Облегчение заполняет грудь, и мне хочется подбежать к нему, обнять и не отпускать.

       Затем я вижу, что он улыбается, и все мои приятные чувства по поводу его возвращения улетучиваются. На улице холодно, а на мне нет обуви, только носки. Длинная футболка вообще не защищает меня от холода, но я чувствую только жгучую, горячую злость.

      Он подходит ближе, на его лице все та же беззаботная улыбка, и что, собственно, за хуйня?

      Я толкаю его.

      - Где ты был? Мы ужасно волновались. - Голос срывается.

      - Поправка, - говорит Кэш, появляясь в дверях. - Себ ужасно волновался.

      Торн моргает, глядя на меня, и его улыбка исчезает.

      - Ты беспокоился обо мне?

      - Тебя не было два часа! В такой холод... - Я шумно выдыхаю. - Где ты был? Кто тебя привез?

      - Друг.

      - Мы посреди Монтаны, и ты завел друга?

      Взгляд Торна устремляется мне за спину.

      - Ты завел друга и привез его с собой. Может, тебе стоит больше беспокоиться о том, что он делает?

      Я пытаюсь разгадать выражение его глаз, когда он снова возвращает на меня свой взгляд. Его подбородок выпячен вызывающе, и он делает то самое лицо, что делает всегда, когда не хочет ничего объяснять.

      Я не могу его понять. Никогда не мог.

      Я пытаюсь разглядеть за его отвлекающими голубыми глазами, может ли то, что говорит Эндрю, быть правдой. Испытывает ли Торн ко мне хоть какие-то романтические чувства. Ничего.

      - Ты прав. - Я отступаю на шаг. - Мне следует беспокоиться о том, что делает он, а не о тебе. Потому что так это работает. Я не могу беспокоиться о том, что мой менеджер заблудится в чертовом снегу и исчезнет только потому, что я здесь с кем-то. Ты абсолютно прав. - Я дрожу, но не знаю, то ли от того, что промокли ноги, то ли от разочарования.

      - Давай зайдем внутрь, уберемся с холода. - Торн пытается взять меня за руку, но я вырываюсь.

       - Только не исчезай снова. - Я проскакиваю мимо всех, наблюдающих за мной, и возвращаюсь в дом.

      Только теперь не знаю, куда идти.

      Весь этот демарш не так эффективен, если не знаешь, в каком направлении движешься.

      - Себ, подожди, - говорит Торн.

      Я отворачиваюсь и пытаюсь скрыть нахлынувшие эмоции. Облегчение, гнев, замешательство... Любовь? Я не знаю, что сейчас чувствую.

      - Прости, - говорит он. - Я не знал, что ты беспокоишься обо мне, иначе попросил бы Мейсона позвонить домой.

      - Я так и знал! - кричит Эндрю позади нас. - Можно мне пойти и посмотреть на него? Где он? Боже мой, это так круто. Я остановился в доме Мейсона Нэша? – визжит он.

      Торн морщится.

      - Возможно, сейчас самое время обсудить с ним соглашение о неразглашении.

      - Определенно.

      Особенно учитывая всю ту чушь, которую он несёт о том, что у нас с Торном есть взаимная симпатия.

      - Сделай это. - Я в ярости убегаю и направляюсь в нашу с Лемоном комнату, пока Торн разбирается с неловкими сторонами славы.

      Как только я переступаю порог и закрываю за собой дверь, на глаза наворачиваются слезы, и я не понимаю почему.

      Во мне бурлит адреналин, остатки гнева из-за того, что Торн извел меня до полусмерти, исчезнув, а затем появившись, как ни в чем не бывало.

      И что, чёрт возьми, за чушь про то, что он не понимает, почему мне не всё равно?

      Конечно, мне, блядь, не все равно.

      Я меряю шагами комнату, ноги все еще мерзнут от бега по снегу в одних носках. Фу, носки. Я наклоняюсь и снимаю их, швыряя куда попало.

      Я взвинчен. Мне хочется кричать на Торна. Я хочу, чтобы он увидел…

      Увидел что?

      Я хочу, чтобы он увидел, что я не просто его клиент. Никогда им не был. Может, в начале, но с тех пор мы сблизились. И ладно, конечно, я понимаю, почему Лемон думает, что это нечто большее, чем есть на самом деле, но если Торн даже не может признать, что он мой друг, с чего, черт возьми, Лемон взял, что тот влюблен в меня?

      Затем я думаю о том, что сказал Локк, о том, как Торн наблюдает за мной на сцене. Я думаю о тех случаях, когда Торн называл меня своим клиентом. Всегда, когда я проявлял к нему хоть какие-то чувства. Как будто ему нужны эти слова, чтобы поддерживать барьер между нами.

      Или я теперь все это додумываю? Как бы мне хотелось иметь хоть какие-то ответы.

      Воспоминание о том, как я проснулся рядом с ним тем утром, напоминает о моих мыслях.

      Торн был бы идеальным партнером - ну, знаете, если бы не был натуралом.

      Рождественские эльфы-геи посыпали меня волшебной пыльцой, воплощая в жизнь мой идеал парня?

      Такой ход мыслей опасен, потому что, если Лемон ошибается, а я уже все это выстроил в своей голове, то осознание того, что Торн в меня не влюблен, не только разочарует, но и сокрушит мою душу.

      Значит ли это то, что я думаю? Лемон прав?

      Мне нужно это выяснить.

Глава 7. Торн

      Я говорю себе, что не стоит придавать значения реакции Себа на мое отсутствие. Он просто проявил заботу, и ничего больше. Но когда он бежит наверх в их с Лемоном комнату, не могу не заметить, как все смотрят на меня, словно ждут, что я что-нибудь скажу. Не знаю, что именно.

      - Лемон? - спрашиваю я как можно вежливее. - Есть дело, которое нужно обсудить.

      - Держу пари, что есть. - Лемон скачет, да, блядь, скачет, в мою сторону.

      - В столовой. Я схожу за ноутбуком.

      Давненько нам не приходилось просить кого-то подписать соглашение о неразглашении, но как только Себ спросил об этом вчера вечером, я отправил электронное письмо юристам лейбла.

      Когда я беру ноутбук и возвращаюсь в кухонную нишу, где стоит большой обеденный стол из кедра на двенадцать персон, Лемон смотрит на меня с невинной, но в то же время снисходительной улыбкой на лице.

      Он подпрыгивает на стуле.