Небольшой лесной пятачок буйных дубов посреди седой степи показался мне хорошим укрытием.

Предварительный облёт беспилотником показал благоприятные условия. Тепловизор не увидел крупных животных, бортовой компас не сходил с ума от зашкаливающих значений электромагнитных полей, картинка с камер выглядела чёткой и без внезапных помех. Оставалось пройти на ту сторону и счётчиками обмерить местность. Но внешне мне всё нравилось. Высокие раскидистые дубы скроют нас и самоходку от обзора, отсутствие троп минимизирует встречу с живыми людьми, а избыток древесины позволит развести костёр, что отпугнёт айнов. Что ещё для счастья надо?

— Неплохой выбор, — постулировала Алина, глядя на экране ноутбука, как я облетаю рощицу и поисках пристанища. — Вижу, много валежника на земле. Это сэкономит нам силы и время на сбор дров. Будем в тепле костра и при свете пламени.

— И я не вижу поблизости следов деятельности человека, — поделился я. — Местные охотники сюда если и заходят, то не в том количестве, чтоб натоптать дорог. Сверху в округе не видать селений.

— Это и хорошо, и плохо, — подумала вслух действительный тайный советник первого класса. — Раз местное население обходит стороной урочище, оно может представлять для них опасность. Что опасно для них — может быть опасно и для нас.

— Вот и разведаем заодно. Всё равно энергии в аккумуляторах почти не осталось. Упадём минут через несколько.

Стянул с себя очки дополненной реальности, поднялся в самоходку, сложил их на свободное сиденье. Вслед за мной поднялась и Бериславская, без слов и напоминаний вызубрившая порядок действий. Отложив ноутбук на сиденье, сама забралась на водительское место.

Спустилась с крыши самоходки Лана, девчонки из охранения стали сворачивать удочки и приготовились грузиться.

Давать команды уже излишне. Тупых я в рейд не брал. Уж к исходу второго-то дню экспедиции можно запомнить циркуляр. Я на пульте «птички», девчонки в прикрытии, я разведываю местность впереди посредством Путей, приглашаю всех вслед за мной. Казалось бы, выучить могла бы даже самоходка с интеллектом карбюратора и ICQ трамблёра.

Проброс Пути, смена очков дополненной реальности системой защиты дыхания, проход на ту сторону, и пошло-поехало. Дозиметр, газоанализатор, электромагнитные поля…

Скальные породы под ногами исчезли. Перейдя Путями, я оказался под сенью рощицы, ступив на мягкую подстилку опавшей листвы. Земля сплошь и и рядом усеяна мелкими веточками, павшими листьями и желудями. Мягко пружинила под моим весом эта подстилка, спору нет. Но вот шуршала, хрустела и трещала нещадно. Это хорошо. Никакая сигнализация не нужна. Тут даже уж беззвучно не проползёт.

Покуда не рухнул беспилотник, осторожно посадил «птичку» на землю. И уже после этого, не стесняемый никакими временными рамками (за исключением граней разумного), стал обхаживать рощицу вдоль и поперёк, ища удобные места для размещения личного состава.

Развёртывание пункта временной дислокации заняло чуть больше времени, чем намедни.

Разложиться в пещере — это, конечно, хорошо. Не надо тратить время на возведение укрытия, сбор хвороста, дров, разведение очага. Роль убежища выполняли своды природного образования, а топливом нас снабжали газовые баллоны для горелок.

Но вставать лагерем в подлеске — это уже другой коленкор. Да, в машине валяется метеостанция, но она абсолютно бесполезна, если я не знаю местной метеорологии. А я её и не знаю. Вдруг ночью дождь? Ладно, людей я положу спать в технику. Для этого нам транспорт и нужен: как самоходная палатка. Но отпугивающий айнов костёр нужен нам горящим всю ночь. Ладно, хрен с ним, с костром, сложу «нодью» из брёвен: гореть будет до завтрашнего полудня точно. Но сильный проливной дождь и её может погасить. Надо учесть возможность осадков и соорудить навес для костра: достаточно плотный, чтоб защитить очаг от затопления сверху, и достаточно высокий, чтоб навес не воспламенился от огня…

Покуда выгрузившиеся из техники девчонки занимали привычные сектора обстрела, я, прибрав в кузов машины РПК с беспилотником, принялся набирать всё, что плохо лежит. Ворох листьев для разведения огня, ворох мелкого хвороста для занятия оного же, брёвна для костра-нодьи…

К слову, я же говорил, что тут, «за речкой», температура воздуха будто бы выше, чем в лесах? Так вот. Я зае8ался тягать эти всратые брёвна! Понятия, бл9ть, не имею, какая там плотность у местной древесины! Но сдох я так, будто ворочал бетонные фонарные столбы или цельнолитые катаные кругляки! Гребучая мембрана в комбинезоне и то не справилась с пароотведением!

Кое-как, с грехом пополам, костеря на чём свет стоит физику, гравитацию, силу трения, рычаги и всё прочее, что не могло дать мне сдачи, я уложил три огромных, в обхват толщиной бревна друг на друга треугольником, верхний в развал двух нижних, и с непечатным сквернословием распрямил спину.

С тяжёлым вздохом расстегнул камербанды «плитника», сбросил на землю жилет, расстегнул комбинезон и скинул с торса его верхнюю часть, оставшись в одной влагоотводящей футболке, сырой насквозь, как сто мышей.

Катя, с преисполненным искреннего сочувствия и сострадания взором, окинула меня заботливым взглядом и махнула в мою сторону рукой.

— «Воздыхание».

Мою тушку окутал не очень быстро, но, тем не менее, двигающийся воздушный поток, приятной прохладой начавший охлаждать тело. Получился этакий кондиционер-вентилятор в исполнении Ветровой.

— Спасибо, Кать, — выдохнул я. — Чё ж эти сволочи такие тяжёлые… Древесина, а весит как чугунный мост…

Ева, даром, что капеллан, а не сдержала простодушной улыбки.

— Так, Силой упитанное древо же, вестимо, — улыбнулась Распутина. — Жилы да волокна оную вобрали, да паче чугуна укрепились. Сбитные уродились древа, потому и тяжесть несусветная.

— Да это всё понятно! — махнул рукой в ответ. — Кудесами с плотностью вещества меня не удивишь. Непривычно всё это для меня. В моём мире дерево настолько тяжёлым бывает только, когда сырости наберётся.

Но, пока что суть да дело, а небо темнеет. День катится к закату, и нам, вообще-то, необходимо готовиться ко сну. Хоть и «работаем» по восемь часов с перерывом на обед вместо двенадцати-тринадцати, но это я могу сиднем сидеть весь день к ряду, да Лана, судя по всему, трёхжильная. А девчонок пожалеть надо. Одна — вообще полторашка, у таких сил, как правило, и без того немного. Три другие вообще ещё студентки-курсантки. Да, при необходимости я всерьёз рассчитываю прибегнуть к их навыкам и щитам, но физические силы никуда не спишешь. Поди-ка, постой в комбинезоне, «броне» и с оружием весь день!

К слову, надобно навес для «нодьи» соорудить. Этим, пожалуй, и займусь, раз я тут единственный мужик. Не заставлять же соратниц заниматься стройкой? Тем более, что и аккумуляторная пила из моего мира в самоходке валяется, и аккумуляторная же ударная дрель, и не менее ударный шуруповёрт, и ещё кое-что из инструментов вместе с оснасткой с собой прихватил… А девчонкам пока что поручим кухню. У них это на удивление хозяйственно получается.

По эту сторону реки (выяснить бы ещё, кстати, что она за птица и где ещё можно форсировать: в будущем однозначно придётся наводить мосты с переправами) ощутимо теплее, чем было раньше. Виной ли тому отсутствие насквозь сырого ветра, пронизывающего даже под боевым защитным костюмом, или же мы уже, что называется, «притёрлись», но этой ночью никто не мёрз. Даже пробуждение вышло более комфортным: девушки покидали спальные мешки и не тряслись от холода. Понятно, что выданное им удлинённое термобельё полностью закрывало тело от горла до кистей и лодыжек, но всё же…

Ночь была относительно тёплой, однако, от костра не отказались. Не испытывая недостатка в топливе, сложили его от души, чтоб горел до утра. И теплее, и светлее, и айнов отваживать…

А вот дальше вышла прелюбопытнейшая история. Настолько, что на ней, пожалуй, задержимся.