Как я и рассчитывала, Ледка тут же забыла все обиды. Пока она крутилась перед маленьким зеркалом, пытаясь рассмотреть себя со всех сторон, Селира принесла платье. Оно было довольно милым, но, конечно, отличалось от роскошных нарядов настоящих лангор.

Зато, когда с помощью подруг я примерила наряд, девушки ахнули.

— Какая ты красивая!

Я и сама это видела. Наряд странным образом подчеркнул все мои достоинства. Талия стала ещё тоньше, грудь выше, и простой крой не портил общего впечатления. Надень это платье та же Драгина — и она потерялась бы. Это платье словно было сшито специально для меня. Ледка услужливо держала зеркало, с которым не расставалась всю последнюю четверть часа и не уставала восхищаться.

— Смотри, в тебе словно светлячок зажгли, вся светишься!

— Ой! — воскликнула Селира, взглянув на часы. — А ну-ка, переобувайся скорее, а то ещё опоздаешь!

Оказывается, к платью были положены туфли. Конечно, не хрустальные башмачки, как у Золушки, но тоже ничего — симпатичные атласные балетки с ленточками. Селира умело обвила мои щиколотки лентами и ловко завязала кокетливый бантик.

— Жаль, такую красоту никто не увидит, — вздохнула Ледка.

Вдвоём девушки быстро повернули меня вокруг своей оси, поправляя пышную юбку и убирая невидимые пылинки.

— Всё, иди! — выдохнула Селира.

— И всё-всё запомни! — напутствовала Ледка. — Уж про тебя-то я всё выпытаю!

Кто бы сомневался!

Глубоко вздохнув, чтобы немного унять колотящееся сердце, я вышла из комнаты.

— Лангора Ди? — спросил, материализуясь у моей левой руки, важный слуга, приодетый в честь приёма гостей, в парадное.

— Просто Ди, — поправила я, и мужчина быстро взглянул на меня.

— Прошу вас следовать за мной, — попросил он. — Его светлость ждёт вас в библиотеке.

Если я и удивилась, то не подала виду. В книгах про попаданок свидание непременно проходило в романтичной обстановке, в саду или беседке, увитой розами.

Ну, библиотека так библиотека, для меня так даже привычнее. И книги заодно посмотрю.

— Войдите! — услышала я властный голос, когда слуга постучал.

Мужчина отступил в сторону, и придержал меня за локоть, когда я споткнулась. А споткнуться тут было от чего.

Столько книг я в своей жизни ещё не видела и восхищённо уставилась на стеллажи, уходящие в поднебесье. Даже в библиотеках большинство книг спрятаны в хранилищах, а здесь…Было от чего закружиться голове!

Герцог молчал, деликатно ожидая, когда моя челюсть вернётся в обычное состояние.

— Нравится? — спросил мужчина, когда я наконец перевела на него сияющий взгляд.

— Очень! — не стала возражать я. — Сколько книг! Да здесь же можно целую жизнь прожить, и не перечитать и половины!

— Хорошо, если получится осилить десятую часть, — поправил он. — Входи же!

Я прошла в центр просторного помещения, продолжая с любопытством оглядываться. Признаюсь, в этот момент я начисто забыла о том, что здесь я — простая служанка, и мне по происхождению не положено быть грамотной. Никогда не могла устоять перед книгами. А мысль о том, что, может статься, мне даже прикоснуться не дадут к этим томам, была нестерпима.

— Простите, ваша светлость, — робко попросила я. — Не позволите ли вы иногда брать здесь книги?

Брови мужчины изумлённо взметнулись:

— Ты умеешь читать?

От досады я прикусила губу. Вот дурочка! Надо же было так попасться! Но быть рядом с книгами и не сметь прикоснуться к ним — это было выше моих сил.

— Родители учили меня читать, — сдержанно «призналась» я.

— Кем были твои родители? — тут же спросил герцог, почему-то не сводя взгляда с моих губ.

— Не помню, — грустно ответила я. — Я рано потеряла их.

— Ты сирота?

Я кивнула и опустила голову. Скорее бы он заканчивал этот допрос! Хотя, если цель свиданий — узнать как можно больше о претендентке, тогда герцог только начал знакомство.

К счастью, мужчина не стал расспрашивать меня дальше. Как видно, история девушки-сироты не показалась ему интересной. Ну и правильно, нашим легче!

Вместо этого де гис Грэйр прошёл к ближней полке, чуть потянулся вверх и вытянул за корешок тонкую книгу в кожаном переплёте.

— Пожалуйста, прочти мне первую страницу.

Открывать книгу было страшновато — а вдруг я не смогу прочитать ни слова — ведь язык, на котором здесь говорили, уж точно не русский. Но ведь я его понимаю без всякого перевода!

Сомнения пропали, как только я увидела текст.

— Поступающий в Высшую школу магии, — с некоторым недоумением начала я. — Обязан иметь точные представления об уровне своего дара. Этот тестор позволит вам провести высокоточное исследование… Что это?

— О, прости, это для высокородных лангор, — извинился мужчина, забирая книженцию из моих рук.

Я проводила её жадным взглядом и на всякий случай запомнила место, на которое поставил книгу герцог. Если это пособие для магически одарённых абитуриенток, мне оно точно пригодится!

Никакую новую книгу мне не предложили, зато отвели к удобным креслам, стоящим у накрытого к чаю стола. Дождавшись, пока я сяду, мужчина опустился в кресло по левую руку от меня.

— Итак, читать ты умеешь, — задумчиво сказал он. — Это объясняет твою грамотную речь. Я выпишу тебе допуск на право пользоваться библиотекой. Можешь брать книги, когда захочешь. Правда, не все.

— А как я узнаю, какие книги брать нельзя? — спросила я.

— Ты просто не сможешь снять их с полки, — отмахнулся герцог. — Пей чай, Ди. Тебе не мешает немного подкрепиться.

Наша дальнейшая беседа была ни о чём, если бы в какой-то момент я не заметила, как после моих ответов на, казалось бы, беспорядочные вопросы, его светлость недоумённо взглянул на меня, а после и вовсе начал хмуриться.

— Я что-то не то сказала? — осторожно спросила я, с трудом удержавшись, чтобы не облизать пальцы после восхитительно вкусного крохотного пирожного. Поискала глазами бумажную салфетку, потому что вытирать пальцы тем произведением искусства, которое лежало на моих коленях, было преступлением. Одно тонкое ручное кружево на этом кусочке ткани стоило дороже, чем платье, в которое я сейчас была одета!

Грэйр не ответил, смерив меня внимательным взглядом, потом чуть поморщился и, взяв с моих коленей салфетку, тщательно вытер ею каждый мой испачканный палец. Я невольно замерла, а этот гад сказал назидательно:

— Пока ты не ушла с отбора, придётся немного поучиться манерам. После еды пальцы не облизывают и не вытирают о платье. Для этого есть салфетка.

— Я знаю! — оскорблённо выпалив это, я прикусила язык, но было поздно, и я неловко добавила. — Я читала об этом в книгах. Но я почему-то думала, что их делают из бумаги или самой дешёвой ткани, а эту страшно замарать!

Герцог взглянул на салфетку, которую задумчиво крутил в руках и пожал плечами:

— Это всего лишь вещь. Она для того и сделана, чтобы служить человеку. Ценность каждой вещи в том, насколько она полезна.

Я вспомнила редкие марки, за которые коллекционеры готовы отдать целое состояние и сдержала улыбку.

— Некоторые вещи способны украшать нашу жизнь безо всякой практической ценности. Например, цветы, или картина, на которую приятно смотреть, — сказала я.

Было что-то такое в глазах мужчины, что заставило меня остановиться.

— Я говорю глупости? — робко спросила я.

— Если бы, — уголки губ чуть дрогнули, но глаза оставались внимательными и не отпускали меня. — Я ещё ни разу не говорил со служанкой о картинах, — признался герцог.

— Так ведь и служанки ещё ни разу не попадали на отбор, — смущённо улыбнулась я.

И замолчала, потому что Грэйр снова уставился на мои губы.

— У тебя крем, — заявил он, и, протянув руку, вытер уголок моих губ салфеткой.

Я невольно покраснела. Пока он просто сидел рядом и не касался меня, я ещё могла соображать здраво, но сейчас сердце моё понеслось вскачь. Я смутилась, а после рассердилась. Что за маниакальное стремление меня отмыть? Если я тебе так неприятна, нечего угощать меня вкусностями!