— Ваша светлость, что-то не так? — осторожно спросил Тит.

— Всё не так. Это и впрямь купеческое поместье, — я ткнул пальцем в низкий, давящий потолок. — Взгляните: он нависает, будто готов обрушиться. Вся эта мебель, статуи… Ни капли аристократизма. Разве что пять этажей — вот и всё достоинство.

— Но зато и цена соответствующая — всего три тысячи.

Я кивнул. Самое ценное что здесь было так это земля. Но когда в ходе сделки я увидел представителя клана Фостер, невольно улыбнулся. Кто бы сомневался. Отсчитав золотые, мы подписали документы и разошлись. Любопытно, как всё складывается. Ох, как бы я хотел увидеть их лица в тот день, когда мой торговый центр откроет двери и начнёт работать.

— Похоже, вы довольны сделкой, ваше благородие?

— Нет. Но оно поможет нам заработать. И вот это меня радует.

Спустя некоторое время подошла и моя группа. Увидев план «гениальной» стройки, маги камня выразительно поморщились.

— Что вам не нравится? — спросил я, глядя на скопление недовольных лиц магов камня.

Ханна, не отрывая взгляда от чертежа, щёлкнула ногтем по пергаменту.

— Здание на колоннах?! Ты хочешь, чтобы оно парило, как замок над пропастью, посреди торгового квартала. Оно же просто рухнет!

— Это вынужденная мера, — парировал я, чувствуя, что убеждать будет сложнее чем думал. — Места ровно на две кареты у входа. Либо мы теряем клиентов, либо поднимаемся. Выбираем второе.

Она медленно, ткнула пальцем в цифру на чертеже — отметку высоты потолка.

— А это что? Опечатка? Потолки и близко не на той высоте.

Я закивал, стараясь сохранить на лице маску безмятежности.

— То есть нам нужно ещё и потолки поднять? — в её голосе прозвучали нотки истерики.

Уголки моих губ дрогнули в подобии улыбки.

— Как же я люблю работать с умными людьми. Ты даже не представляешь, как.

Работа началась с того что Ханна просто взяла с собой Лирин, полетев до ближайшего рудника. Через час она вернулась на големе груженый каменными блоками синеватого сланца. За големом, как приливная волна, повалила толпа. Горожане, бросив дела, шли за диковинкой, в их глазах горел огонь ожидания. И мы не заставили ждать.

Лирин, подключая свои грани, поднимала блоки, плавно и аккуратно стараясь не снести стены. Камни, послушные её воле, плыли вверх, к зияющим проёмам верхних этажей. Там маги камня, покрываясь испариной, «вплетали» их в растущие своды. Пятый этаж ответил на попытку поднять его потолок леденящим душу скрипом и сетью чудовищных трещин, поползших по стенам, угрожая обрушением.

— Стой! — рёв Ханны перекрыл все звуки. Она была уже у трещин, её ладони взметнулись вверх. Камень послушно струился, заливая разрывы, превращаясь в единую каменную плиту. С каждым её движением воздух сгущался от невидимо растрачиваемой маны. — Продолжаем!

Четвёртый этаж поддался легче — трещины рванулись всего в двух местах. Маги, бледные и молчаливые, уже понимали кто то переборщил — и сразу же останавливались ожидая команды.

Третий этаж подняли медленно, зато без единого крика Ханны. Когда последний блок впитался в стену я не сдержался — «браво!» вырвалось из груди само собой.

Но камень, опять подошел к концу. Ханна, вытерла лоб тыльной стороной ладони, оставив грязную полосу, и без слов махнула Лирин. Они ушли, две гордые фигуры, а здание стояло недостроенным скелетом, насмехаясь над моим строительным планом.

Слухи в городе распространялись быстрее, чем лесной пожар. К вечеру у стройплощадки уже дежурили зеваки. «Новая цитадель магов», — уверенно вещали одни. «Дворец для сделок», — шептались другие.

Когда магессы вернулись, заливаясь первым багрянцем заката, работы продолжились. Теперь главное — колонны. Ханна, погрузилась в фундамент укрепляя его и ища точки опоры. Проведя все необходимые работы она дала свое разрешение — можно.

И началась финальная стадия, где маги камня вздрагивали в ужасе от криков Ханны.

— Медленнее, чёрт вас побери! Пойдет хоть одна трещина неделю в спаррингах против меня стоять будете!

Колонны росли тихо и аккуратно с видимым усилием. Они ползли из земли, с глухим скрежетом и дымкой каменной пыли. Зеваки видя такое шоу затаили дыхание, наблюдая, как под брюхом здания вырастают каменные, мощные колонны. Когда они достигли трёх метров, Ханна, обошла каждую, прикладывая к ним руку, проверяя надежность постройки. Её кивок, когда он наконец последовал, был радостным от проделанной работы. Я позволил себе выдохнуть.

Второй день был связан с перестановками. Когда я раздал новые чертежи с внутренними стенами-перегородками, маги просто онемели. Раздались упреки и выкрики об уродливости строения. Ханна, лишь бросив на них взгляд, от которого кровь стыла в жилах, первой упёрла руки в бока. И стены, скрежеща, поползли, ломая планировку, рождая лабиринт будущих прилавков. На улице спор перешёл в истерику. «Упадёт!» — «Не упадёт!» — «Ставлю бутылку, что эта махина рухнет к утру!». Дети, забыв про опасность, носились между колоннами, а их матери теряя сознание в ужасе смотрели на неразумных чад.

Финал стройки был тихим, методичным наведением порядка. Прибывшие работники смотрели на лифт — коробку с стальными тросами — как на орудие пытки. Дуглас, поняв мою идею сплетал канаты, для этого инженерного чуда. Проведя калибровку веса мы отправили первый тестовый мешок с песком, который плавно взмыл вверх, вызывая облегченные вздохи.

Загрузка мебели превратилась в адскую тренировку. Простые грузчики, загружали лифт, таскали шкафы и стеллажи, а я наблюдал, как рождается новое заведение. Даже барельефы, создаваемые по моим эскизам, прославляли труд обычных людей — каждый на своём этаже, каждый славит ремесло, которое теперь станет товаром.

Неожиданная проблема была там где не ждали, в головах. Обучение продавцов проваливалось с треском.

— Как это — не торговаться? — спрашивал седой, бывалый торговец, и в его глазах читалось искреннее непонимание, будто я предложил ему дышать водой. — Цена назначена? Да кто я тогда, мальчик на побегушках?

Его пришлось заменить. И ещё нескольких. Это была тихая, горькая жертва прогрессу.

В день открытия мы не ждали ажиотажа. Мы ждали молчаливого, настороженного любопытства. И этого было достаточно.

***

Предрассветный холод цеплялся за камни нового здания, но внутри царила лихорадочная жара. Тит Аргелий шел по огромному залу с красными глазами. Зрачки, суженные от бессонницы и волнения, метались по витринам первого этажа, выискивая недочёты, которых уже не было. Пальцы, побелевшие от напряжения, листали блокнот, испещрённый пометками: «Сыр «Горный эльф» — полка 3, есть», «Вино «Пламя Эрама» — пробники в малых бокалах, есть!».

Он не видел уже ни симметрично расставленных ящиков, ни строгих, ценников с чёткими цифрами. Он видел поток. Тихий, мерный гул будущих голосов, тихий звон монет, переходящий в звонкий водопад. Он физически чувствовал, как холодное, тяжёлое золото наполняет казну его дома, и от этого предвкушения сводило скулы. Доверие, которое оказал ему этот молодой барон, оно висело над его репутацией, и Тит был готов костьми лечь, лишь бы не уронить его.