Магессы посмотрели на свой «грандиозный» план, где сейчас скромная, по их мнению, оранжерея занимала минимум половину двора перед поместьем. Внушительные сорок квадратов с лавочками и беседкой чтобы наслаждаться красотой.

— А если мы поставим отдельный котёл?

— Мы не поставим отдельный котёл, Майра, — вздохнул я. — В этом просто не будет смысла. Мало того что ваш план слишком грандиозен в плане работы, подумайте о том, что его потом нужно поддерживать в живом состоянии. Не думайте, что достаточно пары кустиков, чтобы любоваться этим целый год. Лучше подумайте, как обеспечить сохранение тепла в подобной постройке.

— Мы просто сделаем стеклянное покрытие! — уверенно заявила Бренда. — Солнце со всем справится.

— Да ну, — усмехнулся я. — Подойди к окну и потрогай его.

Майра, недолго думая, встала и подошла к окну. Приложила ладонь к стеклу.

— Эм… холодное.

— А теперь представь полностью стеклянную комнату, которая ещё при этом будет холодной зимой. И в которую не будет попадать солнце полдня.

Девчонки с грустью посмотрели на свой «грандиозный» план и, похоже, были вынуждены уменьшить свои аппетиты. Понимая, что разговоры пошли в верном направлении, я довольно кивнул. Пусть думают. Пусть учатся создавать не только красоту, но и понимать стоимость её содержания. С подобным придется сталкиваться не раз и не два.

На следующий день академия гудела, как разворошённый улей. Все только и говорили о предстоящей дуэли, которая должна была вот-вот начаться. Хотя многие и были возмущены действиями клана Фостер, но мало кто заблуждался насчёт боевых возможностей стихийного мага.

По коридорам студенты горячо, хотя и с долей жалости, поддерживали лекаря, но в глубине души понимали: его поражение неминуемо. Всё банально: громовые доспехи просто не дадут навредить владельцу, в то время как лекарь будет вынужден терпеть удары молнии, пока не потеряет сознание.

Фостеры тоже пользовались ситуацией, пытаясь показать себя одним из великих кланов, который, подобно Санчесам, может диктовать условия по праву сильного. Как только уроки кончились, все ринулись к арене — все, кроме нас. Викта в это время доставала и проверяла костяные доспехи для Леви. Из учебного класса мы выходили последними, уже готовые к противостоянию.

Когда толпа увидела нашу боевую группу, в центре которой шел закованный в белую броню маг с тремя металлическими копьями на спине, трибуны загудели. Гиар Фостер уже ждал на арене, и его поддержка была не менее внушительной. Несмотря на все наши «партизанские» действия, ядро клана пока ещё оставалось при нём.

— Вилд, я думал, вы не появитесь, — крикнул Гиар, — а вы просто взяли и опоздали на бой.

— Запомни, Фостер: такие как ты опаздывают — а вот мы задерживаемся, — парировал я, не сбавляя шага.

Обменявшись колкостями, мы оставили дуэлянтов на арене. Судья, уставший глядеть на очередную перепалку, проговорил заученно:

— Я предлагаю вам примириться здесь и сейчас.

— Нет, — отрезал Гиар. — Он ответит за моих людей.

— За нападение на первокурсниц ответишь именно ты, — спокойно сказал Леви.

— Бой!

Трибуны замерли в ожидании. Гиар не стал тянуть время — первый разряд молнии метнулся в противника. Навстречу ему полетело металлическое копьё, которое пролетело всего десяток метров и воткнулось в песок арены, утягивая за собой разряд.

Трибуны взревели, увидев, что у лекаря есть возможность сопротивляться.

— Ты думаешь, ты самый умный? — прошипел Гиар.

— Не без этого, — усмехнулся Леви.

Леви сорвался с места, вырвал копьё и бросился на сближение. Полыхнула синяя вспышка — громовые доспехи были готовы показать своё превосходство. Два оставшихся копья были выпущены в сторону противника, но Гиар не стал ждать и сам ринулся в ближний бой.

Столкновение было жёстким для обоих. Запах гари мгновенно заполнил арену. Костяная броня трещала, но держалась под напором разрядов. Копья уводили часть заряда, но Леви хватало и остатков. На восстановление брони уходило слишком много сил.

Гиар, оказался неожиданно хорош в ближнем бою. Когда он выбил Леви из-под защиты копий, лекарь понял, что победа будет не такой простой, как хотелось. Третье копьё заблокировало разряд, пущенный ему вдогонку.

Трибуны с замиранием сердца следили, как противники сходятся снова. Гиар усмехнулся и выпустил такой разряд, что металлическое копьё просто расплавилось вместе с песком под ним, а остатки заряда рванули за лекарем. Леви пытался уворачиваться, но молнии всё равно оставляли глубокие следы на его броне.

Взглянув на два оставшихся копья, Леви понял — придётся идти на крайние меры, адреналин хлынул в кровь. Опалённый доспех снова метнулся в ближний бой. Вот только в этот раз столкновение повредило уже громовой броне. Костяная броня наносила десятки быстрых ударов, ища хоть малейшую уязвимость. Гиар разразился серией молний, чтобы отбросить противника, но тот и не думал отступать.

Увидев, что на кулаках брони отрасли костяные шипы, попадание которых ничего хорошего не сулило, Гиар яростно ответил. Левая рука лекаря была захвачена, и по рукам рвануло такое напряжение, что костяная броня вместе с рукой Леви рассыпалась пеплом.

И в этот момент Гиар почувствовал слабость — его левая нога была пронзена костяным шипом, выросшим из колена противника. Ещё более мощный разряд испепелил шип вместе с конечностью противника, но в этот момент громовая броня просела, и в живот Гиару вонзился новый костяной шип.

Видя эту картину, судья вмешался — потоки воздуха отбросили обоих противников. Они лежали, не показывая ни малейшей возможности подняться.

— Лекарей сюда! — скомандовал судья, а затем объявил: — Ничья!

Трибуны взорвались от такого исхода. Леви не только выстоял, но и смог нанести серьёзные повреждения! Лекари, пытаясь оказать помощь Леви, были вынуждены ждать, пока мы сорвём с него дымящуюся броню. Под ней нас ждала неприглядная картина: одежда сгорела, тело было покрыто ожогами, левая рука отсутствовала почти до плеча, остатки левой ноги выглядели не лучше. Но зелёные всполохи магии вокруг ран ясно говорили — Леви в сознании и пытается помочь себе сам. Лекари клана Росарио уже заливали энергией, стабилизируя состояние дуэлянтов.

Фостер хоть и пострадал серьёзно, его ранения не были такими критичными. Болевой шок сработал на стороне Леви, потому и вышла ничья. Но теперь предстояло долгое и мучительное восстановление — в том числе и утраченных конечностей.

Дорога в клан Росарио была уже хорошо известна — а это значило бесконечное заполнение бумаг и неизбежные растраты. Бой прошёл далеко не так, как мы планировали. Гиар оказал неожиданно ожесточённое сопротивление, и это говорило в первую очередь о хорошей, продуманной подготовке, что вообще не сочеталось с тем, что клан демонстрировал на поверхности. Похоже, Фостеры давно готовились к рывку в высшую лигу, и нас выбрали в роли трамплина. Только вот силы не рассчитали — трамплин оказался с шипами.