— Всё будет хорошо, Лика. Макса вытащат. Он отличный полицейский и крепкий, его не так легко сломить. А Демид ответит перед судом за все свои преступления, — ободряюще проговорил папа и крепко обнял мне.

Я кинула на него мягкий взгляд и снова посмотрела на заброшку, напряжённо ожидая выхода Макса.

Спустя несколько минут я услышала громкие крики, и оперативная группа быстро начала выходить из здания.

— Назад, назад!

— Быстро, выходим!

Кричали они, а следом бежал Кирилл.

— Что-то случилось? — прошептала я, крепко сжимая руку папы, и пробежалась взглядом по зданию, не увидив Макса.

— Лика, назад! Пригнитесь! — кричал мне Кирилл, махая быстро рукой.

— Папа, что происходит, где Макс? — обеспокоенно говорю я, смотря на папу.

— Я не знаю!

И неожиданно нас оглушает громкий БАБАХ!

Я перевожу взор на здание. Наблюдаю, как одно здание рушится, за следующим и дальше…

Клубок дыма.

Разваливающие старые стены разлетаются в разные стороны. Огонь поглощает заброшенное здание в тех местах, где находиться деревянные покрытия. Оперативная группа, которая была ближе к очагу взрыва, откидывает волной наземь. Кирилла сбивает с ног части здания. И папа, прикрывая меня своей спиной, приклоняет к земле.

И до меня доходит, что рушится и горит то место, где я находилась.

О, нет, Макс!

Я быстро встаю с земли и, высвобождаясь из рук отца, рвусь к зданию. Меня разрывает от безумия, я хочу к нему, к отцу моего ребёнка. Хочу быть рядом с ним. Не могу его снова потерять. Я сделала столько ошибок, что просто не могу ему позволить уйти.

Ну почему, зачем мне такое наказание?

Мы не заслужили такого печального конца!

Мои крики заглушаются следующим взрывом, который поглощает очередные громкие хлопки. Всё рушиться на глазах, разрывая на куски, рассыпая здание на огромные осколки камней и пыли, выплёскивая огонь и тёмный дым наружу.

— Ма-а-к-с-с!!!

— Нет, нет. Стой! — хватает меня папа, пытаясь всеми силами удержать, и я падаю на колени, отчаянно вопя.

— Ма-к-с-с! — припадаю я лицом к земле, сотрясаясь от мучительной агонией и судорожным рыданием.

С болью осознавая, что Макс остался внутри.

Я опоздала!

11:26Мой взгляд сосредоточенно направлен на коллегу корреспондента, которая, сидя напротив меня, оживлённо брала интервью.

История, произошедшая со мной и братьями-близнецами нашумевши была на устах у большого количества наших коллег и остальной заинтересованной публики, которая наблюдала в новостных каналах за ходом последних событий.

До сих пор воспоминания дают о себе знать. Не думала, что всё так обернётся. Даже спустя месяцы, моё сердце продолжает постанывать от боли.

— Лика, наше интервью я назвала кричащим названием. «Мой спаситель... или погибель». Если тебе станет плохо, то ты сразу можешь всё остановить. Хорошо? — предупредила с осторожностью моя коллега, которая когда-то вела репортаж с места аварии в Москве.

— Я поняла, — согласно кивнула головой.

— Ну, тогда начинаем, — она сделала жест рукой продюсеру, ожидавшего начало сьёмки, и тот подал оператору знак, о включении камеры.

Как долго я оттягивала это интервью, на которое была приглашена, после страшного последствия взрыва на заброшке. Я журналист и, конечно, о моей личной жизни судачили, не говоря о Максе, где его карьера была уничтожена, по вине Демида.

Пора всё рассказать, так будет верно!

— Ваша нашумевшая история любви могла стать интересным сюжетом для фильма… Погони на мосту, перестрелки и драки. Очевидцев было предостаточно. Не говоря о твоём спасителе, который вырывает тебя из лап злодея — дважды! — брюнетка интенсивно указала на два пальца. — Но ты упорно отрицаешь вашу любовь, ещё твоя потеря памяти, многое усугубило. Что привело к погибели многих участников всей драмы. Но самое интересное ещё впереди. Спаситель и злодей, два брата-близнеца, которые априори должны быть не разлей вода, а стали злейшими врагами, и это привело к плачевным последствиям… Согласись, это интересный сюжет? — кивнула моя коллега с непомерным интересом.

Я знаю её ход. Сама отношусь к той части корреспондентов, за счёт чего зарабатываю на хлеб и немного добавляю сенсацию для привлечения внимания зрителей.

— Катерина, ты немного сгущаешь краски.

— Любовь, граничащая с одержимой страстью, в одночасье перевоплотилась в ненависть. Где ты готова была покарать любимого, любой ценой, даже убить от собственной руки. Считая его убийцей своих родителей. При этом доверившись младшему брату-близнецу, который коварно подстрекал тебя и таил к старшему брату жуткую ненависть. Хочешь сказать, я сгущаю краски? — её каверзные высказывания, звучали устрашающе, таким образом пытаясь повысить рейтинг своего интервью.

— Демид, был потерянным, неуверенным ребёнком. Макс никогда не желал ему зла. Ещё мальчишками Макс предложил скопировать друг друга, думая, что помогает брату найти себя в жизни, а Демид этого не понял. Считая себя нелюбимым братом и сыном, таким образом посеял в своём сердце ненависть и погубил себя, пытаясь потянуть за собой остальных. Но если бы разговор у братьев произошёл ранее, то случившиеся страшные последствия можно было избежать.

— Демид похитил тебя, спрятав в заброшенной здании, и мог причинить вам вред.

— Но мой спаситель спас нас, что делал постоянно. Кстати, когда я не помнила Макса, после своей потере памяти, то так и называла. Спаситель! Ты верно подметила Катерина.

Она расплылась в улыбки.

— Скажи, как он выжил, после взрыва в заброшенном здании?

Я перевела взгляд в сторону, и тягостное воспоминания больно резануло в груди.

«… Уже стемнело, а результатов никаких.

Меня не пустили к обрушенному зданию, и я обречённо сидела в одной из машин скорой, наблюдая, как подъехали МЧС и шуршали вокруг.

Кирилла и несколько человек из спецназа, обрабатывали медики во второй карете скорой. Они серьёзно пострадали.

Я не могу смириться с мыслью, что Макс остался под завалами, а самая страшная мысль, жив ли он?

Кто-то из спасателей сказал, что нет вероятности найти живых под завалами.

А у меня сердце сжалось от этих слов.

Неужели это конец?

Почему жизнь ко мне так не справедлива?

Не могу дышать, говорить. Просто мучительно покачиваюсь из стороны в сторону.

Вся надежда на счастливое будущее в сердце рушится, превращаясь в прах. Погружая меня в утопию суровой пытки, где меня сковала и подчинила отчаянная печаль, и я не смогу найти упоения, пока не услышу желанный и глубокий голос любимого.

Демид разрушил всё… во что я когда-то могла верить и надеяться. Это бесчестно!

Нет!

Сжимаю я до боли кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Не поверю, пока не увижу тело. Макс не оставит меня и нашего малыша. Он этого не сделает!

Макс, прошу, не оставляй нас…

Мой взгляд в надежде на чудо был устремлён на разрушенную заброшку, где в течении нескольких часов интенсивно работали МЧС, пытаясь найти тела двух братьев близнецов.

Папа пытался меня успокоить, что-то говорил. Желал увести из этого места. Но я не могу, не хочу уходить без Макса. Продолжаю верит, надеяться и непрерывно наблюдаю за поисками.

Я понимаю, что жду ребёнка и мне нельзя волноваться. Но у меня не получается. Кошмарные события не отпускают. Преследуют меня, словно наказание, за мои неверные поступки. За моё недоверие любимому.

И теперь, я расплачиваюсь!

Корю себя за всё. Отмахиваюсь головой от страшных мыслей. И моё лицо искажается в очередном порыве рыданий, но у меня уже нет слёз. Одна тоска и печаль, которую никто не сможет унять.

Не могу себя простить… Никогда не смогу.

— Нашли! Один жив!

Слышу я восторженный голос из глубины заброшки и, быстро бегая глазами, устремляю взор на то, что осталось от старого здания.