— Оливия…

— Пожалуйста, нет. Я не знаю, что мне делать, — бубню, запивая.

— Рассказать о нас отцу не выход?

Я засмеялась, ох как горько вышел этот смех.

— Нет, Райан, нет. Единственное, что поможет — время.

— Оно у нас есть?

Он поставил кружку назад, хватая меня за талию, начиная целовать. Смс на его телефон пришло слишком не вовремя, когда моё дыхание уже переставало быть только моим.

— Рид просит приехать к нему. Поедешь?

Киваю снова, понимая, что выбраться отсюда мне точно надо.

Смс на мой телефон приходит в тот момент, когда я остаюсь в комнате одна переодеваясь.

«Сегодня. Ждём приказ».

В теле всё холодеет, когда я надеваю зелёный свитер, который если и согреет моё тело, то не душу.

Оливия

— Может уже хватит постоянно сбегать от разговора с ней? — я собираю свои рыжие волосы в высокий хвост, застёгивая куртку.

На улице холодно, кое-где даже пошёл снег, очень уже хочется домой в тепло. Представляю дом Райана и его потолок в зале, который будет завален снежинками, красиво переливающимися на солнце. Сглатываю, надеясь, что я там ещё хоть раз побываю.

— Я не бегаю от разговора с ней, я не знаю, как мне это ей рассказать, понимаешь?

Райан берёт бутылку пива, протягивая Риду. Мне же подаёт сок и чипсы, которые я его так просила купить по дороге сюда, киваю, выдавливая из себя улыбку. Тело колотило. Я так надеялась, что Рид сегодня не выйдет из дома. Мы в его гараже делаем вид, что всё нормально.

— А ты просто возьми и начни, — закидываю в рот чипсу, тая от нежного вкуса сыра. — Мммм.

Райан бросает на меня быстрый взгляд, краешек его губ приподнимается.

— Совет то дельный. Ни Оливия, ни я не можем себе этого позволить, мы — не ты. Она ждёт этого от тебя. Пока ждёт, Рид. Не уверен, что с такими дерьмовыми чувствами внутри себя, она долго сможет смотреть на тебя.

Рид кивает, убирая своё чёлку с глаз, которая ну совершенно ему не идёт, он в ней… на клоуна похож, ещё и кудрявый.

— Вот представьте, — Ридмонд взмахивает руками. — Грейс, я наврал тебе. Я недавно угонял машину, да и не абы какую, а тачку твоего отчима, плюс ко всему обо всем этом знала твоя лучшая подруга и её парень. Кстати, о Райане — он мне помогал. А знаешь, что ещё смешно? Джексон тоже всё знал, так же мне помогал, ради того, чтобы я вылез из этого дерьма и был с тобой счастливым. Но ты не обижайся, что мы скрывали, просто...

— Вы считали, что я маленькая девочка и не смогу выдержать такого? Это ты хотел сказать? Что мне нельзя доверять такой секрет, потому что в отличии от вас голубокровных, я не достойна?

Поворачиваю голову на звук, приподнимая брови. Грейс — ниндзя, даже я не услышала, как она подошла, хотя мой слух отточен, перевожу взгляд на Рида, который вскакивает, но не приближается к моей подруге. Я так же встаю, потому что мне не нравится сидеть, когда происходит такое важное событие. Задеваю кружку на столе, которую тут оставил кто-то, видимо Рид, и, видимо, давно. Капля кофе всё же попадает мне на куртку, морщусь.

— Знаете, что самое смешное? Расскажи мне это вы сразу, я бы испытала боль, что ты мне врёшь, но простила, возможно, даже помогла хоть как-то. ВЫСЛУШАЛА. Да и ты тоже врёшь, — она махнула головой в мою сторону. — Но сейчас я не испытываю ничего. Абсолютно. Пустота. Я как будто очнулась, знаете, поняла всё. Вы все постоянно считаете меня нежной, хрупкой, хрустальной. Тупой и маленькой. Да? Что ж. Хорошо. Спасибо.

Мы молча смотрели на неё, просто смотрели. Я давала шанс начать Риду диалог, но он всё молчал и молчал. Я сделала шаг вперёд, чтобы подойти к ней, но она продолжила свой монолог, заставляя меня остановиться.

— Я пришла попрощаться. Я уезжаю. Спасибо, что были моими друзьями, а тебе спасибо, что был моим парнем. Я поняла, что такое любить. А ещё поняла, что такое получить нож в спину, теперь может повзрослею.

Грейс последний раз окинула нас всех взглядом, а затем развернувшись ушла, так и не дав сказать нам ни слова.

Выждав пару минут, Рид наконец-то сделал шаг, потом второй, потом схватил шлем, и, быстро его надев, завёл мотор.

— Там же снег, возьми тачку, — Райан подошёл к нему, похлопав того по плечу, но Рид не смотрел на него.

— Рид, — я попыталась сделать шаг вперёд, но он быстро нажал на газ и скрылся.

И это был его последний неправильный выбор.

Оливия

Гараж был погружён в полумрак, разрезанный лишь полосой тусклого света от лампы над воротами. Снег за окном падал уже плотно, без ветра казался занавесом, опущенным на сцену после последнего акта. Мотоцикл Рида унёсся в эту белую пустоту пять минут назад, оставив за собой лишь едва уловимый след выхлопа и тишину, которая сразу же сомкнулась за ним.

Райан стоял посреди бетонного пола, спиной ко мне. Плечи его были напряжённые, ладони впились в карманы куртки, будто сдерживали что-то, что рвалось наружу. Он не шевелился. Не дышал. Только снег за стеклом продолжал своё безмолвное падение.

Я не трогала его. Не звала. Просто стояла у стены, прислонившись к холодному металлу шкафа с инструментами, и ждала. Ждала, когда он обернётся. Когда скажет хоть слово. Когда снова станет тем, кого я знала — даже если эта версия себя была лишь обманом.

Он резко повернулся, в два шага пересёк пространство между нами, схватил меня за запястье и притянул к себе. Его пальцы вцепились в мой подбородок, заставляя поднять взгляд. В глазах я увидела требование.

— Кто ты? — спросил он, и голос его был тише, чем падающий снег.

Я не отвела глаз.

— Я не понимаю.

— Ты лжёшь. Каждым молчанием. Каждым движением, — он не отпускал. — Почему ты замужем за Варго? Почему знаешь, как разобрать пистолет наизусть? Почему умеешь стрелять?

Я вырвала руку. Отступила. В горле пересохло.

— А ты? — спросила я.

Он открыл рот — но в этот миг мой телефон пискнул. Короткий, безэмоциональный звук, будто капля воды в пустом колодце.

Мы оба посмотрели в сторону сумки. Он сделал шаг, но тут же в кармане его куртки завибрировал телефон. Райан замер.

Я подошла к сумке, достала устройство. Экран озарился одним вопросом:

"Он уехал. Начинаем?"

Пальцы похолодели. Сердце билось не в груди, а где-то в висках — тяжело и глухо. Я не колебалась. Написала одно слово: Да.

Не потому что хотела, а потому что не имела права не написать. Я хотела, чтобы папа мной гордился, а именго этого он от меня и ждал. Надо выполнить хотя бы один его приказ, чтобы потом просить не выполнять второй..

Обернулась. Райан уже стоял спиной, разговаривал по телефону. Голос был сдержанный, но напряжённый:

— Копируй.

Повернулся ко мне резко, будто только что проснулся в чужом теле. Взгляд — острый, прямой.

— Давай секрет за секрет, а? Рыжулик.

Я кивнула. В голове мелькнула мысль: Может, ещё не поздно. Может, он успеет… спасти Рида.

Но в ту же секунду его телефон снова зазвонил. Он взглянул на экран — и побледнел.

— Грейс, — произнёс он, будто это имя было проклятием.

Поднёс трубку к уху. Слушал. И на его лице началась та самая трансформация — не крик, не слёзы, а оседание. Как будто внутри него что-то обрушилось, и теперь он — лишь оболочка того, кем был секунду назад.

Он опустился на колени. Потом на пол. Телефон выскользнул из пальцев, ударился о бетон и треснул по диагонали, но звук не прекратился. Голос Грейс всё ещё шёл из динамика, приглушённый, дрожащий.

Я опустилась рядом. Не коснулась. Просто села на холодный бетон, в сантиметре от него.

— Что случилось? — спросила, хотя уже знала.

Райан поднял голову. Взгляд — пустой, как у человека, который видит не настоящее, а то, чего уже нет.

— Его сбили, — сказал он. — Рид мёртв.

Снег за окном продолжал падать. Тихо. Безучастно. А в гараже воцарилась тишина, которую больше не могли нарушить ни слова, ни слёзы, ни даже дыхание.