… и очень надеюсь, что это не останется односторонним актом! Здесь, в Игре, я могу заработать и сам, но в реальном мире остались дети и внуки, а там — всё сложнее.

— На удивление ценный агент, — задумчиво сказал глава ФСБ пришедшему на доклад Василию Алексеевичу. Он встал, коротким жестом показывая генералу «без чинов», чтобы тот расслабился, — и где вы таких находите?

— Хм, — улыбнулся генерал, — в пограничном училище, как собственно и нас когда-то нашли.

— Да… жаль, что так сложилось в своё время, с его отставкой по болезни, — искренне сказал глава спецслужбы, — А ещё больше жаль, что никто не догадался перевести его на более спокойную должность.

— Девяностые… — вздохнул Василий Алексеевич, помрачнев.

— М-да, скверное было время… — чуть помедлив, отозвался начальник, — Но этот ваш агент и правда очень хорош. Чувствуется недостаток кое-каких специфических знаний, но мышление интересное. Целеустремлённый, умеет находить необычные решения. В резидентуре или на «холоде» работать бы не смог, несколько прямолинеен. Но как оперативник был бы хорош… Ладно, что там с вознаграждением?

— Родным просил помочь, — передал папку Василий Алексеевич, — миллионов не запросил. Разовая материальная помощь — внукам чтоб квартиры купить в Перми. Да присматривать потом за родственниками — нехорошего человека вовремя из окружения убрать, репетитора толкового найти. Всё, в общем, в рамках. Скромно.

— Немного, — задумчиво сказал глава, — сколько мы с его помощью по инсайдерской информации получили? Четверть миллиарда евро, и это ещё не предел. Да на кое-каких… людишек из Вашингтона выход появился. Не то чтобы прямой, но и это… Скромный. Что там у нас с разработчиками?

— Утечку нашли — индусы, — отозвался Василий Алексеевич, скромно умалчивая о том, что и у них текло, хотя и не так… Ну да это внутренние разборки отдела, и не дай Бог, всплывёт!

— Закладки или…? — поинтересовался начальник, кажется, не знающий о недомолвке подчинённого.

— Закладки, — отозвался Василий Алексеевич, — Предложили помощь индийским коллегам, те с большой радостью отозвались.

— Гм… у них всё настолько плохо? —озадачился начальник.

— Да, — уверенно подтвердил Василий Алексеевич, -значительная часть элиты проанглийская, ситуация ещё хуже, чем у нас. Но если у нас «Западники» на виду и не особо скрывают своей… хм,ориентации, то в Индии они могут быть патриотами страны, но — с червоточинкой.

— Мда… полтора века оккупации сказались, — задумчиво произнёс главный, — англичане умею внедрятся и внедрять свои идеи. И все эти школы и колледжи по английскому образцу, да с преподавателями из Англии, среди которых каждый первый сотрудничает с британской разведкой. Тут даже без гипнотических закладок обойтись можно. Так… сделать психологические маркеры на некоторые вещи, и вполне патриотичные индусы будут работать на благо Англии, считая, что работают на родную Индию. Много выявили?

— До хрена! — вырвалось у Василия Алексеевича, — закладка на закладке! Б…! Мы даже не подозревали — НАСКОЛЬКО широко они используют гипноз, препараты и психотронное оружие! И насколько далеко они ушли…

— БОММ! БОММ! БОММ!

Невидимый колокол звучал во всех уголках Иггдрасиля. Отсчёт начался, время Тестирования заканчивается. Выдох… и начинаю обыскивать спальню Лауры. Быстро, очень быстро собираю драгоценности и вываливаю в мешок. Увы… ну то есть «увы» В ДАННОМ СЛУЧАЕ… Инвентарь использовать нельзя. Нельзя не только потому, что я выдам себя как очень необычного игрока, но и потому, что личные вещи другого игрока или НПСа можно утащить только «на горбу». В противном случае жизнь воров была бы слишком лёгкой… Это потом вещи можно «отвязать», а пока…

— Чёрт, где эти серьги, — бормочу я специально для записывающих устройств, — Чёрт!

Тут же бегу в кабинет, взламываю стол и хватаю бумаги — как будто первые попавшиеся.

Всё, теперь на выход…

— До завтра, Альфонсо, — прощаюсь я с троллем-охранником.

— Двигай, малыш, — небрежно отзывается игрок. Двигаю… попутно раскланиваюсь с прислугой, но не торможу. Время, время…

Из ворот охраняемого дворцового комплекса выхожу всего через пару минут после того, как удары колокола перестали звучать. Некоторое время иду прогулочным шагом, но как только захожу за холм, срываюсь на бег.

Время Тестирования для Мира Иггдрасиля заканчивается, и разработчики резко теряют ряд возможностей, которые перехватывает ИскИн, так что меня больше нельзя стереть.

А воровство… есть шанс, что ко мне отнесутся как к альфонсу, который не выдержал испытания и обокрал любовницу. Случай не такой уж редкий, и даже если сама Лаура и служба безопасности отнесутся к этому серьёзно, то вот рядовые СБшники уже нет. Всё фора…

Как и полагается нормальному эльфу, уходил я через лес. Для настоящего перворожденного это единственно верное, точнее — привычное решение. В лесу рождаются, в лесу живут, в лесу воюют, лесом кормятся… хотя это, к слову, не значит, что эльфы, это какие-то продвинутые охотники-собиратели, разумеется! Но об этом потом.

Если бы преследователи были более-менее равны по уровням или возможностям, уйти удалось бы сравнительно легко — все эти «Друг Леса» не просто так, они дают очень много. Настолько много, что я, привыкший к жизни в городе с его дебафами для эльфийских рас, первые несколько минут чувствовал нешуточную эйфорию. Ноги сами несут меня, а выбирать дорогу… п-фф! Ерунда какая, право слово!

Я чувствую лес почти как свой организм, и пожалуй, много лучше, чем былое человеческое тело. Никакого сравнения.

По мельчайшим дуновениям ветерка, стрекоту насекомых или птиц, перепорхнувших в ветки на ветку, вижу, и не только глазами, на добрую сотню, а то и сотни метров вокруг. Не говоря уже о том, что если вижу какие-то растения, понимаю, насколько близко вода к поверхности почвы, пойдёт ли поверхность под уклон, и какая именно растительность может в принципе быть по соседству с другой.

Прыгаю через колючие кусты — мелочь для меня, но следопытам подобные трюки заметно осложнят жизнь. Они, если прыгнут, могут наткнуться на большой трухлявый пень, незаметный за колючими ветвями, а я — вижу! Ну то есть вижу не сам пень, а насекомых, которые обитают в гнилушках…

… а ещё немного — эхолокация!

После, наклонившись, некоторое время бегу, «сломавшись» в пояснице — не хочу задевать ветки с цветущими вишнями, которые легко осыпаются и могут навести на след. Приходиться, правда, сбавить скорость, но в общем, ничего страшного.

Несмотря на эйфорию и слегка «улетевшее» сознание, маршрут выбираю оптимальный. Учитывается всё: влажность почвы, на которую нельзя наступать; раскидистые деревья, по ветвям которых можно передвигаться, путая преследователей; пахучие растения на пути, отбивающие нюх; места с магическим фоном, где не действуют или «сбоят» артефакты.

Бежит тело, а я как будто управляю им чуточку со стороны. Мозги работают своеобразно: медленно, но при этом никаких лишних мыслей, всё посвящено бегу. У эльфов, к слову, мозг хотя и весит меньше, чем у людей, в виду общей субтильности, но извилин больше, и значительная часть мозга отвечает как раз за обработку подобной информации. Мы не умнее, мы другие…

Наконец меня «отпускает», начинаю нормально думать, а вернее — не «нормально», а «привычно». Я ещё не в полной мере освоился со всеми особенностями эльфийского организма, а отпускать это «на самотёк» опасаюсь, ибо может и «коротнуть».

Тут же переключаюсь на знакомый большинству офицеров спецподразделений и профессиональных охотников, режим — что-то вроде распараллеливания сознания. Часть меня продолжает бежать, автоматически выбирая маршрут и отслеживая опасности, а часть может думать. Понятно, в таком режиме сложно обдумывать что-то серьёзное, но привычные, «бытовые» проблемы вполне поддаются осмыслению. Нарабатывается это годами практики.