Что это конец!

— Держись!

Услышала я встревоженный крик моего спасителя, и он, нарушая правила, резко повернул не в положенном месте. Куча машин недовольно просигналили, не понимая манёвров мотоциклиста. Наши преследователи отступили, пока ждали знака светофора. Мы ушли вправо, пусть не по правилам, но всё же они отступили. Моё сердце заликовало, я знаю эти дороги, и думала, мой спаситель сбавит скорость, но он прибавил… не отступая и выжигая, газ, помчался дальше к Русскому моту.

На какой-то момент, я почувствовала облегчение. Мы ушли от погони, и мой спаситель немного сбавил скорость. Я не знаю, куда мы направлялись. Но мне сейчас было сложно сосредоточиться на таких мыслях. Я снова и снова вспоминала, что произошло на свадьбе, и слёзы горько выступили на глазах, вызывая безграничную боль на сердце.

Мы спокойно ехали по Русскому мосту, и я кидала взгляды по обе стороны залива, вдыхая солёный аромат моря, который всегда действует успокаивающе и размеренно.

Не могу поверить, что это происходит со мной.

Кто эти люди и почему пытались забрать меня?

Почему убили Никиту?

Как объяснить, всё происходящее со мной?

У меня так много вопросов и чувствую, что этому мужчине, спасшему меня… придётся ответить на них.

Замечаю, что мой спаситель часто оглядывается, и понимаю, что это не сулит ничего хорошего.

Пытаюсь тоже обернуться, и тут же моё сердце уходит в пятки.

Они нас догнали…

Вот чёрт!

Несколько чёрных внедорожников преследовали нас по пятам, и, судя по высунутым из машины головам, их намерения нас догнать, перерастают в нечто большое.

Куча машин движутся по своей траекторией, скорость у каждого разная, ну а мы усиливаем темп, пытаясь выжить из мотоцикла весь его потенциал скорости по максимуму. Всё меняет в тот момент, когда преследователи открывают стрельбу по шинам мотоцикла.

Я чувствую себя, словно попала в кино, где присутствует стрельба и погоня. Моё свадебное платье колыхалось на мотоцикле, а мой герой, не отступая, отвечал короткими, ответными очередями.

На мосту.

Где куча не винных людей спешат по своим делам или домой.

Это уже переходит все границы рамок и понимания.

Их совести и наглости нет предела.

Я вскрикиваю от страха, когда пули, свистя, попадают по дороге в нескольким метрах от нас.

Пытаюсь в плотную прижаться к мотоциклисту. Моё сердце от ужаса выскакивает из груди. Адреналин с сумасшедшей силой бьёт в кровь, руки дрожат так сильно, что мне приходиться скрепить их в замок и зажмурить глаза, прижавшись головой в мощную спину моего героя.

Боюсь смотреть, что происходит за моей спиной. Но слышу короткие очереди стрельбы. Я уже не понимаю, кто стреляет, но звуки, скользящие мимо меня, напрочь лишают любого самообладания. Я снова вскрикиваю, трясусь от испуга. И панически желаю, что б побыстрей всё это закончилось, иначе нервы не выдержать, и я просто выскочу из мотоцикла и кинусь к заливу, рьяно желая покончить с этой погоней.

Слышу, как беспорядочно и рвано проезжают соседние машины и настойчивые сигналы их водителей. Люди в таком же шоке, как и я.

На мосту происходит полный хаос. Визг шин и тормозов врываются в моё сознание. Слышу мощный грохот и скрежет железа по дороге. Всё же решаюсь взглянуть, на происходящее за моей спиной. И понимаю, что мой спаситель, отстреливаясь, попал по машине одних из преследователей, и внушительный внедорожник, не справившись с управлением, перевернулся на мосту, и со скрежещущим звуком его по инерции тащило по асфальту. Преградив своей машиной обе полосы. Теперь мост превратился в одну сплошную пробку, люди повыскакивали из машин, намереваясь помочь головорезам.

Конечно, они не могли знать, что в опасности были мы, и эти люди могли расправиться с нами таким же образом… а то и хуже.

Мы остановились, осматривая, какой ущерб нанесли вовремя гонки.

Остальные две машины головорезов, были не в нашем поле зрения.

Я услышала вой сирены полицейской машины. И так обрадовалась их приближению, что обдумывала, какой поток информации, случившиеся со мной, собираюсь взвалить на них. И люди, которые безжалостно убили моего жениха, что б обязательно были наказы, по всем законам, уголовное наказание.

— Даже не думай! — жёстко проговорил мой спаситель и, схватив меня за руку, подвёл к мотоциклу. Он до сих пор был в мотоциклетном шлеме.

— Что ты делаешь? Это полиция, и они нам помогут! — не довольно прошипела я, намереваясь дождаться их.

Мост погрузился в большой поток людей, которые предпринимали меры, как вытащить из внедорожника потерпевших.

— Садись. Живо. — Грубо отчеканил он, не выпуская мою руку.

— Отпусти меня, иначе я сейчас закричу.

— Они найдут тебя в полицейском участке, и ты уже не сможешь добиться справедливости.

Я сердито смерила его высокий рост и кинула взгляд в сторону визжащей сирены. Почему-то я ему поверила и снова села на мотоцикл.

Мы, лавируя среди стоявших машин, набрали скорость и уехали прочь, в сторону острова Русский.

Мотоцикл с рёвом ехал по дорогам Русского острова. Густо посажанные деревья и здания различных размеров мелькали перед глазами, словно во сне. Если честно, остров Русский практически мне не знаком, я мало была здесь и особо не запомнила места. А сейчас мне и подавно не было интересно наблюдать за зелёными пейзажами, проскальзывающие так близко.

Меня обуревала токая тоска и глубокое опустошение. Очень сильно хотелось остановить «железного коня» и уединиться где-то в глуши, остаться одной, разорвать все пути цивилизации и просто подумать.

Послушать свои мысли!

— Мы можем остановиться? — проговорила я, чуть громче и похлопала незнакомца по плечу.

Он чуть повернул голову и кивнул, после сбавил обороты и, уйдя правее, припарковался напротив леса.

Я подняла свадебное платье, встала с серебристого мощного байка и отошла в сторону. Не знаю, как я сейчас выглядела со стороны, наверно, помятой и лохматой, но меня сейчас это мало волновало. Я прикрыла лицо руками, пытаясь справиться со смятением и гневом, которое поглотило весь мой рассудок. Внутри бушевал яростный ураган, и он требовал выплеска эмоций. Нервно расхаживая по обочине дороги, я дёргала свадебное платье, то отталкивая его от себя, то поднимая. Незнакомец опёрся одной рукой о панель мотоцикла и терпеливо ждал, не снимая шлема. Его хладнокровное поведение меня раздражало, бесило.

Оно понятно, не его спутника жизни убили на глазах.

Чувствую, ещё чуть-чуть, и я сейчас взорвусь. Не хочу, что б этот человек потешался над мой болью, и решаюсь уйти в лес.

— Мне нужно в туалет, — говорю банальную фразу.

— Хорошо, — просто отвечает он.

Я разворачиваюсь, поднимаю платье и пытаюсь на туфлях с тонкими шпильками пробраться среди травы и кустарников в кромку леса.

Незнакомец широко скидывает ногу и слезает с байка, намереваясь мне помочь.

— Я сама справлюсь, — гневно шиплю и выставляю ладонь вперед. Давая понять, что б он не шёл за мной.

В ответ он кивает.

Снова поднимаю белоснежное платье и пытаюсь пробраться среди густых зарослей. Конечно, оно то и дело цепляется за ветки, а каблуки проваливаются в рыхлую землю. И я чувствую, как злость за всё окутывает меня сполна.

Хочется кричать.

Порвать это «грёбаное» платье.

— Пропади оно пропадом! — буркнула я, продвигаясь дальше в гущу леса.

Мысли в голове хаотично бегают. Кадры за кадром, произошедшее в ЗАГСе всплывают в моём распылённом мозгу, и слёзы накатываются на глаза.

Моя спокойная и размеренная жизнь рухнула, лишив меня счастья.

И я даже не знаю, кто виноват?

На кого злиться?

И как мне быть дальше?

Ушла я достаточно далеко.

Уныние вперемешку с бессилием накрывает меня, и я сажусь на землю. Платье пышно стелиться по траве, и я, словно бесформенная кукла, ложу руки поверх. Наконец, я осталась одна со своими мыслями, болью и отчаянием.