Его задница сжимается вокруг моего члена, а дыхание становится поверхностным и прерывистым.

      - Я сейчас...

      - Сделай это, - выдыхаю я. Внезапно я начинаю умолять его.

      Кэштон запрокидывает голову, и сперма вылетает из его нетронутого члена, попадая мне на предплечье, обхватывающее его грудь.

      Я надавливаю чуть сильнее, толкаюсь чуть быстрее, пока не содрогаюсь и не наполняю презерватив.

      Пальцы впиваются в его кожу с такой силой, что он бормочет что-то о синяках, и мне приходится заставлять себя успокоиться, продолжая двигаться в нем, испытывая самый сильный оргазм в своей жизни.

      Когда я, наконец, замедляюсь, а тело Кэштона превращается в желе, я выхожу из него. Я нахожу мусорный бак в передней части автобуса и выбрасываю презерватив, одновременно пряча член.

      - Мой Шерлок, - бормочет он, когда я снова подхожу к нему.

      Я всегда буду для него Шерлоком. Только теперь это даже не мое имя.

      Он всё ещё стоит в той же позе, и если бы у меня был такой же период восстановления, как в восемнадцать, я бы захотел повторить это снова. На его бёдрах красные следы от моих рук, использованный, скользкий анус, который я хочу снова заполнить, и он всё ещё согнут так, что я мог бы прямо сейчас сделать эротические фотографии и иметь материал для своей коллекции для дрочки на всю жизнь.

      Что он сказал? О. Верно. Имя.

      - Э-э, насчет этого...

      Кэштон выпрямляется и поворачивается ко мне.

      Мой голос хриплый, когда я выдавливаю свое признание.

      - Теперь меня зовут Локк.

      Его карие глаза моргают, пока он не понимает, о чем я говорю. Он натягивает штаны так быстро, как только возможно.

      - Локк?

      - Ты же знаешь, я всегда ненавидел свое имя. - Я пожимаю плечами. - Поэтому, я сменил его. Юридически.

      - Когда? - Вопрос, по сути, не сердитый, но он не собирается устраивать вечеринку в честь моего нового имени в ближайшее время.

      - До того, как закончил Уортон. Я хотел, чтобы во всех моих сертификатах было указано новое имя.

      Я словно вижу миллионы вопросов, проносящихся в его голове, теперь, когда наши мысли не затуманены сексом.

      - Возможно, нам нужно кое-что обсудить, - говорю я.

      Кэштон скрещивает руки на обнаженной груди.

      - Да ну нахер.

      Вот. Именно эту реакцию я ожидал, когда мы снова встретились.

      Если бы он убил мозговые клетки, устраивая вечеринки в стиле рок-звезды, и забыл бы меня, знаю, у него бы не было проблем с тем, как я вел себя восемь лет назад, когда полностью вычеркнул его из своей жизни.

      Я сделал то, что считал правильным выбором - единственным выбором.

      Когда кто-то совершает ошибку, рано или поздно ему приходится сталкиваться с последствиями, и мое время пришло.

      Вместо того, чтобы закричать или перейти к делу, Кэштон подходит ко мне и заключает в объятия.

       Сначала я удивлен и застигнут врасплох, но потом растворяюсь в нем, теряясь в знакомом ощущении того, что он немного ниже меня ростом.

      - Я наору на тебя через минуту, - говорит он. - Прямо сейчас я хочу, чтобы ты обнял меня и заверил, что ты здесь. Пожалуйста, скажи, что это реально.

      Я вдыхаю запах секса и пота и не могу сказать ему то, что он хочет услышать. Я не совсем уверен, что это происходит на самом деле.

      - Если нереально, то не хочу, чтобы это заканчивалось, - шепчу я.

      Я никогда не думал, что это случится. Кэштон был воспоминанием, которому невозможно соответствовать, но то же чувство целостности, которое я испытывал с ним, окутывает меня так же, как его теплые объятия. Это накрывает меня, как одеяло, и я совсем не хочу его отпускать.

      - Не думал, что это произойдет, - говорит Кэштон.

      Я тоже не думал. Я не понимал, что должно было произойти, чтобы я увидел свою жизнь за последние десять лет такой, какой она была. Легкомысленной.

      Это не мешает мне высказать то, что вертится на языке, и обрушить на него.

      - Тебе действительно потребовалось очень много времени, чтобы выступить здесь.

      Кэштон разражается смехом.

      - Придурок.

      Я мог бы стоять так вечно, обнимая его, но знаю, что так дело не пойдет.

      Он отстраняется и смотрит на меня своими темными глазами.

      - Ты меня игнорировал.

      Со вздохом я отпустил его.

      - Да.

      - Объяснись.

      - Я идиот?

      - Я знал это много лет. Попробуй еще раз.

      Я заставляю себя улыбнуться.

      - Ладно. Давай попробую.

Глава 5. Кэш

      Зеленые глаза Локка смягчаются. Его челюсть по-прежнему угловатая, нос узкий, но раньше кожа была бледной и веснушчатой. Теперь его великолепные веснушки не такие яркие из-за легкого загара.

      Его взгляд скользит по моему обнаженному торсу до обтягивающих штанов, и выражение его лица почти заставляет меня простить его без вопросов.

      Он выглядит потерянным, как раненый щенок, и хотя я знаю, что ни в чем из этого нет моей вины - это он бросил меня - не могу избавиться от чувства ответственности.

      Это так чертовски поразительно, что мужчина, который только что оттрахал меня до беспамятства, - тот же самый парень, стоящий передо мной прямо сейчас с выражением неприкрытого страха и неуверенности на лице, словно он может проснуться в любую минуту.

      Я знаю это, потому что именно это сейчас происходит у меня внутри.

      - Хочешь выпить? - спрашиваю я. Я подхожу к мини-холодильнику. - У тебя есть выбор: пиво или «Доктор Пеппер».

      Лицо Локка озаряется.

      - Ты помнишь.

      - Я помню о тебе все, и, учитывая, что твое пристрастие к вишневой коле было одной из главных черт твоего характера, когда ты был подростком, я ни за что не смог бы этого забыть.