Молча перекрестились…

— А Иггдрасиль… как? — поинтересовался я.

— Научники клянутся, что даже если наступит апокалипсис, Игра будет продолжаться, пока светит Солнце — в буквальном смысле слова. Не знаю, как, но…

Хоббит покачал головой и снова вцепился в трубку.

От его слов у меня пробежал озноб. Если это правда, а в документах Лауры проскальзывало что-то такое… То драться нужно до конца.

Потенциальное бессмертие для человечества, пусть даже и в несколько другом… измерении. Возможность бесконечно развиваться, расти, познавать Вселенную. Это если победим мы.

А если победит условный Запад, то будет мир бессмертных полубогов… И бессмертных же рабов, которые не смогут восстать против хозяев…

… мелькнула было мысль, что на Западе, и не без оснований, думают примерно так же, но я её подавил. Не ко времени…

… а тем более, это всё касается меня более чем напрямую. Бессмертие может быть разным…

— Ну что там, Алфёров, не томи, — простонал генерал, обращаясь к учёному.

— Сейчас, — пропел тот, не отрываясь от экрана, — минуточку… Есть! Не знаю, хорошо это или плохо, но ИскИн принял наше предложение о Рагнарёке и окончательной смерти персонажей, погибших в Битве Богов. Цитирую:

' — Это справедливо. Битва за Миры должна быть особой'

— Насколько я понимаю… просто ИскИн очень запутанно дальше, теологически, я бы сказал… — Алфёров привычным жестом поправил очки и явно настроился на долгие объяснения.

— Ну! — рявкнул генерал.

— Эм… смерть персонажей в Игре будет означать и смерть их в реальном мире. В общем-то это вполне реально — связь с Игрой очень сильная, так что…

Генерал посерел, и прикусил губу, нервно прижав пушистые уши, не слушая подчинённого.

— Плохо, как же плохо… — Потом он выпрямился и оскалился зло, — Что ж… Не стоило привыкать, что умирать в Игре можно много раз… Ничего… мы готовы умирать ради будущего детей, не привыкать… А вот они… посмотрим.

Мэйн* — американский линкор, взорванный в 1898 году у берегов Кубы. Стал формальным поводом для объявления войны Испании, и захватом её колоний. Хорошо известно, что судно взорвали сами американцы.

Чтобы не болтался без дела и не отвлекал людей, меня усадили перед свободным экраном.

— Наушники только не отключай, — приказал капитан Лебедев, — можешь понадобиться. Пока садись вот… смотри — разбиваешь монитор на квадратики… понял? Вот тебе каналы из второстепенных, но если что покажется странным, передавай данные мне. Специалистов не хватает, могут пригодится и такие, как ты, раз уж…

Больщущий экран передо мной разбит на десятки маленьких. Быстро сориентировавшись с управлением, начинаю переключаться, пытаясь ловить информацию, которую в настоящий момент передают соседи.

— Седьмой флот приблизился к берегам…

— … передвижения в лейпцигской базе НАТО…

Но понять суть мог только специалист, которого ввели в курс дела. А так… ну что толку от того, что я наблюдаю передвижение Седьмого флота США? Всё равно же ничего не понимаю.

Потому я переключился на изображения больших городов. Лос-Анджелес, камера… или камеры, послушно приближают… Слышны звуки выстрелов и видно, что Национальная Гвардия проводит зачистку гетто. Жёстко проводит — стреляют не разбирая, кто перед ними. Движения у гвардейцев какие-то дёрганные, они часто смеются… Мать их, да они что, одболбаны⁉

Нью-Йорк… раскатистые звуки автоматных очередей… Здесь уже действует армия вместе с полицией. На улицах творится сущий ад!

Лондон — зачищают индийские и чёрные кварталы с помощью армии, очень жёстко. Идут настоящие уличные бои, гранатомёты и пулемёты применяется обеими сторонами.На голове у меня зашевелились волосы… Не столько потому, что жалко, сколько…

— Капитан, — позвал я временного куратора, — зачистка гетто идёт по всему западному миру. Тебе не кажется, что это нехороший признак? В свете современной политики толерантности и мультикультурализма этого не может быть, потому что это не может быть никогда! У власти же леваки… или я чего-то не понимаю? Почему такой резкий поворот⁈

— Это пиз…ц, — откликнулся он, — значит — на Западе принято решение идти до конца,а правый крен… это не то, что мы ожидали!

— Ядерная война? — нервно поинтересовался я, с трудом укладывая в голове картину мира…Сглатываю… пусть учёные обещали, что даже апокалипсис ничего не сделает с Иггдрасилем «Пока светит Солнце», и есть у меня на это счёт кое-какие интересные мысли. Но дети, родня, друзья… Хреново. Всех не оцифруешь.

— Лебедь, Лебедь, я Щука, — донеслось от наушников капитана, — зафиксировано применение ракет Японией, запрашиваю разрешение на операцию «Цветение сакуры».

— Принято, — ответил ещё больше вспотевший капитан, шевельнув острыми эльфийскими ушами, — отправляю запрос… Операция «Цветение сакуры» подтверждена, действуйте.

Откинувшись на спинку кресла и тяжело дыша, он произнёс глухо, — вот и нет больше Японии… — после чего нервно рассмеялся.

Переключаю каналы на Японию… Мать моя женщина! Понятно, что ракеты Страны Восходящего Солнца были сбиты нами, но ответка… Города Ямато прекращали своё существование — точечные удары по промышленным центрам, по результатам мало чем отличались от ядерной бомбардировки.

Китай… пока молчал.

В России было относительно спокойно, разве что время от времени камера ухватывала отдельные митинги — как условных патриотов, так и либералов. Но уже через несколько минут всё изменилось — всколыхнулась Москва.

Сперва откуда-то из подворотен и переулков начали выплёскиваться небольшие группы правой молодёжи, вооружённые бутылками с зажигательной смесью. Чуть погодя я увидел несколько десятков зародышей мирных митингов и протестов…

… но полиция и армия, введённая в столицу, не разбирала, где мирные протесты, а где…

… правые, впрочем, пострадали как раз меньше всех. У них и подготовка какая-то, и…

— Б… — нервно сказал капитан, — ведь знал, но…

— Знали, и…

— Знали, знали, — подтвердил он мои мысли, — догадаться не сложно. Оппозиционно настроенных граждан в России мало, если мы говорим о тех, кто реально готов выйти на улицы, но почти все они сконцентрировались в Москве и Питере. Было решено не предупреждать… акции, а дать им выступить, а потом уже… купировать.

— Рискованно, — говорю с натугой — мне по сути всё равно, о чём разговаривать, лишь бы не думать… — их кураторы тоже наверняка предусмотрели…

— Ничего… проще провести ампутацию, чем отрезать по кусочку.

Дальше… дальше я в каком-то оцепенении смотрел прямой репортаж из Москвы. Транспаранты, лозунги, стихийные митинги…

… и вот уже по цепочке раздают оружие, а полицейское оцепление действует как-то неуклюже, непрофессионально… Настолько непрофессионально, что пришлось отступать в Кремль.

Люди собираются, выкрикивая самые разные лозунги…

… и я, хотя совсем не специалист, прекрасно вижу, что среди них есть агитаторы, провокаторы и Бог весть, кто ещё, и на чьей они стороне. Полагаю, здесь есть люди со всех сторон…

Ещё чуть погодя в толпе начали передавать еду и напитки…

… и через пол часа озверевшие люди начали творить террор в большом городе. Немногие, очень немногие из тех, кто реально пришёл на митинги.

Но нашлись любители террора и грабежа и среди них. А чуть погодя к мародёрам присоединились люди, которые не участвовали в митингах, но просочились откуда-то из подворотен, как тараканы из-под плинтуса, и вот они-то, не отвлекаясь на штурмы полицейских участков или выкрикивание лозунгов, задали новый вектор.

— А через часок положат всех из пулемётов, — сухо сказал Лебедев, — проскрипционные списки давно составлены. Ну и так… без списков.

В полной прострации переключаю на Турцию… война там уже идёт, но пока против курдов — зачистка курдских городов и кварталов движется по полной. Курды в долгу не остаются, воюют умело и жёстко. Недостаток тяжёлого вооружения перекрывается самопожертвованием.