— Успокоилась? — прошептал маэтр Гренрей, медленно убирая руку.

— Вы что тут делаете? — прошипела я.

— У меня тот же вопрос, Мелисса. Обсудим позже, а сейчас я хочу узнать, куда и зачем ночью направился наш водный друг.

— Это Дейр?!

— Тссс...

Архимаг схватил меня за запястье и потянул за собой к той самой двери, за которой скрылась фигура в плаще. Жестами показав, чтобы я спряталась в нише, которая весьма удачно была прямо слева от двери, он постучал. Ничего себе, неужели маэтр Гренрей и правда рассчитывает, что Дейр сейчас ему откроет?!

Каково же было мое удивление, когда дверь действительно скрипнула, открылась, а потом раздался сонный голос:

— Господин архимаг, чем могу быть полезен?

— Доброй ночи Фортон, — приветливо поздоровался маэтр Гренрей, чем поверг меня в еще большее удивление. — Мне срочно нужен один из твоих простеньких артефактов. Я что-то не рассчитал, а мне бы прямо сейчас.

— Конечно, господин архимаг, заходите, — пробормотал тот, кого назвали Фортоном.

Маэтр Гренрей покосился на меня, незаметно приложил палец к губам и зашел, оставляя меня одну. Впрочем, о мотивах такого поступка я вскоре догадалась. Вероятно, архимах хотел отвлечь Фортона, чтобы дать возможность Дейру уйти. А тут его встречу я и...

И что я должна сделать?! Проследить за тем, как он возвращается в свои покои? Или все-таки задать ему пару просящихся на язык хлестких вопросов? Или...

С опозданием я поняла, что мало того, что совершенно не представляю, как вести себя в том случае, если Дейр сейчас выйдет из-за двери, так еще и времени прошло куда больше, чем требуется на то, чтобы выскользнуть из-под пристального внимания архимага. А уж когда в коридоре появился маэтр Гренрей, я и вовсе растерялась.

— Спасибо, Фортон. Доброй ночи, — кивнул Алан, закрывая за собой дверь.

— Он не выходил, — прошептала я, дождавшись, пока мужчина подойдет ко мне.

— Я знаю, — пожал плечами архимаг. — Он и не должен был. Там есть вторая дверь, ведет в королевский сад. Скорее всего, Дейр сейчас прогуливается между буйно цветущими растениями.

— Тогда зачем я его здесь караулила? — искренне удивилась я.

— А вы караулили? — прищурился маэтр Гренрей. — По-моему, перед вами, Мелисса, стояла задача просто тихонько постоять, пока я не вернусь. И вы с ней справились на удивление прекрасно.

— Вы шутите сейчас?! — рассердилась я.

— Ни капли, — покачал головой мужчина. — Послушайте, стоит мне упустить вас из виду хотя бы на миг — и вы уже вляпываетесь в какие-то удивительные неприятности. Последняя, к слову, мне дорого обошлась. Так что я просто предпочел найти вас в том же месте, где оставил. А теперь я хотел бы спросить. Мелисса, почему вы, несмотря на строгий запрет целителя покидать свои покои, ночью бродите по этажу прислуги?! Только не говорите, что следили за водником, не поверю.

— Я и не собиралась, — фыркнула я. — Я искала кухню.

— Вы голодны? Достаточно было позвать служанку, она бы принесла все, что вы захотите.

— Нет, дело совсем не в этом... На самом деле, причина несколько странная... В общем, маэтр Гренрей, помните, вы разрешили мне забрать индейку, которую я совершенно случайно оживила?

— Что-то такое припоминаю, — архимаг удивленно уставился на меня, будто боялся того, что я сейчас скажу.

— Так вот, я назвала ее Фифой, и ей очень грустно. Все дело в том, что...

— Постойте, как вы ее назвали? — с трудом сдерживая смех, переспросил маэтр Гренрей.

— Фифа, но это не главное. Ей грустно, потому что у нее ввиду определенных событий отсутствует голова...

— Боги, Мелисса, — теперь архимаг откровенно веселился, — Если у вашей индейки нет головы, как вы ухитрились понять, что ей грустно?! Только не говорите, что вы шли на кухню, чтобы попросить у кухарки голову для вашей курицы!

— Индейки, — поправила я. — И нет, просить я не собиралась. Я собиралась тихонечко взять, потому что объяснять кухарке, для чего мне птичья голова — выше моих сил.

Пару мгновений маэтр Гренрей молчал, а потом вдруг расхохотался. Вместо сурового и вечно недовольного мужчины передо мной сейчас смеялся молодой мужчина с бесенятами в глазах. И в его взгляде не было злости, только интерес и что-то еще.

— Я был уверен, Мелисса, что вас невозможно смутить, — признался он. — А вы испугались кухарки! Что ж, идемте, к моим странностям тут давно привыкли. Вряд ли кто-то будет задавать мне вопросы.

— Куда идти? — не поняла я.

— За головой для Фифы, куда же еще, — хмыкнул архимаг. — Вы ведь не хотите, чтобы она и дальше грустила. А я не хочу, чтобы вы бродили ночами по дворцу. Так что готов проводить вас за головой и даже потребовать несколько штук на выбор. Только при одном условии.

— Каком? — насторожилась я.

— Возвращать вашей индейке способность смотреть на этот мир мы отправимся вместе!

Удивительно, но никаких приключений в кухне с нами не случилось. Простеньким поисковым заклинанием архимаг подозвал блюдо с замороженными птичьими головами. Мы выбрали ту, что посимпатичнее и пошли в мои покои, где ждала своей участи Фифа.

При виде бодро трясущей гузкой индейки, архимаг расхохотался.

— Знаете, Мелисса, признаться, сначала я был не в восторге от вашей выходки. Было очевидно, что магия вышла из под контроля. А сейчас я понимаю, что у вас появился прекрасный фамильяр. Такой, с чудинкой. Как и вы.

— Я сейчас должна обрадоваться или огорчиться? Вы считаете, что я, как вы там сказали? С чудинкой?

— Разве нет? — пожал плечами мужчина. — Я впервые вижу девушку, которая не боится открытого противостояния с мужчинами, превосходящими ее во всяком случае в плане магического опыта. Вы ведь совсем недавно закончили академию, верно?

— И что? — рассердилась я. — Так ли это важно, если я действительно умею подчинять стихии? Вы ведь уже убедились в этом, не так ли? И в отличие от упомянутых вами мужчин, я сражаюсь честно, маэтр Гренрей. Обратите внимание, никто не покушается на их жизнь.

— Вы правы, — сухо ответил архимаг. — И все же, Мелисса...

— Поздно уже, а завтра вы придумали нам новое испытание. Давайте уже вернем Фифе голову и отправимся спать. Тьфу, вы к себе, а я к себе, надеюсь, вы правильно поняли.

— Правильно, Мелисса, — хмыкнул Гренрей, а мне вдруг стало неловко. Прозвучало и правда двусмысленно. — Что ж, начинайте.

— А вы здесь просто посмотреть?

— Вроде того. А еще прикрыть вашу спину на случай, если магконтроль заинтересуется неучтенным оживленцем.

А вот об этом я как раз не подумала. Действительно, с чего я вообще решила, что раз архимаг не возражает против подобных заклинаний, то мне и закон королевства не писан. Чуть было сама себя не подставила... А он в таком случае зачем мне помогает? Я бы оживила голову, кто-нибудь сообщил в магконтроль, и вуаля — ненавистных ему женщин в строю королевских магов не будет. Разве это не просто? Так почему он здесь? Какова истинная причина?

— Мелисса, еще немного, и я усну в кресле, — поторопил меня архимаг. — Боюсь, утром нам будет трудно объяснить, почему я выхожу из твоей комнаты. Мне-то все равно, а вот твоя репутация...

— Поверьте, господин архимаг, даже если вы спите как уставший буйвол, я все равно нашла бы способ выпроводить вас раньше, чем моя репутация пострадает.

Однако с заклинанием я все-таки поспешила. Подозвала Фифу, которая с готовностью подбежала ко мне, осторожно приложила голову к тому месту, где она должна была быть, и произнесла нужные слова. Однако, ничего не произошло. Только потом я вспомнила. Резерв.

— Я помогу, — мягко произнес архимаг. — Дай руку.

С некоторой опаской я вложила свою руку в его протянутую ладонь. Я чувствовала исходящее от Гренрея магическое тепло, тоненькой осторожной струйкой перетекающее в мое тело. В отличие от меня, архимаг точно знал, как поделиться резервом без ущерба для собственных магических способностей. Это я по глупости отдала ему все.