, сводящее меня с ума.

— И да, я тебя ревную. Я собственник, — улыбнулся и погладил меня по волосам. — Или ты жалеешь, что со мной? И хотела бы быть с одним из тех малахольных друзей? Они да, нежнее и воспитаннее меня.

— Нет! Не жалею. Я не знаю, как так вышло, но ты занял все мои мысли. И да, я злюсь сама на себя и не понимаю… Мое тело полностью подчиняется тебе и отзывается, когда я просто увижу тебя. Такого за мной раньше не наблюдалось. У меня было время подумать эти дни. И мне было плохо. Очень плохо, без тебя, Серёж! Да, ты как-то резко ворвался в мою спокойную жизнь и все в ней перевернул. Но… Нет. Я не смогу без тебя… Уже не смогу. Я твоя… — высказала ему все чувства, которые рвались из моей груди.

— Хорошо. В любом случае у тебя не было выбора.

— Что-о-о? — шутя ущипнула его за живот. — Ах ты...

Я ему тут, видите ли, расписываю все, а он мне обрубил — «выбора у меня нет»!

Громов заразительно расхохотался, крепко прижал меня к себе и тихо произнес:

— Люблю тебя!

— Я тебя тоже! Очень…

Господи! «Не прошло и года!» Мы это, наконец, сказали!

Глава 13. Волнение

На следующий день Громов привез меня из Маринкиной квартиры обратно в мою. Когда мы с Сережей зашли ко мне домой, то не известно кто больше был этому рад, я или Рыжик. Кот потом весь день терся об меня, видимо боясь, что я опять могу исчезнуть.

Когда я осталась одна, созвонилась с подругой и в двух словах рассказала ей, что он меня все-таки нашел. И можно сказать, что я легко отделалась. Марина была рада, что мы помирились. Но о методах воспитания Громова, «кнута и пряника», я все-таки умолчала. Она сказала, что ключи я могу передать ей потом, так как она сейчас собирается навестить свою тетю за границей и приедет обратно не скоро.