Так поступил Рома… так может поступить Вадим.

Пальцы сами набирают ответ:

«Спасибо, но мне не нужны ваши деньги».

Большой палец замирает над кнопкой «отправить».

— Ты жива, — Марина подлетает ко мне в столовой, пока я выбираю, что буду заказывать, и буквально сжимает меня в своих крепких объятиях.

— Как ты? — следом подходит Полина, занимая очередь за мной.

— Все хорошо, — перевожу недоуменный взгляд с одной близняшки на другую.

Сегодня они одеты в шорты и просторные рубашки с короткий рукавом, только на Полине синий костюм, а на Марине — розовый, и это хорошо, потому что я могу различить сестер только по цвету их одежды, в остальном они идентичны.

— Мы так за тебя вчера переживали, — Марина хватает меня за руку, сжимает ее обеими ладонями. — Ректор на тебя так смотрел…

— Нормально он на нее смотрел, — Полина пытается оторвать от меня свою сестру, схватив ее за локоть, — если учесть, что кто-то назвал его…

— Хватит, — вскрикиваю, чем привлекаю внимание людей, стоящих передо мной. — Давайте больше не вспоминать об этом? — оборачиваюсь к близняшкам и буквально шиплю.

— Ладно-ладно, — Марина наконец выпускает мою ладонь. — Самое главное, что ты все еще с нами.

Глубоко вздыхаю. Да уж, возможно, это, и правда, важно, если учесть, что я так и не отправила сообщение Вадиму Даниловичу. После бессонной ночи, проведенной в раздумьях, я решила поговорить с ним лично и объяснить, что мне не нужны его подачки, какими бы они ни были. Но как назло, у ректора всю первую половину дня идет онлайн собрание по подготовке к новому учебному году, поэтому как только он пришел на работу, то закрылся у себя в кабинете и до сих пор не выходил.

Когда подходит моя очередь, беру себе пюре с куриной котлетой и иду к свободному столику, куда следом за мной подходят близняшки.

— Скоро учебный год, — Марина ставит перед собой поднос с макаронами, залитыми подливой, и овощным салатом.

Она подпирает щеку рукой, упираясь локтем в белую столешницу, и тяжело вздыхает. Полина закатывает глаза, обреченно отворачивается, но тут же выпрямляется.

— Что у нее с лицом? — она хмурится, глядя куда-то за меня.

Оборачиваюсь и натыкаюсь на испепеляющий взгляд Даши, входящей в столовую. На ее щеке алеет яркий след от моей пощечины. Даша даже не потрудилась его замазать.

Закусываю уголок нижней губы со внутренней стороны. Непроизвольно сжимаю вилку, пока ее края не впиваются в кожу. Хоть бы Даша прошла мимо… не хочу скандала… не здесь.

— И снова она со своим Ромочкой, — бурчит Марина. — Ходят слухи, что он встречается с Дашей только потому что она сестра ректора.

— Ты думаешь? — спрашиваю машинально, наблюдая, как Даша демонстративно берет Рому за руку и все-таки огибает наш столик. С облегчением выдыхаю.

Ну хотя бы они помирились.

Голова Ромы странно дергается, будто он хочет обернуться, но не делает этого. Веду плечами и снова поворачиваюсь к девочкам.

— Почти уверена, — кивает Полина.

— Прости? — я уже забыла о своем вопросе.

— Мы почти уверены, что он с ней из-за выгоды, — отзывается Марина. — Этот Рома очень скользкий тип.

— Нам он не нравится, — Полина наматывает на вилку длинные макароны.

— Ага, — Марина тоже запихивает огурец в рот.

Мне вроде бы и хочется узнать побольше об этом всем, потому что в словах девушек чувствуется что-то, напоминающее отвращение, но я не хочу проявлять излишний интерес, поэтому тоже продолжаю есть.

Когда мы заканчиваем, я возвращаюсь в тихую приемную и сажусь за очередной отчет, которых накопилось немало. Мне до покалывания в пальцах хочется постучаться в кабинет ректора и поговорить с ним, но я продолжаю сидеть, уткнувшись в монитор. Я настолько погружаюсь в работу, что не сразу понимаю, что кто-то вошел в приемную, и чувствую это только потому что меня обдает холодом.

Поднимаю глаза и вздрагиваю, когда натыкаюсь на холодный взгляд… Сони. Она стоит, грациозно положив руку на ресепшен, и смотрит на меня сверху вниз. Длинные волосы собраны в конский хвост. На лице минимум макияжа, если не считать ярких красных губ.

— Вадим у себя? — ее голос наполнен пренебрежением.

— Добрый день! — встаю со своего места. — У Вадима Даниловича идет совещание, так что он занят.

— Какое чудо, — приторно улыбается Соня. — Значит, он на месте.

Она отталкивается от ресепшена и уверенной походкой направляется к кабинету ректора.

— Подождите! — вылетаю ей навстречу. — Я не могу вас пропустить.

Соня останавливается, не дойдя до меня пары шагов, складывает руки на груди, обтянутой белым сарафаном, юбка которого разлетается на бедрах. Девушка приподнимает бровь, поджимает губы.

— Ты не можешь не пустить меня, — она наклоняется немного вперед. — Вадим будет очень этому недоволен.

— Я переживу, — сжимаю руки в кулаки, стараясь выдержать уничижительный взгляд Сони.

Она буквально пытается меня подавить.

— Неужели ты тешишь себя надеждами и ничего не замечаешь? — вдруг усмехается Соня, расслабляя плечи. Теперь уже настал мой черед приподнимать бровь. — Какая же ты наивная дурочка, — она улыбается еще шире. — Он выбрал тебя, потому что ты моя жалкая копия, — подходит ближе, подцепляет двумя пальцами прядь моих волос. — Мы с тобой похожи цветом глаз, волосами, некоторыми манерами. Вот только ты никогда не дотянешься до оригинала. Увидев тебя, я поняла, что Вадим все еще мой.

— А он об этом знает? — мне приходится сильнее сжать кулаки, хотя я толком не понимаю, к чему ведет Соня.

Почему-то меня задевают ее слова. Я понимаю, что не имею в Вадиму никакого отношения, но… это странно «но» свербит в голове. Несколько раз моргаю, но нет, это странное чувство прогнать так и не получается.

— Послушай сюда… — Соня резко шагает ко мне, направляет на меня указательный палец. Красный лак вызывающе блестит на нем.

Девушка не успевает договорить. Воздух за моей спиной колышется.

— Что здесь происходит? — сзади раздается властный голос ректора. — Соня?

— Привет, милый, — лицо девушки преображается за долю секунды, оно становится кокетливо-милым, и это меня поражает до глубины души.

Как ей это удалось? В то время, как я все еще не могу совладать со своими эмоциями, Соня уже буквально светится радостью.

— Я задал вопрос: что здесь происходит? — чеканит Вадим Данилович.

Кожей ощущаю, насколько близко он стоит ко мне, но не рискую обернуться. Не хочу видеть его грозного лица.

— Я так понимаю, что Соня хотела вас видеть, — оживаю первая.

— Нам нужно поговорить, — она смотрит мимо меня. В глазах девушки появляется какое-то раболепие, не иначе.

— Мы уже все с тобой обсудили, — от холодного тона Вадима Даниловича, мне кажется, даже Ад мог бы замерзнуть.

Вот только Соня этого не слышит, или делает вид, что не слышит.

— Вадим, ну подожди… — она шагает вперед. — Я же видела, как ты на меня вчера смотрел…

— Как? — резко обрывает ректор. — Я тебе уже все давно сказала, — он буквально по слогам выговаривает слова. — И ты достаточно умна, чтобы понять. Не заставляй меня еще больше разочаровываться в тебе.

— Но милый… — вскрикивает Соня, складывая ладони в молебельном жесте. — Дай мне всего минутку.

— У тебя было два года, — рявкает ректор. — Так что теперь минута тебе не поможет. Ты знаешь, где дверь.

— Но подожди, — Соня бросается в нашу сторону. — Что тебе мешает выслушать меня? Я скучаю по тебе, — на ее глаза наворачиваются слезы.

И я не могу понять, настоящие они или нет.

— Увы, не могу ответить тем же, — Вадим Данилович неожиданно хватает меня за талию и вдавливает мое тело в свое. — Я нашел ту, которая избавляет меня от скуки.

Глаза Сони сужаются, когда она смотрит сначала на Вадима Даниловича, потом на меня. Но больше я не успеваю ничего увидеть, потому что в следующую секунду ректор двумя пальцами обхватывает мой подбородок, разворачивают мою голову к себе и… целует меня.