Я развернулась и пошла обратно. Легко, почти вприпрыжку. Солнце грело спину, ветер трепал волосы, и на душе было удивительно спокойно.

— Прощай, — шепнула я, обернувшись на прощание. — Спасибо за всё.

И пошла обратно.

Там, в челноке, меня ждали.

Я шла обратно не торопясь, впитывая каждое мгновение этого прощания. Солнце ласково грело плечи, ветер шевелил листву деревьев, где-то вдалеке лаяла собака, а из открытого окна доносилась знакомая мелодия — кажется, "Владимирский централ", что вызвало невольную усмешку.

Всё было таким... обычным. Таким родным. И таким далёким.

Я остановилась у небольшого скверика, присела на скамейку. Закрыла глаза, подставляя лицо солнцу. Где-то рядом чирикали воробьи, пахло свежескошенной травой и бензином от проезжающей машины.

— Анька? Анька, ты?!

Я вздрогнула и открыла глаза. Ко мне, радостно размахивая руками, бежала девушка — короткая стрижка, яркие серьги, знакомая до боли улыбка.

Катя. Моя бывшая однокурсница. Мы не виделись... боже, сколько лет? Ещё до пандемии, до всего.

— Катя? — я встала, чувствуя себя неловко в этом странном одеянии, которое так отличалось от земной одежды.

— Ты! — она подлетела и обняла меня, счастливая и непосредственная, как ребёнок. — Господи, сколько лет! Ты где пропадала? Я звонила, писала — тишина! Все уже думали, ты уехала куда-то далеко!

— Я... — я замялась, но вдруг поняла, что это правда. Самая настоящая правда. — Я переехала, Кать. Далеко.

— Куда? — она отстранилась, вглядываясь в моё лицо. — Выглядишь... по-другому. Повзрослела, что ли? И одета странно, — она оглядела мой костюм, сшитый явно не в ближайшем ателье. — Это сейчас модно?

— Вроде того, — я улыбнулась. — Кать, у меня всё хорошо. Правда. Очень хорошо.

Она смотрела на меня с лёгким недоверием, но потом махнула рукой.

— Ладно, главное, что жива-здорова. А то я уж думала... — она осеклась. — Слышала про маму. Соболезную.

— Спасибо, — тихо сказала я. — Это было давно.

— А сейчас ты где? Работаешь? Замужем? — Катя сияла любопытством.

Я открыла рот и... рассмеялась. Представить Зариана и Зориана в роли «мужа» было невозможно. Но что-то подсказывало мне, что именно так их и стоило называть.

— Можно сказать и так, — ответила я уклончиво. — Кать, мне пора. Правда. Меня ждут.

— Так давай встретимся! — не унималась она. — Номер дай новый!

Я покачала головой.

— Не получится. Я... уезжаю. Далеко. Надолго. Может быть, навсегда.

Катя замерла, всматриваясь в моё лицо. Потом медленно кивнула.

— Понятно. Секреты, значит.

— Не секреты, — я взяла её за руку. — Просто... другая жизнь. Но я правда рада, что увидела тебя.

Она улыбнулась — той самой улыбкой, которую я помнила ещё с университета.

— И я рада. Счастливо тебе, Ань. Где бы ты ни была.

— Счастливо, Кать.

Мы обнялись на прощание, и я пошла дальше. К челноку. К ним.

Тучка сидела на пороге челнока, скрытого невидимой пеленой, и, увидев меня, выдала такую гневную тираду, что я невольно рассмеялась.

— Иду-иду, моя хорошая, — я подхватила её на руки, и она тут же ткнулась мокрым носом мне в шею, громко мурлыча и требуя объяснений, где это я шлялась так долго.

— Ну как? — спросил Зариан, лениво развалившись в кресле. — Нагулялась?

— Нагулялась, — я погладила Тучку, которая уже успокоилась и теперь довольно жмурилась у меня на руках. — Даже старую знакомую встретила.

— Знакомую? — Зориан насторожился.

— Не волнуйся, — я улыбнулась. — Сказала ей, что переехала и у меня всё хорошо. Это правда.

Братья переглянулись.

— Значит, ты готова, — тихо сказал Зориан.

— К чему?

— К тому, чтобы лететь дальше.

Я посмотрела на Тучку, на них, на звёзды, уже виднеющиеся в синеве неба.

— Да, — сказала я просто. — Куда теперь?

Зориан повернулся к панели управления, его пальцы забегали по сенсорам.

— В Аргем. Как и планировали.

— Аргем? — я поморщилась, вспоминая рассказы. — То самое криминальное гнездо, где нет законов?

— Именно, — усмехнулся Зариан. — Лучшее место, чтобы залечь на дно и придумать, как свергнуть императора.

— Свергнуть императора? — переспросила я, чувствуя, как от этих слов по спине пробежал холодок.

— Шучу, — отмахнулся Зариан, но в его глазах мелькнуло что-то, чему я не поверила. — Пока шучу.

Зориан только покачал головой, но спорить не стал. Челнок вздрогнул, отрываясь от земли. Я прижала Тучку покрепче и уставилась в иллюминатор, где быстро удалялась голубая планета.

— Прощай, Земля, — прошептала я. — Спасибо, что была моим домом.

— Теперь твой дом там, — Зориан кивнул вперёд, туда, где в бесконечной черноте мерцали звёзды.

— С нами, — добавил Зариан, и в его голосе не было привычной насмешки.

Я улыбнулась.

— Да, — сказала я. — Я знаю.

Глава 50

Челнок плавно оторвался от земли, и я в последний раз взглянула на удаляющуюся планету. Голубой шар становился всё меньше, превращаясь в точку, а затем и вовсе растворился в бескрайней черноте космоса.

Я смотрела на то место, где только что была Земля, и прислушивалась к себе. Ждала щемящей тоски, сожаления, желания вернуться. Но внутри было пусто. Спокойно. Только лёгкая грусть — словно закрываешь дверь в комнату, где прошло детство, понимая, что больше никогда туда не войдёшь.

— Всё в порядке? — тихо спросил Зориан, подходя и кладя руку мне на плечо.

— Да, — ответила я честно. — Всё хорошо. Правда.

Он кивнул, и мы полетели дальше.

Дни потянулись размеренной чередой. Мы спали, ели, разговаривали, любили друг друга. Тучка окончательно обнаглела и теперь спала исключительно на головах — то у Зариана, то у Зориана, то у меня, методично проверяя, кто сегодня будет её личной грелкой. Братья ворчали, но терпели.

Я изучала галактику по голографическим картам, учила язык (оказалось, у меня к нему способности, чем очень гордился Зариан), слушала истории из прошлого братьев. Мы становились ближе. Роднее. Настоящей семьёй.

А потом наступил этот день.

— Приближаемся к Аргему, — объявил Зориан, и его голос прозвучал напряжённо.

Я подошла к иллюминатору. Впереди, среди звёзд, начала проявляться тёмная громада — огромная космическая станция, окружённая роем спутников, доков и... кораблей. Много кораблей.

Очень много.

— Боги, — выдохнул Зариан, вскакивая с кресла. — Это не просто армада. Это весь флот Аргема.

Я смотрела, как навстречу нам поднимаются сотни судов — от маленьких юрких истребителей до огромных линкоров, заслоняющих звёзды. Они выстроились в идеальном боевом порядке, окружая нас со всех сторон. Пути назад не было.

— Нас встретили, — мрачно констатировал Зориан.

— Слишком хорошо встретили, — добавил Зариан. — Они знали, что мы летим.

Зориан принял решение мгновенно. Его пальцы забегали по сенсорам.

— Посылаю сигнал о переговорах. Это единственный шанс.

Тишина в челноке стала абсолютной. Тучка, почувствовав напряжение, забилась под кресло и оттуда сверкала янтарными глазами. Я затаила дыхание, глядя на экран, где мерцал значок отправленного сообщения.

Секунды тянулись бесконечно. Одна. Пять. Десять.

Армада висела неподвижно, сотни кораблей, нацеленных на нашу маленькую скорлупку. Я чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

— Пожалуйста, — прошептала я, сама не зная, к кому обращаюсь.

Экран мигнул.

— Сигнал принят, — выдохнул Зориан. — Идёт подтверждение.

Ещё мгновение — и перед нами развернулась голографическая проекция.

Три фигуры.

Они возникли на голографическом экране, заполняя собой всё пространство, — высокие, величественные, излучающие такую силу, что даже сквозь проекцию я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Тёмные волосы. У всех троих. Не белые, как у Зориана и Зариана, а глубокого, смолянистого цвета, с редкими серебряными нитями, поблёскивающими при движении. Но черты лица — те же. Те же высокие скулы, тот же резкий разрез глаз, тот же властный изгиб губ. Одна кровь. Одна раса.