— Да кто ж про неё не слышал⁈

— Вот… — покивал он, — с неё-то всё и пошло. Сделали… не буду хвастаться, но это ПРОРЫВ на уровне полётов в космос, если не хлеще. Там столько новых технологий отработали, что просто слов нет!

— Отработали… — медленно повторил я.

— Нет, правда — пусть Игра и совместная с основными государствами, но добрую половину сделали именно мы, — закивал Васька, — Эффект присутствия настоящий, а не как ранее и прочее — это пустяки, там много… Ну да не важно, даже я толком не понимаю — не «яйцеголовый».

— Не томи! — Рявкнул я, отбрасывая мысли о том, действительно ли Игру сделали по большей части мы, или это просто Васькины слова. Потому что… а какая мне разница?

— Суть в том, — продолжил он, — что Игру задумывали как… обычную, что ли. Слышал наверное эти истории, как игроки из окна девятого этажа шагали да бойцовых собак в реале «агрить» пытались? А Игра была задумана не столько как реабилитация, сколько как некий… прототип. Так что там много… лишнего — такого, что в Играх корпоративных просто не станут вводить.

Васька устроился поудобней, покусал губу и продолжил:

— Когда начали тестирование, янкесы почти тут же повели себя… грязно. Ничего официально запрещённого, но так… К примеру, мы используем для тестирования добровольцев, они — заключённых. Вроде бы и ничего такого… Но к примеру — их зеки почти поголовно выбирают всяких там орков с троллями и прочих особо агрессивных существ. Зачем? Ведь после года-двух тестирования они станут ещё более неадекватными.

— Почему? — нахмурившись, поинтересовался я, выбрасывая из головы Васькины слова о сугубой добровольности наших испытателей. Свою Контору я знаю…

… но ничуть не хуже знаю негласные правила, о которых не принято говорить вслух.

— Мм… — замялся Васька, — в Игре прямая зависимость между персом и игроком. То есть чтобы быстрее шла прокачка, нужно выбирать подходящего персонажа. Но есть и обратный эффект — орки те же по Игре на грани берсерков, и будут «давить» на выбравших их игроков, делая их более… брутальными.

— Ага, — понял я, — То есть по «ящику» речь шла именно о такой реабилитации? Не только игроманов, но и вообще всяких неадекватов. Любителей кулаками помахать можно в трусоватого пикси запихнуть, «ботаника» — в тролля. Перс «кривой» получится, но зато пациенту облегчение. Так?

— В общих чертах да, — согласился Васька,терзая подбородок, — Но там много всего интересного.

— И?

— Ты нужен как тестировщик, — медленно сказал он.

— Нет, — отмахнулся я, — Васька, мне сколько лет? Я все эти глюки, баги… Нет, знаю конечно, но не программист, всё равно не выловлю. Тебе молодняк нужен.

— И этих набираем. Лёш, — просительно сказал друг, — я не прошу, чтобы ты там с копьём наперевес… Интуиция у тебя, понимаешь? Да и с наблюдательностью всё в порядке, я ж помню, как ты детали подмечать умеешь.

— А ещё… — он чуть помедлил, — ты свой, понимаешь? От тебя никаких приключений не ждут — просто шатайся в своё удовольствие или даже поселись в деревеньке, лишь бы она на тракте была, чтобы ты совсем уж из тамошней жизни не выпадал.

— Много, значит, тестировщиков будет? — Опускаюсь обратно на стул, задумываясь над предложением всерьёз.

— В точку, — закивал друг, — Там и «супер-агенты» всех мастей будут, и пенсионеры как ты, и школота всякая. Говорю же, от тебя ничего особо не требуется, просто поиграй там, поживи. От тебя чуть-чуть сведений, от другого… Глядь, а картина «в целом» у нас уже есть. Понял?

— Я-то понял, а мне с того какой интерес?

— Ну ты… тебе в Игру предлагаю играть! — Возмутился он.

— Ва-ась, — Сказал я «ласково», — не дави. Мне все эти «пробежки по настоящему лесу» не нужны — в провинции живу, у меня настоящий лес в пяти минутах ходьбы. Адреналин тоже — «наелся» в своё время. Бабы рисованные? Не поверишь, но настоящая есть, причём красивая и даже молодая.

— А ты хоть раз попробуй, — тоном змия-искусителя проговорил Васька, — потом и поговорим…

— Вась, не пудри мне мозги. Если есть конкретное предложение, так давай.

Друг тяжело вздохнул, укоризненно глядя маленькими, изрядно заплывшими глазками. Но видя, что меня этим не проймёшь, сказал неохотно:

— Лечение. Суставы твои… в общем, можно вернуть былую гибкость.

— Это и я знаю — в Германии, за охренительные бабки. Не верю! — Чуточку демонстративно показываю недоверие, но «чуйка» уже вопит — надо брать!

— У нас, причём недорого. Просто начали только-только — пока освоят, пока… Годы пройдут. А так тебя «по блату» одним из первых.

— Ну вот с этого бы и начинал… С блата, — встал я со стула, — Ну где там… Капсула?

Но до капсулы дошли не скоро, сперва была серия лекций про Иггдрасиль — так называлась Игра. Название не случайно — Мир Игры состоит из девяти Миров, каждый из которых обладает интересными особенностями. Есть’Нижние', пока закрытые Миры, где можно… пошалить — вплоть до умеренных пыток (вот здесь я не понял, а Васька не объяснил, сам не знает подробности) до Верхних, высокоморальных.

— Пока открыто три Средних Мира, — вещал ботанистого вида лектор, — условно их можно назвать Миром Магии, Миром Меча и Миром Паропанка. Как легко догадаться, в Мире магии заклинания работают сильней, а в Мире Паропанка…

— Не работают, — закончил я за него.

Парнишка поправил очки и осуждающе глянул:

— Как раз таки работают, но — во-первых меньше, а во-вторых, здесь на интуиции не выйдет магичить, нужно будет вводить всякие там поправки на влажность воздуха, наэлектризованность атмосферы и тому подобное. Научная магия, проще говоря. Ну а в Мире Меча прокачаться магу просто сложнее, там меньше маны — потому играть там воином значительно легче. А само сотворение магии — что-то среднее между Паропанком и Магическим Мирами — то есть какие-то знания нужны.

— А… объём Миров какой? — поинтересовался я.

Парнишка посмотрел на меня благосклонно и покивал — дескать, этот старый хрен чуть умнее, чем он думал.

— Правильный вопрос. Каждый из миров примерно в девять раз больше Земли, так что первооткрывателям там будет интересно. Ну и рельеф сложней — больше условно непроходимых гор, морей, бурных рек и всего прочего. Вдобавок время от времени география будет меняться — то Великие Землетрясения, то Битва Богов.

Иггдрасиль вырисовывается достаточно интересным Миром-Игрой, где интересно будет любому адекватному игроку. Но вот пока…

— Реабилитация, — терпеливо повторил куратор, мужчина средних лет с профессионально безликим доброжелательным лицом, — именно ради этого и затевался Проект.

— Для психов? — скептически отозвался я,помня Васькины слова об «обкатке» и понимая, что реабилитация в лучшем случае «побочка», хотя и довольно-таки «вкусная».

— Не психи, а люди с неуравновешенной психикой, — морщась ответил тот — видимо, так положено говорить.

— Пф, — выдыхаю и сажусь на стол в кабинете. Да-да, под занятия мне выделили небольшой кабинет, сперва я было обрадовался такому, но затем опустился «С Небес на Землю» — к тестировщикам вообще относятся очень серьёзно. А насчёт кабинета… всех учат по разному — кого-то в группе, кого-то в одиночку — в зависимости от склада личности и целой кучи разных параметров, докладывать о которых мне никто не спешит.

— Это что же получается? Большая часть игроков сейчас это тестировщики и… шизоиды-невротики на лечении. Причём США, вроде как, используют в качестве тестировщиков зэков. Ох-ре-неть!

Вместо ответа безымянный (называйте меня Иваном Ивановичем) куратор только развёл руками.

— Скучно вам не будет.

Капсулу доставили и подключили, когда я был ещё в Москве, так что по возвращении домой осталось только раздеться, принять душ и полезть в настройки.

Виртуал окружил меня, и я оказался в маленькой комнатке без окон и дверей, отчего едва не началась клаустрофобия. Приятный женский голос сказал:

— Приветствуем Вас в Игре Иггдрасиль, просим воспользоваться настройками.