- И ты не думал, что должен нам об этом рассказать?

      Я отвожу взгляд, потому что держать это в секрете было трудно, но необходимо.

      - Я не хотел никаких осложнений...

      - В смысле?

      - Я не хотел, чтобы ты или Кэш от скуки в туре начали приставать ко мне. Моя работа важна, и я бы не стал пренебрегать ею ради быстрого перепихона с клиентом.

      Себ придвинулся ближе, сокращая расстояние, которое я пытался сохранить между нами.

      - А если я поцелую тебя еще раз, что это будет? Это можно будет расценить как издевательство над тобой?

      Я облизываю губы, все еще ощущая его вкус, и в этот момент мне все равно, если он издевается надо мной, потому что я хочу поцеловать его снова.

      - Зависит от обстоятельств, - уклоняюсь я. - Ты целуешь меня по правильным причинам?

      - Что за причины?

      - Что ты меня хочешь не только для траха. Ты готов поставить на кон мою работу, репутацию группы и всё остальное? Потому что именно это ты и сделаешь. Наши отношения не могут быть временными, и они не могут быть экспериментом по проверке, сможешь ли ты построить отношения. Я не могу быть тем, кем ты хотел видеть Лемона. Это должно быть по-настоящему.

      Себ колеблется.

      - Это слишком большое давление.

       - Я знаю. Но сейчас не тот момент, когда можно сначала действовать, а позже разбираться с последствиями.

      - Я знаю.

      - Все, что мне нужно, чтобы ты хотел меня, потому что это Я. А не потому, что я удобен.

      Он издает резкий смешок.

      - Мои чувства к тебе совсем не удобны.

      - Что ты хочешь этим сказать?

      - Если бы хотел простого перепихона, я бы не отправлял Эндрю домой.

      - С ним было бы проще, - замечаю я.

      Себ сокращает разрыв между нами.

      - С каких это пор я выбираю легкий путь?

      - Я не хочу усложнять твою жизнь еще больше, чем уже есть.

      - Когда ты исчез сегодня, я никогда в жизни не был так напуган, - шепчет он. - Думал, что могу потерять тебя, и тогда я понял, что Эндрю прав.

      - В чем именно?

      Себ проводит большим пальцем по моему подбородку.

      - Я люблю тебя так же сильно, как и ты меня. Просто… я не понимал этого, пока мне на это не указали. Случайное восхищение и полное доверие - это не то, что говорит о вечной любви, но это определенно отличная основа для нее. Если бы знал, что есть возможность большего, может, я бы раньше увидел, что это такое на самом деле.

      - И что это?

      - Любовь, сбивающая с ног.

      Мои губы приоткрываются, когда я прерывисто вздыхаю.

      - Ввязываться неразумно. Вот почему…

      - Вот почему ты никогда не говорил мне о своих чувствах?

      Я киваю.

      - Прессе понравится, лейбл - возненавидит, а Кэш и ребята будут беспокоиться о том, что это значит для группы.

       - Я все это знаю. Мне просто все равно.

      - Если я поцелую тебя еще раз, - говорю я тихим хриплым голосом. - Мы перейдем границу, и мне нужно знать, что ты готов к этому.

      Он отвечает мне тем же тоном.

      - Я очень готов к этому.

      Мои глаза закрываются, и я, наконец, позволяю себе сдаться.

      - Это все, что мне нужно.

Глава 8. Себ

      Торн на этот раз касается моих губ. Он целует меня. И в момент прикосновения его губ, словно что-то высвобождается, и всё происходит внезапно. Взрыв эмоций, которые я подавлял, кажется, годами.

      Каждая улыбка, посылаемая мне им сбоку от сцены. Каждая наша ссора из-за одежды, которую мы с Кэшем носим, ​​из-за того дерьма, что мы несем в интервью. У него всегда было это выражение лица, одновременно закатывающее глаза и гордое.

      Внезапная нежность к нему, бурлящая в моей груди, это что-то новое, но его постоянное присутствие в моей жизни облегчает принятие.

      Я понимаю нерешительность Торна. Время выбрано странное, но, без сомнения, тепло и наполненность внутри, когда я нахожусь рядом с Торном, это нечто большее, чем отношения менеджера и клиента. Это больше, чем просто дружба.

      Точно так же, как в этом поцелуе нет нежности или заботы, в нем есть все. Это признание, и моя душа откликается на него. Откликается так, как никогда не реагировала ни на кого другого. Поцелуи - это только губы и язык, но с Торном? Это ебаный незабываемый опыт. Бабочки порхают внутри, а кожа словно горит огнем.

      Самое неожиданное во всем этом то, что, когда его язык проникает в мой рот, я не только растворяюсь в нем, но и на сто процентов позволяю ему взять верх.

       Я позволяю его рукам блуждать по спине и сжимать мою задницу. Я позволяю его языку завладеть моим, и с каждым движением подчиняюсь все больше и больше.

      Это не мой обычный подход к сексу. И я, блядь, надеюсь, что именно к этому все и ведет.

      При других обстоятельствах я бы взял все под свой контроль, потому что мне это нужно. Потому что, если бы я этого не делал, таблоиды разнесли бы обо мне всякое дерьмо. Я никогда не мог доверять никому из тех, с кем был, но с Торном я могу забыть обо всем.

      Его поцелуи настойчивы, его хватка на моих бедрах все крепче, и чем сильнее он давит, тем больше я расслабляюсь и тем больше контроля ему отдаю.

      - Нам нужно внутрь, - шепчет он мне в губы.

      Да. Внутрь. В кровать.

      - Ты первый, - говорит Торн. - Иди в мою комнату и сними с себя все. Я приду через пару минут.

      - Ты не хочешь, чтобы другие знали?

      - Пока нет. И уж тем более не сейчас.

      О, да. Это будет не самый приятный разговор. Торн кивает в сторону дома.

      - Иди.

      Я быстро подчиняюсь, но как только вхожу, Эндрю, моргая, смотрит на меня с дивана в парадной гостиной.