А я жмурюсь от яркого солнца и своего счастья.

Тут же нас громкими радостными криками:

– Поздравляем! -встречают моя мама, София и Юрий Никитины.

И вспышка фотокамеры приглашенного фотографа.

– Предатель, – толкаю я Владимира локтем.

А он бережно ставит меня на землю.

– Он не виноват, – вступается за него моя мама, обнимая нас обоих и вручая цветы.

– Да, мы сами хотели поздравить вас, – продолжает София.

– Только хотели посмотреть на вас таких красивых и уйти, – улыбается Юрий. – Потом вы поедете полетите в свадебное путешествие, а мы по домам.

– Путешествие? – Смотрю я на Владимира.

Тот хмыкает и качает головой.

– Спасибо, братишка.

Тот чешет бровь.

– Это был сюрприз, да?

– Вот именно, что "был", – ухмыляется Владимир. – Ладно…

Он говорит, что-то еще, но я не слышу. Потому что замечаю чуть в стороне одиноко стоящего Артëма с громадным букетом розовых лилий – моих любимых цветов.

Он не подходит. Просто стоит и смотрит на меня. На губах его всегда привлекательная улыбка, но в этот момент она выглядит вымученной.

– Вов, – касаюсь предплечья мужа. – Можно я пойду поговорю?

Владимир прослеживает за моим взглядом и пересекается глазами с Артемом.

Мы продолжаем общаться все вместе. Уже потому что тест ДНК подтвердил то, что по сути мы и так все знали – Артëм сын Софии. А значит, племянник Владимира и Юрия.

И если София была счастлива настолько, что даже не захотела затевать суд со Стрельцовыми. Просто желая наслаждаться тем, что нашла своего сына.

Тем более, что Александра Стрельцова всë же посадили за финансовые махинации и уклонения от налогов. По сути, полностью разорив их семью.

То Артем привыкал постепенно. Хотя общаться с родной мамой ему явно нравилось куда больше, чем с Кирой.

Иногда казалось, что они понимают друг друга без слов.

Всë же кровь не вода, как говорится.

– Хорошо, – наконец кивает Владимир, – но если что, зови.

Я целую мужа в уголок губ.

Очень благодарна, что он проявляет доверие и понимание ситуации, и дает возможность поговорить один на один.

– Поздравляю, – Артëм протягивает мне огромнейший букет. – Ты невероятно красивая. Впрочем, как и всегда. Очень надеюсь, что Владимир сделает тебя счастливой раз уж я не смог.

– Спасибо, – принимаю я цветы и мы оба неловко замолкаем.

Хочется сказать очень много всего. Но при этом, говорить по сути нечего. Всë и так, ясно.

– С другой стороны, у Владимира не было "помощников" в виде Жанки с Ромкой, – снова вымученная улыбка Артема. – Кстати, она ни разу не беременна. Ни от меня, ни от кого бы то еще. Очередная ложь. А Ромку выгнали из команды. Продавал на сторону препараты, которые им в команде выдавали для восстановления. Как раз те самые, которыми меня накачали.

– Это справедливо, что уж… , – снова вздыхаю. – Артëм, я…

– Не нужно ничего говорить или оправдываться. Тем более, тебе не за что. А я правда желаю тебе счастья, Светик.

Сердце сжимается, когда он меня так называет.

– И я желаю тебе того же, Артëм, – искренне говорю я. – Ты вроде с Лизой встречаться начинаешь. Она очень хорошая.

– Пытаюсь жить дальше, – грустно улыбается Артëм. – Дочурка у нее милая. Вчера все вместе в парк ходили. Ей очень понравилось кормить уток.

Делает паузу и снова повторяет:

– Пытаюсь жить дальше.

После чего, мы в одном порыве обнимаемся. Но в этом нет никакого подтекста, просто как близкие не безразличные друг другу люди и одновременно произносим:

– Я искренне желаю тебе счастья.

После чего Артëм в который раз печально улыбается, разрывает объятия и уходит.

Не оборачиваясь и так быстро, что кажется вот-вот и перейдет на бег.

Я возвращаюсь обратно.

– Всë впорядке? – Спрашивает Владимир, обнимая меня.

– Да, – коротко киваю я.

– Артем справится, – улыбается София. – И я ему помогу. Он ведь больше не один.

– И это здорово, – я киваю.

Мы еще раз принимаем поздравления и садимся в автомобиль.

– Так что за путешествие? – Спрашиваю я.

– Сюрприз всë равно раскрывать не буду, – усмехается Владимир.

Но впервые, мне есть чем ему ответить.

– Тогда у меня тоже есть для тебя сюрприз.

Я достаю из сумочки, которую оставляла в салоне распечатку и протягиваю Владимиру.

– Что это? – Он хмурится раскрывая сложенный пополам лист, а я улыбаюсь.

– Первая фотография твоего сына. Снимок УЗИ.

Владимир замирает, а после медленно поворачивается ко мне:

– Что ты сказала?

– Я беременна. Срок– одиннадцать недель, – улыбаюсь я. – Как тебе сюрприз?

Владимир непривычно порывисто и радостно обнимает меня:

– Я хотел наполнить день нашей свадьбы приятными для тебя. Но ты его сделала по настоящему волшебным и незабываемым. Сказать, что я счастлив – это ничего не сказать. Спасибо, родная. Я очень тебя люблю. Точнее вас, – кладет он ладонь мне на живот.