Подойдя к палате Наде, я услышала разговор. Сердце моё сделало кульбит, когда поняла, что разговор шёл о Максе, и оцепенела.

— Макс в порядке, теперь ему ни что не угрожает.

— Ему там не место. А что, если они снова попытаются его убить? Мы должны что-то придумать, — обеспокоенно говорил Кирилл.

— Ты будешь за ним присматривать, — ласково ответила Надя.

Я стою за дверью и с ужасом узнаю, что Макс в опасности. Кто-то пытается ему навредить. И мне стало страшно, осознавая, что ждёт человека, которого я люблю и ненавижу.

— Я даже не знал, что он в бегах. Нет, я ему друг или кто? — возмутился Кирилл.

— Любимый, не осуждай его. Любовь приводит к отчаянным поступкам.

— Я на него обижен… Во всём виновата его одержимая любовь к Лике. И к чему всё привело? Он сейчас за решёткой. Что бы ты не говорила… я её не прощу.

— Успокойся… Лика, скоро всё поймет, — тихо прошептала она.

— Любимая моя, я его вытащу. Я обещаю. Найму лучшего адвоката.

— Поверь, всё скоро закончится, его поступки были необходимы.

Наступила гнетущая пауза. И я пытаюсь понять о чём они говорят. Ведь Макс убил моих родителе, и он сам признался. А они говорят так, будто во всём виновата я. В какой-то момент хочется влететь в палату и сказать, всё, что я думаю, поэтому поводу, но почему-то не могу пошевелится, мой разум приказывает слушать дальше. Я не видела и не слышала о Максе ничего, почти две недели, и тело предательски превращается в желе, а сердце удваивается в ударах, только услышав об этом надменном мужчине.

— Что значит необходимы? Ты что-то знаешь? — растерянно спросил он.

— Любимый… это… ну… короче… ты только не злись…

— Девушка, вы кого-то потеряли? — неожиданно громко обращается ко мне медсестра.

И я резко вздрагиваю.

В палате наступает тишина.

— Нет… я… тут… — пытаюсь подобрать слова, и в этот момент открывается дверь палаты.

— Лика, что ты здесь делаешь? — возмутившись, скрежет Кирилл.

— Привет! — как можно дружелюбно шепчу я.

— Она с нами, — объясняет он медсестре, и та, улыбнувшись, уходит.

Кирилл не хочет, что б я входила, но всё же пропускает меня. Обращаю внимание, что Надя выглядит прекрасно, после множество процедур.

— Привет!

— Привет, Лика! — счастливо улыбнулась она мне в ответ.

— Как ты? Отлично выглядишь. Ты прям вся светишься, — отмечаю я её состояние, где живо играют искры неподдельного счастья, которые неопределимо восторгают меня.

— Прекрасно, я здорова! И желаю, выйти на свободу. У нас столько планов… — Надя протягивает мне ладонь, и я вижу на пальце помолвочное золотое кольцо с изумрудом и бриллиантами. — Кирилл, мне сделал предложение! — ели сдерживает она торжествующее верещание.

— Какая красота, поздравляю вас! Желаю вам счастья. — Довольно улыбаюсь я, отмечая дорогое украшение. Искренне радуюсь её счастью.

— Спасибо, дорогая моя. Я так счастлива, что у меня не хватает эмоций, — продолжает говорить Надя с полным восторгом и лучезарным лицом. — Правда, любимый?

— Да. В отличии от некоторых, — пытается он меня задеть.

Кирилл стоит за моей спиной, и я чувствую кожей, его негатив и неприязнь. Он недовольно вздыхает и переминается с одной ноги на другую. Я знаю, что Надя искренне мне отвечает, а вот Кирилл, с ним дело сложно. Я его раздражаю. И понимаю, что всё дело в Максе, ведь я засадила его друга в тюрьму. Но разве меня можно винить?

Перекинувшись ещё несколькими любезными фразами с Надей, я чуть не спросила о Максе, так чесался язык. Но всё же сдержалась. Нельзя показывать свои слабости. Не понимаю, почему я о нем беспокоюсь. В конце концов, есть Кирилл, и я знаю, что он не позволит, чтоб с ним случилась беда.

Хочу на это надеяться.

Макс сильный мужчина и не думаю, что кто-нибудь захочет с ним связываться.

Кирилл, продолжал колко мне отвечать, каждый раз зацикливаясь на моих взаимоотношениях с Максом. А я старалась делать вид, что не замечаю. Не хочу расстраивать Надю, она сейчас так счастлива.

Наконец, я увидела, как они мило обнимаются, когда Надя позвала его к себе. Кирилл тут же изменился в лице и, нежно её приобняв, поцеловал волосы, присев, на краюшек койки.

— Хотела перед отъездом тебя повидать и сказать спасибо.

— За что?

— За твою помощь. Спасибо, Надя. Ты была верным другом на протяжении недели. И подвергла себя опасности…

— Так, прекрати... и не надо мне тут… — развела она недовольно руками.

— Она старалась, а вы не оценили, — снова кинул Кирилл, язвительную фразу.

— Кирилл, пожалуйста… — надув обидчиво губки, Надя покосилась на него.

— Молчу, молчу, — прикрыв ладонью рот, тут же среагировал он.

— Лика, Ты уезжаешь?

— Да. Завтра. Спасибо, что помогла мне с деньгами и карточкой.

— Да не за что. Деньги твои.

Я и Кирилл, смотрим на Надю непонимающим взглядом.

— То есть деньги уже твои, можешь ими распоряжаться, как тебе вздумается, — быстро исправляется она.

— Я тебе верну. Обещаю. — Спохватываюсь я, ощущая себя в должниках.

— Нет-т-т! Не стоит. Позаботься о себе… Может тебе помочь с вещами?

— Не нужно. У меня практически нет вещей, так что еду налегке.

После мы крепко обнялись, пожелав друг другу всего самого лучшего, и я покинула её палату.

В течении недели я чувствовала себя не важно, ещё задержка шесть дней. Вот решила сделать тест на беременность. А сейчас, когда понимаю, что он положительный, не знаю какое принять решение.

Если честно, я растеряна.

Не знаю, нужен ли мне ребёнок, от убийце моих родителе. И что я в будущем ему скажу... Что его отец убийца? И убил бабушку и дедушку… Нет. Так будет неправильно… Пока у меня ещё малый срок, приму решения, позже, может сделаю аборт. На сегодня у меня куплен билет на поезд и пора возвращаться домой.

Обдумываю, кому хотел Макс меня отвести и что это за человек? Но думаю, что это уже не важно. Я всё уже вспомнила. И наказала убийцу своих родителей. Остальное уже не важно.

Макс остаётся здесь, а я возвращаюсь в родное дом, который уже долгий период пустует. Надеюсь, что моя любовь со временем потухнет. Пройдёт время, и я научусь жить без Макса. Я не первая и не последняя с огромной дырой в сердце.

Справлюсь.

К вечеру я приехала на такси на вокзал. Который составлял трёх этажное здание. Первый этаж- непосредственно платформы, второй зал ожидания, а третий, камеры хранения. Но у меня был малый багаж, и я не стала пользоваться камерам хранения, тем более, что через сорок минут должна состояться моя посадка на первую платформу, так что у меня было немного времени, для спокойного ожидания своего поезда. Уже мысленно приготовилась, для дальней поездки. В вечернее время в зале ожидания, оказалось мало народу, так что заняла свободное место в кресле ожидания, и погрузилась в просмотр телефона. Через некоторое время снова почувствовала себя плохо, тошнота не отпускала и пошла в туалет. Обдумываю, что беременность, сейчас некстати, и, выйдя из кабинки, принялась ополаскиваться прохладной водой, кинув взгляд на зеркало. Выгляжу я сейчас не очень: потухший взгляд, белая кожа и синяки под глазами. В последнее время плохо сплю хотя, говорят, беременные спят, часто.

Отошла от зеркала, что б просушить руки, и в этот момент, меня резко схватили за горло. Почувствовала, как в нос ударило эфирным запахом и сладким вкусом. Пытаюсь сопротивляться, хватая руками и ногтями человека позади себя, понимаю, что меня удерживают и достаточно грубо. Голова идёт кругом, от сжатого у моего рта тряпки и жёстких рук у горла. Аромат ослабляет меня и любые движения, для противостояния… Глаза закрываются и всё тело мякнет.

Наступает темнота...

Слышу вокруг себя приглушённые голоса. Их гул стоял в ушах, отдаваясь неприятной пульсацией в висках, ещё неприятные запахи плесени, сырости и пыли ударили в нос. Чувствую, как тошнота поднимается к горлу, вызывая неприятные ощущения. Тяжело разлепляю веки. Желание посетить женскую уборную охватывает меня моментально. Я делаю движение, намереваясь встать, и только теперь осознаю, что сижу, и мои руки заведены за спинку стула. Запястья крепко связаны верёвкой, как и ноги спереди.