Всё кончено. Между нами все кончено.

Примечание к части Для тех, кто читал "В центре внимания" напомню, а кто не читал - поясню название группы Кэша "Сash Me Outside".

Оно обыгрывает и имя солиста и отсылку к популярному в США мему, по сути означающему аналог русской фразы "Пойдем выйдем".

В оригинале на ТВ-шоу (до того, как стала мемом) фраза звучала "catch me outside how about that" и подразумевалось следующее: подойди ко мне поговорить снаружи/когда выйдем с передачи, так мы сможем решить все проблемы, возможно, с применением физической силы, но из-за утрированного акцента девушки ее произнесшей, слышалась как "cash me outside how about that". Для передачи этого акцента теперь специально используют изменённые слова. Она широко используется в постах в социальных сетях и сократилась до "cash me outside". Глава 1. Кэш

      - Похоже, вы все отлично провели время вчера вечером. - Звук голоса Торна в это раннее утро словно вонзает мне в мозг миллион крошечных ножей.

      - Шшшш, - произносит Себ, мой ведущий гитарист. Мы родственные души.

      Кресло, на котором я уснул, неудобное… подождите… а в моем гостиничном номере было кресло?

      Я приоткрываю глаза и убираю длинные волосы с лица. В последнее время они так сильно отросли, что свисают ниже груди, и я могу использовать их как занавеску, когда сплю. Я медленно ерзаю и оглядываю комнату. Высокие потолки, кирпичные стены, черные доски пола и свет. О, боже мой, резкий свет в гримерке.

      - Когда мы добрались до арены?

      Мой барабанщик, Джаспер, смеется надо мной.

      - Мы притащили сюда твою отключившуюся задницу.

      - О. Отличная работа. - Я снова закрываю глаза. - Вперед, команда.

      - Возможно, тебе стоит взбодриться, - говорит Торн.

      Я открываю один глаз и сердито смотрю на нашего менеджера.

      - Зачем?

      Торн улыбается.

      - Мне позвонили. Это официально. Двухчасовой сет на главной сцене в «Долине Смерти» - твой.

      - Святое дерьмо, - восклицает Грег, наш басист. - Нихуя себе, правда?

      Торн, спокойный и, как всегда, безупречно одетый в костюм, говорит:

      - Нихуя себе, правда.

      Парни вскакивают со своих мест, внезапно забыв о похмелье.

      У меня оно усиливается. Я не двигаюсь. Даже дышать не могу. Путь сюда был долгим. Очень. Блядь. Долгим.

      Гораздо дольше, чем я думал.

      Годы дерьмовых концертов после еще более дерьмовых самофинансируемых туров, два шага вперед, десять гигантских скачков назад. Количество раз, когда мы почти подписывали контракт с лейблом, но что-то шло не так, и сделка срывалась, было душераздирающим.

      Когда мой первый соло-гитарист узнал, что я гей, он свалил быстрее, чем кто-либо из нас успел сказать «гомофобный уебок». С тех пор мы пережили уход басиста из-за зависимости и необходимости отдохнуть от «сцены», а также ударника, попавшего в аварию и потерявшего чувствительность руки на тридцать процентов. Он все еще мог заниматься обычными делами, но играть больше не мог.

      Потребовалось много разочарований и семь лет работы на двух работах, чтобы содержать наши нищие задницы.

      Но удивительно, как быстро все может измениться в этом бизнесе.

      Мы подписали контракт с «Джойстар Рекордс» три года назад, и с тех пор нас ничто не останавливало. СМИ называют нас инста-знаменитостями, потому что мы добились успеха с нашим первым студийным альбомом, но они не принимают во внимание все выпущенные нами инди-альбомы, и то дерьмо, через которое нам пришлось пройти, чтобы попасть туда. Они не знают о бесчисленных ночах, когда я думал о том, чтобы сдаться и бросить все это.

      Эгоистично - и глупо - я хотел доказать, что могу это сделать. Я знал, что у меня есть талант и стремление, но в этом бизнесе это не гарантия. Нужно больше.

      И, возможно, самоутверждение не имеет никакого отношения к индустрии, а связано с одним парнем, с которым я не разговаривал восемь лет.

      Восемь. Ебаных. Лет.

       На первом курсе колледжа Шерлок ушел в тень. Я так и не понял, заблокировал он меня на всех известных мне аккаунтах социальных сетей или удалил их все. Я написал нескольким школьным друзьям, но Шерлок был таким гениальным ботаником, что люди едва помнили о его существовании, не говоря уже о том, чтобы знать, чем он занимается через два года после окончания школы.

      - Думаю, он впал в кататонию. - Себ щелкает пальцами у меня перед носом.

      - Что? - Мой голос звучит ошеломленно, но, эй, давайте спишем это на события прошлой ночи, а не на навязчивые воспоминания о Шерлоке Эмерсоне и договоре, заключенном в последний вечер нашей встречи.

      - Может, у него инсульт - Спрашивает Джаспер.

      Я отмахиваюсь.

      - У меня не инсульт. Это охуенно грандиозно. - Больше, чем просто грандиозно, но по другим причинам, чем для парней.

      Себ поднимает меня и заключает в объятия.

      - Это новый уровень, чувак.

       Я крепко держусь за него, боясь упасть обратно.

      - Это... безумие.

      - Все, что лишает тебя дара речи - безумие, - говорит Торн.

      Я высвобождаюсь из объятий Себа.

      - Да, да, да.

      Торн хлопает в ладоши.

      - Ладно, Кэш, иди прими душ и проснись как следует. Мальчики, приготовьтесь к встрече.

      - Подожди, который час? - Я оглядываю комнату. - Еще раз, в каком мы городе?

      Все смеются.

      Торн сжимает мое плечо.

      - Может, на некоторое время откажешься от алкоголя?

      Это не ответ на мои вопросы, но неважно. Торн подталкивает меня к ванной.

      - Иди.

      - Хорошо, - бормочу я.

      Стоя под струей, я постанываю от кипятка, обжигающего мои уставшие мышцы. Длинные волосы падают на лицо, и мне нужен хороший шампунь, но я нанесу на них средство, чтобы они всегда выглядели влажными, и вымою их вечером в отеле.