Видимо, наше спокойное поведение внушило присутствующим, что причин для паники нет. Никто не бросился расспрашивать, что же такое приключилось, о чём же таком мы говорим и сколько осталось жить деду инсайду.
— Мы закончили, — выдохнула Окси, снимая с руки старца манжету тонометра.
Старец перехватил взгляд молодой женщины.
— Благодарю, младая дева, что выходила меня. Златые твои длани…
— Не стоит благодарности, — улыбнулась она. — Это моя работа. Для этого я тут.
И убрала тонометр с разложенным портпледом ампул в свой рюкзак.
Алина посмотрела на меня.
— Помоги мне, «Мастер». Надобно дедушку переместить и дать ему напиться.
— Покой больных организовали за ординаторской, — подсказала Смазнова. — Следующая дверь за той, где я отдыхала. Если надо лечь и выспаться — значит, надо лечь и выспаться. Я бы настаивала на паре-тройке дней полного покоя для пациента.
— Так и сделаем, Окси, — кивнул я.
Сил у «пациента» оказалось достаточно, чтоб тот смог сам принять сидящее положение.
Ну, как, «сам»… ухватившись за моё плечо сухими старческими пальцами так, что почувствовал даже сквозь ткань боевого защитного комбинезона, подшитого изнутри арамидной тканью по первому классу бронезащиты. Зато сел.
Уже собирались было двигаться к дверям (Алина даже подала своему предку его артефактный посох), когда те осторожно открылись.
— Мастер! — радостный девичий голосок звонко ворвался в операционную.
Секундой позже мне в «плитник» со всей одури влетела златовласая девушка в сарафане.
— Здравствуй, Злата, — улыбнулся я её, обнимая одной рукой.
Второй поддерживал под плечо опирающегося на свою палку-дубалку деда инсайда.
Вслед за мелкой на пороге появился полковник Протопопов с четой Бериславских. Осторожно между взрослыми просочилась и малышка Милослава. Значит, и Морозовы тут.
* * *
На перерыв решили собраться местной офицерской столовой. Благо, что и людей в количестве, и места там много, и время свободное.
Весь наш отряд в сборе — раз. Окси — два. Академики Велесов и Вешняков — три. Чета Бериславских со Златой — четыре. Чета Морозовых с Милославой — пять. И Протопопов, как вишенка на торте. Правда, вишенка ростом со шкаф, но это уже технические мелочи.
А подкрепиться и взаправду не помешало бы. Силы из меня высосали как глубинным насосом. Не могу сказать, что чувствовал себя опустошённым, но, определённо, что-нибудь существенное съесть требовалось.
Что и исполнили. Тем паче, что по местному времени как раз случился обед, и ответственные по кухне нашли возможность изыскать запасов пищи на лишний десяток-другой ртов.
Собрались за общим длинным столом негласным размещением: я с отрядом по одну сторону, Ростислав во главе стола, все же прочие — с другой.
Отдельно пришлось потратить пять секунд времени на то, чтобы схватить Лану за шкирку и насильно усадить хвостатую рядом со мной. Даже после команды к общей посадке за стол девушка осталась в стороне и не спешила присоединяться к трапезе. Заминка не осталась незамеченной для остальных, но все, от Милославы до Протопопова, попридержали свои комментарии.
— Так что же, Александр Александрович? — подал голос первым Свят. — Что поведаешь нам сегодня? Как ваши продвижения? Тяжко ли аль ладно?
— Пока на грани допустимого, — пожал плечами я, садясь за своё место. — Пока самое тяжкое, что встретилось по пути — стая айнов голов на тридцать и непреодолимое болото на несколько лётных дней.
— Будете обходить? — поинтересовался светлейший князь Бериславский. — Сколь велика задержка в пути?
В ответ лишь махнул рукой.
— Уже пересекли. Оставили его за спиной и встали на пару дней для отдыха. Особенно он нужен Вете с Катей.
Морозов заинтересованно повёл бровью.
— Это был единственный способ пересечь топи, — пояснил я. — Болото растянулось на сотни километров во все стороны. Конца-края ему не видно было даже с высоты. Даже человек тонул, не говоря уже про тяжёлую самоходку. Ветрана промораживала всё на несколько метров вниз и на десятки вокруг, чтоб её лёд выдерживал наш общий вес. И так приходилось делать каждый час на протяжении нескольких дней. Будто бы этого мало, газоанализатор постоянно сообщал о наличии злокачественных испарений. Тут и Катя нам пришла на помощь, сносила зловредные массы прочь и даруя нам чистый для дыхания воздух. Только позавчера вечером вышли на сухую твёрдую землю и оставили болота позади. Девчонки от усталости вырубились сразу, как только оказались в безопасном месте.
— Александр Александрович не оставил дев без заботы, — будто бы невзначай добавила Ева. — Одарил собственноличными запасами Силы и предоставил отдых для восстановления.
— Как будто что-то экстраординарное сделал… — буркнул «Александр Александрович». — Само собой разумеется. Что ещё в такой ситуации полагается?
— Действительно, — фыркнула Ветрана. — Не каждый муж так о супруге заботится, как воевода наш Александр свет Александрович о своих подчинённых.
Я ненавязчиво перевёл тему разговора в другое русло. Выслушивать восхваления на грани велелепия в воскресенье мне не улыбалось.
— В остальном без существенных происшествий, — проинформировал присутствующих. — Личный состав налицо. Отсутствующих нет. Жалоб на состояние здоровья нет. Полевой быт наладили, начали к нему привыкать. Вчера организовал девчонкам переход в свой мир, там сменили нательное бельё, отстирали одежду и отмылись сами. Чистоту тела блюдём не хуже чистоты души.
— Окромя той стаи айнов более зверей не встретили? — уточнил Святогор.
— Да была пара куриц. Эдакие ящеры с крыльями. Не знаю, как по-вашему их именовать. У себя бы мы их назвали птерозаврами. А так… Тихо, Свят. Да и идём мы не слишком громко. Стараемся вести себя незаметно. Вот к нам и не проявляют интереса.
Ну, да. Сказал, как обухом по башке. С ноги вломиться как к себе домой на поле чужой брани и походя раскидать стаю псин, которые, со слов местных, рвут окружающих на части похлеще приснопамятного Тузика грелки — это «незаметно»? Ну, да, ну, да… Конечно…
Голос подала Алина.
— Но и взаправду, путешествие протекает менее… напряжённо, нежели ожидалось. Мы готовились противостоять зверю, равных которому ещё не знали. До сих пор же нам… удавалось сохранить своё присутствие в тайне.
Яна улыбнулась словам дочери.
— А как же иначе, моя милая? Вас ведёт умудрённый ратным опытом военачальник, для которого сбережение ваших жизней дороже боевой славы. Махая мечом, вломиться в оголтелую атаку любой дурак способен. Куда важнее свершить то, что поручено.
— Потому и была избрана тактика инфильтрации малой группой, — кивнул я. — Большая армия или экспедиция создавала бы большой шум и была бы заметной. Пока что нам удаётся следовать плану.
— Как и нам, — подал голос Протопопов. — Благодаря Бериславу, удалось провести в Первоуральск сотни рабочих рук и сотни телег обоза, запряжённые сотнями тягловых животных. Сей день растрачен на логистику и размещение людей со скарбом. С последующего же дня все привлечённые станут заготавливать ресурсы для ускоренного возведения фортификаций.
— Был разговор о какой-то конкретной точке, куда нам надо будет выйти, — напомнил ему. — Не появилось точных координат?
— Не без этого, — подтвердил офицер. — Опосля трапезы выкажу тебе карту. Ты явно умеешь с ней работать. Обнаружишь то место на берегу своим летучим оком.
Одной проблемой меньше.
А вот на Морозова смотреть было жалко. Даже взгляд Ветраны говорил, что с её отцом что-то не так. На лицо (и на лице заодно, пользуясь случаем) следы капитального утомления.
— Не высыпаешься? — спросил я Властислава. — Выглядишь так, будто днями и ночами от литейных печей не отходишь.
Уголок рта светлейшего князя Морозова дёрнулся в едва заметной ухмылке.
— Почти что прав, Александр Александрович. Великий Император Всероссийский выдал такой план по производству орудий и стрелятельных припасов, что вся мануфактура перешла на трёхсменный режим выпуска. Мы не были готовы к такому. Пришлось ретиво перестраивать многие производственные цепочки.
