В общем-то, всё получилось, как и задумывалось. Нас никто особо ни о чём не спрашивал, кроме конечной точки назначения. Андрюха назвал Калугу, что частично было правдой, потому что именно там я планировал оставить Дарго на хранение у своего старого товарища по лётному отряду. Так что после поверхностного досмотра на казахстанской стороне погранперехода мы плавно переместились к россиянам.

Там на нас смотрели уже более строго и внимательно. Характерная одежда в стиле “милитари”, крутые аксессуары и ярко оранжевый представитель китайского автопрома привлекали внимание и вызывали неприкрытую зависть пограничников. Мы равнодушно воспринимали всё вокруг происходящее, потому что реальной опасности не было, а мелкие накладки и придирки можно было и потерпеть.

Один раз я с восхищением понаблюдал, как Андрюха применяет свою профу по отношению к особо настырному, нагловатому сержанту, который тщательно и дотошно, чуть ли не по миллиметру, досматривал нашу машину. Мой друг легко и непринуждённо вовлёк его в разговор, потом сделал классическое “переключение внимания” на подъехавший вслед за нами автомобиль, а ещё несколько фраз спустя настырный сержант уже жал ему руку и за что-то горячо благодарил, а тот лишь смущённо и чуть виновато улыбался, приглашая заезжать в гости по случаю.

– О чём вы с ним так мило беседовали? – лениво полюбопытствовал я, не особо интересуясь ответом.

Мы только что миновали шлагбаум, пропустивший нас на, собственно, саму российскую территорию. Перед этим к нам подошёл вооружённый коротким автоматом погранец в камуфляже, мельком глянул на количество людей в салоне и дал команду на подъём полосатой палки. В отличие от казахстанцев, “бегунки” здесь сдавать не требовалось. Да их, собственно, и не было.

– Мир тесен, а Земля – это квадратный чемодан, где люди встречаются за углом, – немного невпопад откликнулся мой друг, – Чел оказался племяшом моего сослуживца из Челябинска. Ты же знаешь, Николаич, как Система развивает наблюдательность, особенно, если у тебя есть соответствующая профа и навык в артефактных допах. Сначала заметил некое сходство между дядей и племянником, потом как бы про себя пробурчал, что Андрюха Казанцев уже пошёл бы проверять стоящих за нами узбеков на предмет запрещёнки – ну не любит он узбеков, что тут поделаешь. Тот услышал, ответил. Слово за слово, хреном по столу, разговорились. Оказалось, что действительно племянник. Контактами обменялись. Там, глядишь, и правда можно будет как-нибудь заскочить на поболтать.

– А если бы ты ошибся, и он не оказался тем, кем оказался? – я и вправду заинтересовался темой. Было интересно следить за прихотливым ходом его мысли и применяемыми приёмами.

– Тогда нашёлся бы другой крючок, – Андрюха беззаботно улыбнулся и притопил газ, – В нашей профессии манипулятора самое главное – это вовлечь человека в разговор. Как только он пошёл с тобой на контакт, считай, что он уже весь твой, с потрохами.

– Страшный ты человек, Андрюша, – беззлобно поддел его я.

– Ну нет, Николаич, ты неправ! – убеждённо возразил тот, – Страшнее тебя нынешнего – я человека не встречал. А повидал я их немало, уж поверь. Причём в самых разных ипостасях.

– Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку, – процитировал я, – Ладно, давай решать, куда дальше двинем и где ночевать будем.

– А чего там решать? – удивился он, – Дальше по Южному Уралу двинем. Курган, Челябинск, Миасс, Златоуст, а там уже и Уфа недалеко после того, как главный хребет пройдём. В Уфе переночуем и дальше двинем. До Казани доскочим, а там уже и до Москвы рукой подать. Дорога хорошая, погода тоже шепчет, так что доедем нормально, не боись. Навигатор, знаешь, он, если надо, и до Киева доведёт.

– Вот куда-куда, а в Киев нам пока точно не надо, – буркнул я, поудобней откидываясь на сиденье, – Рули давай, Сусанин, блин.

***

* Осмий – при стандартных условиях представляет собой блестящий, очень тяжёлый, серебристо-белый с голубоватым отливом металл. Переходный металл, относится к платиновым металлам. Наряду с иридием обладает наибольшей плотностью среди всех простых веществ. Казахстан является единственным экспортёром чистого осмия.

** Рутений – тяжёлый металл серебристо-белого цвета. Относится к платиновым металлам, в природе встречается редко. Чаще всего рутений получают как "отходы” при аффинировании платины и платиновых металлов.

*** БДР – база данных Реставрации. Виртуальное хранилище копий отсканированных объектов. Количество копий – неограниченно.

Купленный "Роллекс" как основа артефакта.

Комм "Тайм Ровер" (Идеал), который в итоге получился.

Локация: Уфа

Пользователь: Дик Стик

Системный статус: Субъект 2 (Дим)

Дней в Системе: 24

Локальное время (Земля): 03:55

Время до Синхронизации 25: 00:05

В конечном итоге до Уфы мы добирались больше шестнадцати часов. Ехали, особо никуда не торопясь, останавливаясь ненадолго в особо приглянувшихся местах, где Андрюха оставлял метки Телепорта и выгуливал Мэнчина, который тоже не забывал оставлять свои собственные метки. Шайбочек ему я между делом “допечатал” до сотни, чтобы у него всегда был какой-никакой запас. Расходники – штука такая, не успеешь оглянуться, а их уже впритык или совсем не осталось. Пусть лучше будет побольше, тем более что мне с этого вреда никакого, а наоборот одна лишь сплошная польза.

Один раз остановились пообедать в живописном месте на заросшем соснами склоне, где обочь дороги была просторная площадка для большегрузов и симпатичная беседка для пикников. Вот в неё мы и забурились, не обращая внимания на не слишком подходящую для этого прохладную погоду.

Угощал я своих друзей-товарищей блюдами от шеф-повара Шош Кана, начисто позабыв, какой мощный оздоровительный эффект они оказывают на непривычных к подобной пище индивидов. Андрюха ел молча, видимо уже немного привыкнув к творящимся вокруг меня непоняткам, зато шпиц обожрался так, что к концу обеда стал напоминать раздувшийся шерстяной мяч.

– Ему там не поплохеет от такой жрачки? – обеспокоился мой друг, сам с аппетитом наворачивающий простые, но питательные блюда валторианской кухни.

– Поплохеет – поправим, – отмахнулся я, – Ему сейчас всё на пользу. Не зажиреет поди.

Ещё немного полюбовавшись на окружающую нас природу, полную леса, камня, воды и птичьего гомона, мы погрузились в авто и покатили дальше. По дороге мы с другом продолжали качать профы по уже отработанной нами схеме: я изготавливал копию, он “перещёлкивал” её в артефакт – “опки” капали и мне, и ему. Где-то на подъезде к Миассу у меня “тренькнуло”:

Профессия Реставрация (4) получила следующий уровень. Общее количество очков профессии: 1 / 100000.

– Грац! – поздравил меня Андрюха, услышав мой невнятный, ликующий возглас, – Что дали?

– Реставрацию до четвёртого уровня качнул, – довольным тоном заметил я.

– Всего-то? – удивился он, – Я думал ты уже какие-нибудь вершины штурмуешь.

– До вершин мне ещё как до Пекина… пешком задним ходом, – вздохнул я, – Не настолько долго я в Системе, чтобы на вершины замахиваться.

– У меня Артефакторика тоже уже четвёрка, – нейтральным тоном заметил он, – Прямо вровень с тобой иду.

– Чтобы нижние уровни гнать ничего, кроме времени и терпения не требуется, – откликнулся я, – Про верхние же даже думать не хочется – там счёт уже на миллионы и десятки миллионов идёт. Это годы и годы прокачки.

– Возможно, есть какие-то обходные пути? – неуверенно сказал он, – Для особо настырных и пронырливых. Какая-нибудь награда за выдающиеся заслуги или что-то вроде того.