— Ничего, — тоже шепчу.
Моя рука переползает с его плеча на талию. И ниже, к заднему карману джинсов. Чувствую вибрацию его телефона, но не успеваю извлечь новый гаджет парня из кармана. Руслан дёргается и отшатывается. Сам достаёт телефон, ухмыляется.
Я сбрасываю вызов, и его телефон смолкает.
— Неизвестный контакт — это ты, — сдавленным голосом говорю я. — Зачем?
— Предпочла бы жить в слепом неведении? Я глаза тебе открыл на твоего Макара, — оскаливается Руслан. — Или ты хотела бы очнуться в подобном дерьме уже глубоко беременной от него? Лучше сейчас, разве нет?
Мне нечего ему ответить. Руслан не заставлял Макара спать с другой, он просто его сфотографировал.
Пожав плечами, ухожу в свою комнату, забираюсь под одеяло. Зубы отбивают нервную дрожь.
Телефон мой вновь звонит. И снова. И снова.
Это Макар. Похоже, теперь ему есть, что мне сказать. А я вот больше не хочу слушать.
Открываю сообщение от него.
«Катюш, я всё объясню».
Боже! Как же это банально.
Всё объяснит?
Не-хо-чу!
Отправляю Макара в чёрный список везде.
Всё.
Я выживу… Наверное.
Глава 43
Я с ней спал?
Макар
Одеваюсь, путаясь в вялых ногах и слабых руках.
Что было в пойле?
А потом?
Глянув на девицу в кровати, снова морщусь.
Не мог я с ней спать! Ну не мог…
Ложусь плечом на стену. Зажмуриваюсь.
Прошлая ночь — хаотичные смазанные картинки, и я пытаюсь собрать из них пазл. Пазл не складывается. От чувства вины колбасит. Вместо сердца — кровоточащая дыра.
Лицо Кати затмевает весь пазл.
Сука я! Ну просто сука!
После дюжины «ненавижу» Катя замолчала. Я должен ей позвонить…
Набираю, долго слушаю гудки. Мой котёнок не берёт. Дыра в груди растёт.
Вылетаю из комнаты к чертям. Ноги заплетаются. Иду по какому-то коридору. Где я, блять?
Впереди лестница, торможу.
Так… Вчера тоже была лестница — всплывает картинка в памяти. Я стоял там с… С кем? Вроде с Русланом, да. Он просил меня больше ничего не пить. Потом провал…
Медленно спускаюсь вниз. Теперь я узнаю пространство вокруг, это этаж с випами. Ниже танцпол, бар. Только теперь здесь безлюдно, и вместо долбящей музыки откуда-то доносится тихая скрипка. Свет приглушен.
На первом этаже у бара кто-то есть. Приглядываюсь. Дамир! И Кир!
Кирилл, кажется, спит, положив руки на стойку и уткнувшись в них лицом. Дамир — с чашкой кофе.
Сажусь рядом с ним. Мир ставит чашку на блюдце, переводит на меня взгляд. И есть в его глазах что-то такое… Что-то осуждающее.
— Как так-то, Фор? Я думал, у тебя с Катей всё серьёзно, — говорит он.
Дергаю пальцем горловину футболки и тяжело сглатываю.
Осуждение друга — это паршиво, но я сам виноват.
— Я не знаю, как это произошло. Не помню нихрена.
— Так ты с ней спал или нет? — переходит на шепот Мир, увидев, что к нам идёт бармен.
— Не знаю.
— В смысле?
— Да не помню я! — психую.
Прошу у бармена бутылку воды и надолго припадаю к ней, осушая сразу наполовину.
В памяти вновь пляшут картинки. Лицо той брюнетки близко-близко. Она пьяно улыбается, хищно проводит языком по своей пухлой верхней губе. Мы над чем-то смеёмся…
Моё тело помнит её прикосновения.
Пальцем ведёт по щеке, по груди, двигается к паху.
Бл-яяяя…
Закручиваю крышку бутылки. Дамир смотрит на меня выжидающе.
— Походу, спал, — хрипло озвучиваю собственные мысли.
— А эта стрипуха что говорит? — брезгливо морщится Дамир.
— Она спит.
— Разбуди.
Да, надо вернуться…
— Вы почему здесь?
— Тебя ждали. Кир сейчас поедет на коленях перед Евой стоять, — стреляет недовольным взглядом в спящего Сэвена. — Иди давай. Поговори с этой девицей.
И я иду. С трудом преодолеваю ступеньки, всё время думая о том, почему меня так срубило от коктейлей.
Ну ненормальное же состояние было. Смех этот дебильный, потом жар, потом отключка, туман… Как под наркотой.
Захожу в номер, приближаюсь к кровати. Девушка перевернулась на другой бок и скинула с себя простынь. На ней нет даже белья, вашу мать!
Потянув за край простыни, накрываю её по плечи. Небрежно трясу за это самое плечо.
— Ммм… — мычит она, не открывая глаз.
— Слушай… Ты можешь ответить на пару вопросов?
— Ммм… Нее… Отстань, — дергается, пытаясь стряхнуть мою руку.
И тут же засыпает.
Бл*ть!
Веду взглядом по полу у кровати. Проверяю свой бумажник. Презерватив, который всегда со мной, на месте. И я не знаю, хорошо это или отстойно. Либо я с этой девицей всё-таки не переспал, либо я конченый дебил и сделал это без защиты.
Проверяю ванную комнату, заглядываю в мусорное ведро. Оно пустое. Полотенца сложены стопкой, ими явно никто не пользовался. Возвращаюсь к девушке, вновь пытаюсь разбудить.
— Скажи мне, как ты здесь оказалась! Что между нами было? Слышишь меня?
Не открывая глаз, улыбается.
И молчит.
А улыбка такая… провокационная. Мол, было всё! И всё было супер.
Фак!
Не могу здесь больше находиться!
Ухожу. Пока спускаюсь по лестнице, вновь набираю Кате. Бесполезно.
Пишу ей: «Катюш, я всё объясню…»
Банальное, глупое, нелепое смс. Хочу стереть, но палец промахивается, и я отправляю его.
Треш!
Хочется побиться башкой об стену. Ну или чтобы мне кто-нибудь всёк! Вернувшись к бару, быкую на Дамира:
— То есть ты видел, что я с этой девкой ушёл, и нихрена не сделал⁈
— Чо? Не видел я! Мне Руслан сказал. Сказал, что ты попросил его отвалить, когда он застал тебя и эту девицу в номере.
Я попросил? Пи*дец!
— Ничего не помню… — сжимаю пальцами виски.
— Кате расскажешь?
Открываю ту фотку на телефоне, толкаю телефон по барной стойке к Дамиру. Увидев фотографию меня и той девицы, охреневший Дамир присвистывает.
— Это кто сделал? — спрашивает меня.
— Ветер, скорее всего.
— Руслан?
— Да. Больше некому.
— Вот сука!
Кир внезапно поднимает голову.
— Наконец-то… — болезненно хрипит его похмельный голос. — Теперь мы можем уже ехать? — недовольно смотрит на Дамира.
Но вместо него отвечаю я.
— Ты можешь сказать, что мы пили, а? — рявкаю на Сэвена.
— В смысле? — непонимающе округляет глаза. — Вискарик вроде был, но его намешали со всем подряд. Ну, может, ещё ром. А чё не так-то?
Походу, только Мир в курсе того, как я облажался.
Покидаем «Бизон». Кир бормочет, пока ждём такси:
— Лерка куда-то испарилась. А мы собирались немного пошалить вдвоём. Я заплатил за продолжение, вообще-то.
А она на мне отработала это продолжение, мляя…
Переглядываемся с Дамиром. И, кажется, у обоих мелькает одна и та же хреновая мысль.
Я с ней спал!
Спал, сука!
Пока едем, снова проваливаюсь в свой треш. Так просрать самые дорогие, самые искренние отношения в своей жизни! Так ранить её! Мою девочку, которая мне верила, доверяла, отпустила на долбаный мальчишник!
— Бывай, Макар, — тянет мне руку Дамир.
Они уже на месте. Дальше я еду один. Всё время набираю Кате, она не берёт.
Когда выхожу из машины, первое что хочу сделать — это прорваться в её дом. Но вдруг её там нет?
И ещё мне нужно смыть с себя дерьмовый запах того номера и той девицы.
Захожу домой. В гостиной отец пьет кофе. Увидев меня, кажется, считывает с моего лица буквально всё.
— Макар, что произошло? — изумлённо ползут его брови вверх.
— То же, что и с тобой, — безжизненным голосом отвечаю я. — Прости, отец. Теперь я примерил ту шкуру, в которой ты оказался. И на себе испытал то, за что тебя осуждал. Хотя нет, не прости. Себя я тоже осуждаю! — выпаливаю со злостью и уношусь наверх.
— МАКАР! — несётся в спину.
