— Она наша… мы за неё заплатили…

— Ещё хоть пискни, сука…, и пуля в лоб обеспечена!

Быстро иду к этой комнате и замираю в шоке. Надя избитая, всё лицо заплыло, одежда рваная и её движения заторможены. Кирилл в два шага поднимает её с кровати и прижимает крепко к себе, при этом одной рукой перебирает дулом пистолета троих полу раздетых мразей.

— Стоять… не шагу! — продолжает яростно кричать Кирилл, отступая в обнимку с Надей.

Но один державший кожаный ремень в руках, и со спущенными штанами, делает рывок с лева, пытаясь нанести удар, и Кирилл, молниеносно оборачиваясь, стреляет ему в голову. Кровь струёй полилась с простреленной башки, и тот падает замертво, на красные ковровое покрытие.

— Давай, Кирилл, на выход… на выход! — кричу я ему, стараясь быстро покинуть злосчастное место.

Они выбегают из комнаты. Но моё желание убить этих двоих за нанесённое рукоприкладство над Надей, так высока. Что я снова сжимаю дубинку в руках, смотря на полураздетых мужиков. Какая-то неведомая ярость меня одолевает, и я, быстро подлетев, бью одному дубинкой по шее, другому по лицу, действую порывисто и ловко. Пока они не оказываются на полу без движения.

Морщась, я выдыхаю. Я их, конечно, не убил, но выпустил пар. В следующий раз эти ублюдки подумают, как нападать на слабую женщину.

После движусь к выходу. Но нам дорогу преграждают, ещё несколько охранников. Не знаю, откуда они взялись… Но Надя потеряла сознание, и Кирилл, взяв её на руки, не может отразить атаку. Мне приходиться взять всё в свои руки. Я с напором навалился на одного, оттащив его к главной сцене, прижав к барменской стойке. Пытаюсь ударить его по лицу, но он постоянно отклоняется, и мои кулаки врезаются в столешницу бара. Разбивая руки в кровь.

— Кирилл… беги! — кричу я, когда на меня грузно наваливается следующий.

Я пытаюсь отбиться от одного, врезаясь в столешницы напротив мизансцены. Но ребята крепкие, один подлетает ко мне и бьёт меня в живот. Но я всё же, отпружинив ногами, упираюсь в его ноги…

Вокруг твориться хаос: девушки кричат, отбежав к сцене, похотливые самцы растерянно наблюдают за происходящим.

Всё вокруг сворачивается в огромный ком. Я отбиваюсь, от нескольких оппонентов, двигаясь к барменской стойке. Пытаюсь сообразить, ушёл ли Кирилл с Надей… Понимаю, что меня загнали в тупик, и, навалившись спиной о стойку бара, оборачиваюсь. У меня есть путь к отступлению, и делаю быстрый кувырок назад. Бармен в шоке, отпрянул к правому углу. Я хватаю всё, что первое попадается мне под руку: бокалы, стопки, бутылки спиртных напитков, и швыряю в своих враждебно настроенных оппонентов. Но этого не достаточно. Я знаю Кирилла — и он точно, меня не бросит, а значит, они в опасности. Быстро обдумываю, как выйти из тупикового положения. Меня либо убьют, либо отдадут брату на растерзание. Я не могу этого допустить. Лика ещё здесь, и с ним ей нельзя встречаться!

Осматриваю барменскую стойку и парня, обслуживающего это место. Вижу пьезо-зажигалку на стойке и быстро хватая текилу разливаю по столешнице, поджигая. Мои оппоненты отпрянули, и я, хватаю ещё бутылку, обхожу стойку и иду к их направлению, разливая жидкость за своей спиной…

Мне удаётся отбиться от нападения с помощью учинившего огня. Языки пламени охватывает быстро не большой домик, но я успеваю прогнать молодых девушек на улицу. Всё остальное делает сигнализация, которая верещит на весь бордель.

Выбегаю на улицу.

Дом уверенно, но медленно пожирает огонь. Вижу нашу машину и быстро устремляюсь к ней. Из машины выбегает Кирилл с испуганным взглядом.

— Лики, нет в машине. Где она?

Я чувствую, как сердце юркнуло в пятки. И быстро оборачиваюсь к горевшему дому.

Мать её…

— Ли-ка! — кричу не своим голосом и быстро устремляюсь, к горящему оранжевым пламенем дому.

— Макс, остановись!

Дорогие читатели! Хочу сказать Вам, большое спасибо за прочтение данного романа. Очень стараюсь, Вас заинтересовать и захватить. Хочу пояснить, почему место действие выбрала Владивосток. Летом в 2024 году, отдыхала в отпуске в приморском крае и осталось множество положительных эмоций. Мосты, остров Русский, японское море, маяк и множество других достопримечательностей. Ничего плохого к этому городу не имею. Вот решила поместить своих героев в этот город по своим воспоминаниям и впечатлениям. Все остальные не благоприятные места, являются только, моей выдумкой и фантазией. Роман в остросюжетном жанре, писался исключительно, для конкурса «Любовь на грани риска», но, к сожалению, не успела дописать. Так как не успела закончить его в срок по конкурсу, концовка будет чуть позже. Буду благодарна за Ваши положительные комментарии и звёздочки. Ошибки и любые недочёты будут исправлены. Спасибо, за Ваше внимание! Ирина.

Сердце стучит адски бойко, отдаваясь рьяно в грудине.

Я залетаю в пылающий дом, ощущаю жаркое пламя, но сейчас меня это мало волнует. Я должен найти Лику и вытащить из бушующего огня. Не знаю, где она может быть и здесь ли она, но в окружении дома её точно нет. Я же сказал ей остаться в машине, но она снова меня не послушала, вечно идёт наперекор.

— Ли-ка! — кричу я, задыхаясь в учинённом мной пожаре.

Хотел отомстить брату, а подверг любимую опасности.

В помещении никого уже нет. Даже охраны, которую мы оглушили. Они дезориентировано, повыскакивали в тот момент, когда я продвигался к горящему дому, сшибая меня на пути. Вся боевая враждебность погасла, когда дело коснулось спасения собственной шкуры.

Я продвигаюсь вперед среди жара, и едкого дыма в основной зал. Где ранее танцевала девушка, сидели за миниатюрными столами извращенцы, и барменский стол, который я поджёг.

— Ли-ка!

Дрогнувшим голосом прокричал я. Заставляю себя оценить ситуацию с холодной головой. Но плохо выходит. Не могу успокоить расшатанные нервы. И признаю себе, что боюсь потерять мою прекрасную, дерзкую девочку. Боюсь думать о самом худшем.

В страхе озираю взглядом в её поисках, но разглядеть сложно. Языки пламени, так яро буйствуют, что жжёт глаза. Всё помещение охвачено ярко-оранжевым пламенем, оно окутывает каждый угол, возгораясь с неумолимой силой.

— Лика, ответь! Ах-кха … кха-ааа… — как только повышаю голос, тут же захлёбываюсь в удушающим приступе кашля, который одолевает меня от проникающего в лёгкие тяжёлых металлов и сожжённого пластика.

Нужно защититься от гари…

Взгляд падает на круглый небольшой стол. Хватаю искорёженную пластиковую бутылку воды со стола и, отрываю тёмный кусок скатерти, на котором она была аккуратно расстелена. Действую быстро. Смочив обильно ткань водой, прикладываю к лицу.

В течении года до её исчезновения, мы только и делали, что боролись и воевали между собой. А наши чувства всегда были вплетены между ненавистью и страстью. Как два безумца не знали, как выбраться из этого порочного круга. И к чему всё привело… мы расстались на долгие годы, и всему виной мой братец. А я, как безумец, зависимый от наших былых воспоминаниях, не могу отступить. Не могу позволить Демиду, забрать Лику.

Границы братьев, давно уже размыты.

Слышу за спиной приглушённый, слабый крик. И резко оборачиваюсь.

— Лика?

— Я здесь… помоги-и-и!

Слабым, хриплым криком отвечает она мне. Но я не могу определить, откуда он идёт.

— Где ты? Где?

Слышу глухие, но слабые удары о деревянную поверхность.

Заставляю себя успокоить сумасшедший ритм сердца и прислушаться. Понять, откуда идёт звук.

— Макс… помоги… пожал… ст…

Понимаю, что она в ловушке. Заперта. Где-то за углом, в другой части дома, где я ещё не был. Быстро подрываюсь с места и молниеносно устремляюсь к слабому голосу моего ангелочка.

— Я иду, Лика… иду к тебе.

Языки пламени нещадно охватывают уже большую часть территории, пожирая каркасное дерево дома, деформируя его. Передо мной валятся расплющенные части винилового сайдинга, которым была обшита внутренняя часть дома. Я обхожу его стороной и продвигаюсь дальше. Весь дом превращается в страшную западню: где клубы дыма, громкое шипение огня и треск стекла, вот-вот норовит нас поглотить, наказывая за свою оплошность. И уже нет сомнения, что каждое промедление стоит нам жизни.