Мраморная белая плитка под ногами отражает мои ноги. С двух сторон на равном расстоянии понатыканы двери темно-коричневого насыщенного оттенка, что красиво констатирует с молочными стенами. На потолках висят люстры, разбрасывающие вокруг себя мягкий свет. И уже в самом конце находится еще она двустворчатая дверь, за ней расположена приемная.

Уверенно стучу в одну из створок и сразу же распахиваю ее. Взгляд натыкается на шоколадного цвета ресепшн, стоящий полукругом около стены. Напротив него из огромного окна льются лучи солнца и падают на большой кожаный диван. На низком журнальном столике перед ним лежат научные глянцевые журнал. Между дверью и ресепшеном примостился немного вялый фикус.

“Жарко, наверное,” — проносится в голове.

Осторожно прохожу внутрь и тихо прикрываю за собой дверь. В приемной никого нет. Какое-то мгновение топчусь на месте, но все-таки решаю подождать. Вдруг секретарша вышла в туалет, а я без нее прошмыгну к ректору. Получится не очень красиво, поэтому присаживаюсь на диван, утопая в нем.

Двигаюсь, удобно усаживаясь. Обивка скрипит подо мной. Обнаженная кожа под коленями немного прилипает, но это не страшно. Кладу голову на мягкую спинку. Солнце приятно согревает. Бессонная ночь дает о себе знать. Зеваю, прикрывая рот рукой. Всего на мгновение закрываю глаза и…

Видимо засыпаю, потому что в следующую секунду меня кто-то трясет за плечо. Нехотя раскрываю глаза и чуть не вскрикиваю от неожиданности. Передо мной возникает красивое мужское лицо. Русые волосы слегка спадают на высокий лоб незнакомца. Выразительные голубые глаза внимательно смотрят на меня, над ними нависают густые брови. Легкая небритость не скрывает четко очерченных скул мужчины и словно нарисованных ровных губ мужчины. На нем белая футболка-поло и джинсы.

Мужчине на вид немного за тридцать пять лет. Его можно назвать красивым, но все портит взгляд — холодный, даже безразличный.

— Вы сюда поспать пришли? — строго спрашивает незнакомец, отстраняясь, но не сильно. Он продолжает за мной наблюдать.

— Простите, — тру лицо руками. Тут же начинаю нервно осматриваться по сторонам. Тихо выдыхаю, когда вижу, что бумаги лежат рядом. Хватаю их. — Мне необходимо попасть к ректору, — сон как рукой снимает.

— По какому вопросу? — мужчины выпрямляется, поджимает губы.

Судя по тому, что он спрашивает об этом и никуда не двигается, наверное, это… секретарь? Почему-то моему еще не проснувшемуся мозгу этот вариант кажется самым приемлемым. Сдвигаю брови к переносице от раздумий. Встаю на ноги.

— Я хочу восстановиться, но так получилось, что мой срок истек в начале лета, и я пришла просить рассмотреть мой случай в индивидуальном порядке, — четко рапортую каждое слово.

— Надо же, — мужчина отходит к ресепшену, опирается на него спиной и складывает руки на груди, отчего широкие плечи напрягаются, вырисовывая четки линии мускул. — И почему вам должны пойти на встречу? — вопрос звучит с нажимом.

— А об этом я бы хотела поговорить с самим ректором, — склоняю голову набок.

Мужчина слегка прищуривается, а после хмыкает.

— Представим, что это репетиция, — строго произносит он. — Я не могу пропустить вас к ректору, если не буду уверен в вашей подготовке.

“Точно секретарь”, — цокаю про себя языком. — “И очень неприятный тип”, — у меня мороз бежит по коже от присутствия, и что-то смущает в словах мужчины. Мне кажется, будто он надо мной насмехается. Вот только я не намерена из-за него упускать своего шанса. Поэтому вздергиваю подбородок и расправляю плечи.

— Послушайте, я была хорошей студенткой, отличницей. Висела на доске почета, — сжимаю листы пальцами. — Участвовала во всех мероприятиях ВУЗа, была старостой.

— И променяли все это на замужество? — мужчина перебивает меня, вздергивая бровь.

— Что? Откуда…? — мямлю от недоумения.

— Кольцо, — он указывает глазами на мою правую руку.

Опускаю глаза, вспоминая, что все еще не сняла его. Точно! Простой золотой ободок все еще сжимает палец.

— Были обстоятельства, — произношу резче, чем нужно.

— Беременность? — голос мужчины становится еще тверже, хотя куда уж больше?!

— Не ваше дело! — получается немного пискляво. Но это точно те обстоятельства, которые его не касаются.

— Пока что я не увидел ни одной причины, по которой ректор должен пойти вам навстречу, — мужчина пожимает плечами. — Честно говоря, мне кажется, что вы и сами желаете, чтобы вам отказали. Так зачем вам занимать чье-то место?

Вопрос застает меня в тупик. Мне казалось, что у меня все на лице написано. Я хочу учиться! Хочу вернуть себя! Хочу, чтобы все вокруг перестали меня тыкать отсутствие высшего образования! Но сейчас, когда меня спросили об этом в лоб… опускаю глаза, не зная, что сказать. Как донести, что от этого буквально зависит мое будущее? Все слова кажутся бестолковыми, неубедительными.

— Вот, а вы говорите, — усмехается мужчина. — Ректора сегодня не будет, так что приходите завтра. За ночь придумайте что-то поинтереснее, чем “у меня комплекс отличницы” и “я хочу доказать папочке или мамочке, что чего-то стою в этой жизни”.

Поднимаю глаза на мужчину. На его лице блуждает насмешка. Он как и все остальные издевается надо мной. Становится дико обидно — он же даже не знает меня, но так уверенно рассуждает. Хмыкаю.

— И это мне говорит человек, который в свои тридцать пять сидит на должности секретаря! — яростно выпаливаю. — Вам ли говорить о стремлениях и желаниях. Так что научитесь проявлять хотя бы чуть больше уважения, может тогда и карьера в гору пойдет, — резко разворачиваюсь к двери, но через пару шагов торможу и кручусь обратно. Снова подхожу к мужчине. — Передайте, пожалуйста, это ректору. Завтра я у него буду, — пихаю листы ему в грудь, даже не заботясь, успеет он их поймать или нет. Пусть сам, если что, собирает.

Уже подхожу к двери, когда до меня долетает холодный голос.

— Ректор будет ждать вас к двенадцати. Не опаздывайте, он этого не любит.

От низкого тембра голоса мужчины мурашки бегут по коже, но я больше не оборачиваюсь, выхожу из приемной с гордо поднятой головой. Хотя бы это я могу себе позволить.

— Ну и дурак же! — бурчу себе под нос, пока иду по коридору.

Я настолько зла, что не замечаю, как кто-то подходит сзади, хватает меня за плечо, закрывает рот ладонью, а после толкает в ближайшую аудиторию. Больно прикладываюсь лопатками к стене, когда чужое тело нависает надо мной. От испуга дыхание напрочь сбивается.

— К ректору сбегала? — Рома рычит мне в лицо, сильно сжимая мои плечи. — Подгадить мне хочешь? Ты вообще понимаешь, на кого ты решила замахнуться?!

Лицо мужа искажается злобой, будто я не его жена, а какая-то грязная предательница.

— Что ты сказала ректору? — шипит он, выплевывая каждое слово. — Надеешься, что твои сопли кого-то волнуют? Ты реально думаешь, что это что-то изменит? И что я выберу тебя — жалкую, стремную, — вместо Даши? Ты же видела мою куколку, — муж холодно усмехается.

А у меня ком встает в горле.

«Так я из-за тебя стала такой!» — хочется закричать Роме в лицо, но вместо этого молча поджимаю губы.

— Даша — мое будущее, — Рома наклоняется ко мне почти вплотную. — А ты… ты ошибка, которую пора исправить.

Последние слова вонзаются холодной сталью мне в грудь. Ошибка — вот, кто я! Во рту чувствует горечь. Да, я для всех одна сплошная ошибка. Отвожу глаза в сторону.

— Нет, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, — Рома крепко хватает меня за подбородок и поворачивает мою голову к себе. — Запомни одно, твои слова ничего не решат. Что бы ты ни растрезвонила Даша — дочка декана твоего бывшего факультета, а ее отец в свою очередь родственник ректора. Так что нам ничего не страшно!

— Вот как, — произношу тихо.

Становится гадко от Ромы. Смотрю на него и понимаю, какой же он мелочный, ничтожный. Нет, это не я его ошибка, а он моя! Большая, страшная, затянувшаяся. Во что же я там так сильно влюбилась? Чем больше всматриваюсь в мужа, тем больше не понимаю.