Взгляд в зеркало не разочаровал, и, как Тобиас и ожидал, произвел глубокое впечатление даже на человека с таким опытом, как у Ноя. Плечи Ноя еще больше распрямились, подбородок приподнялся, но глаза оставались старательно опущенными.
Он не потянулся к перилам и не замедлил шаг, но осторожно следовал за Тобиасом, пока они поднимались на второй этаж.
Тобиас торопился, довольный, что получил хотя бы часть того, что хотел, и ему не терпелось узнать, получит ли он остальное. Прошло слишком много времени с тех пор, как он был здесь в последний раз, и он это знал. Но теперь он тоже это почувствовал, по спине пробежала дрожь возбуждения. Он отпер дверь и шагнул внутрь, направляясь к большому шкафу, прислушиваясь, не захлопнется ли за Ноем дверь.
Он услышал щелчок, остальные звуки заглушил толстый ковер и звуконепроницаемые стены.
— Раздевайся, — приказал он, распахивая дверцы шкафа. Запах кожи окутал его, и он рассеянно ослабил галстук, затем повернулся, чтобы посмотреть, как Ной раздевается.
— Да, сэр, — ответил Ной и начал с ботинок, наклонившись, чтобы расстегнуть пряжки, прежде чем снять их и поставить у двери. Следующим был жилет, и Тобиас заметил склонность Ноя к перфекционизму, когда тот пытался найти способ сложить жилет, не помяв тонкую кожу.
Ной решил аккуратно накинуть его поверх ботинок. Тобиас спрятал улыбку, подумав, что Ной был бы гораздо счастливее, если бы у него была вешалка для одежды.
Затем Ной расстегнул рубашку, оставив ее распахнутой и висящей на плечах, и выскользнул из джинсов, обнажив черные боксеры.
Тобиас позволил себе насладиться этим зрелищем; он часто убеждался, что искреннее восхищение телом другого мужчины стоит почти столько же, сколько ободряющее слово, а это тело, безусловно, заслуживало восхищения. Сильные ноги с хорошо очерченными мышцами, узкие бедра, а затем подтянутый плоский живот; расстегнутая рубашка дразнила, свисая с широких плеч. Он кивнул, в основном, самому себе. Определенно, над этим телом много работали, но оно не было накачано до уровня одержимости.
Ной аккуратно сложил джинсы и положил их рядом с ботинками, стянул носки и отбросил их в сторону, а затем позволил рубашке соскользнуть с плеч, обнажив гладкую, слегка загорелую кожу. Рубашка присоединилась к жилету, аккуратно сложенная сверху, а затем Ной замер, засунув большие пальцы за пояс своих боксеров, достаточно надолго, чтобы Тобиас дернулся, прежде чем стащить с ног и переступить через них.
Он бросил их поверх джинсов и снова выпрямился, ожидая одобрения Тобиаса.
Тобиас заставил его подождать всего несколько мгновений, затем подошел ближе и сказал:
— Очень мило, мальчик.
Он стал медленно обходить Ноя, не прикасаясь, но достаточно близко, чтобы чувствовать тепло его тела. Он был гладким, почти везде.
— Руки за спину, держи запястья, да, вот так. Хорошо. Когда я прошу тебя позировать, то хочу, чтобы ты стоял вот так, расставив ноги и отведя руки назад.
Тобиас снова обошел Ноя и, наконец, посмотрел на наполовину вставший член, выставленный напоказ.
— Тоже очень симпатичный. Не сопротивляйся, если не хочешь; по крайней мере, на этот вечер у тебя есть разрешение возбуждаться, даже кончать, когда захочешь, до тех пор, пока ты не попытаешься лишить меня удовольствия.
Ной немного сдвинулся, принимая удобную позу, которую предпочитал Тобиас.
— Спасибо, сэр.
Тобиас кивнул и, сняв галстук, бросил его в сторону большой кровати. Комната была большой, но центральное место в ней, безусловно, занимала кровать с матово-черным железным каркасом и темно-красной обивкой.
— По-моему, как в настоящем борделе, — сказал Тобиас, сбрасывая смокинг поверх галстука. — Не то, чтобы это имело значение, мы не будем ею пользоваться. Принеси подушки и сложи их стопкой на полу.
— Да, сэр. — Ной сменил позу и послушно подошел к кровати, чтобы собрать подушки и свалить их в кучу на полу.
Тобиас расстегнул рукава и начал закатывать их до локтей, пока шел к стационарному телефону. Он снял трубку, позвонить на прямую линию с портье, и посмотрел, как Ной двигается. Прекрасная задница, в дополнение ко всему остальному, подумал он.
— Администратор, чем я могу вам помочь? — произнес вежливый голос.
— Это Тобиас. Мне нужно, пожалуйста, немедленно доставить полдюжины бутылок с водой. Не могли бы вы сказать, кто сегодня дежурит в охране?
— Конечно, сэр. Мэтью и Пэт в диспетчерской.
— Не могли бы вы соединить меня?
— Конечно. Какие-то проблемы?
Тобиас улыбнулся про себя. Однажды его причуды могли кого-нибудь расстроить.
— Вовсе нет.
— Секунду. А воду вам принесут через несколько минут.
На линии раздался щелчок, и Тобиас поправил рукава, полностью игнорируя Ноя, хотя был уверен, что тот внимательно слушает.
— Диспетчерская.
— Пэт?
— Да, сэр?
— Это Тобиас.
— Тобиас! Рад вас слышать, сэр. Какие-то проблемы?
Тобиас рассмеялся, радуясь, что его вспоминают с явной нежностью.
— Нет, просто остаюсь самим собой. Я собираюсь проверить тревожную кнопку. Не будете ли вы так любезны, позвонить в номер, когда я это сделаю?
— Конечно. — Пэт, без сомнения, хорошо помнил распорядок Тобиаса.
— Через минуту, Пэт. Комната номер три.
— Мы позвоним.
Тобиас повесил трубку и направился прямо к красной кнопке у двери, сосчитал до пяти и нажал ее. Через несколько секунд телефон зазвонил.
— Все в порядке, Тобиас.
— Спасибо, Пэт.
— Не за что. Приятного вечера.
Тобиас повесил трубку и повернулся к Ною.
— Теперь мы начинаем. Ложись на подушки лицом вниз. Я хочу, чтобы ты свел ноги, приподнял задницу и расслабил тело. Ты будешь находиться в таком положении очень долго, поэтому убедись, что можешь дышать, что колени разведены для равновесия и что тебе достаточно опоры для плеч. Ты понимаешь?
— Думаю, да, сэр.
Ной стоял на коленях возле подушек, пока Тобиас заканчивал свой телефонный разговор, но теперь он перебирал подушки, перекладывая их и располагая так, как ему было нужно, чтобы положение было удобным и устойчивым. Он хотел положить голову на подушку, но на мгновение заколебался.
