Наташка сразу встает на защиту:

— А то! Не одной же ей он такую поляну накрыл? Она же не фруктовая лисичка, чтобы ягодками в таком объеме питаться…

«Ох, спасибо тебе, систер…» — думаю я.

— Так пусть знает, что мы твоя группа поддержки и суровый отдел контроля качества! — Сонька подняла бокал. — Так, эльф-дипломник, давай за то, чтобы твоя ссылка прошла исключительно хорошо, а даритель за это время не сдулся. А если что — за тобой стоит целая армия вооруженных каблуками и сарказмом женщин!

— Ура! — хором отозвались девчонки, и в комнате снова воцарился праздничный хаос.

Как же мне их будет не хватать в этой моей «не ссылке»...

Но я улыбнулась про себя. Даже на расстоянии пяти тысяч километров, стоит мне только закрыть глаза — и я услышу их смех, ехидные подколки и звон бокалов. Моя личная армия «Змея Горыныча» всегда будет на связи.

Дмитрий

Пишу Дашке, но она не отвечает — видимо, шампанское ударило в голову.

Лишь бы они с «систер» не рванули за продолжением банкета. А то, зная, как на Дашку влияет алкоголь, мне немного за неё страшно. Отметины её страсти уже не видны на моей шее, но я-то помню об этом… И шея моя вне доступа…

Поэтому прошу Тимофея проследить за их домом и, если они куда-то рванут, проконтролировать процесс на расстоянии.

Да, я немного сталкер. Но подвергать свою девочку опасности не хочу.

И когда Тима узнал, что одна из Дашиных сестер — это «принцесса София», то не раздумывая согласился. И если бы я даже попытался его остановить, то «фиг- вам»!

Если бы Дашка знала о нашей игре в детективов, она бы нас обоих покарала.

Но она не узнает — если, конечно, будет хорошей девочкой и не полетит с сестрами на метлах рассекать по Москве. Хотя сегодня и не полнолуние, да и кремом Азазелло они вряд ли мазались — может, и обойдется...

Ближе к полуночи от Дашки приходит голосовое сообщение. Такой родной голос пьяненькой заносы: «Димочка, спасибо за всё! Очень приятны твоё внимание и забота. Цветы потрясающие, шампанское — пьяное, фрукты — вкусные, а подарки… Мммм… Демонстрировать пижамку сегодня не могу, сорри… Слишком пьяна, боюсь, закончится стриптизом, а зритель далеко… И пилона у меня нет. Почему у меня нет пилона?

Кулон… Дима, это очень шикарно, наверное, даже слишком. Мои «головы Горыныча» — сестры — в шоке, а я растаяла совсем… Но не из-за подарка, а из-за того, что ты подумал и всё это устроил для меня. Всё, я спать, а то боюсь, если я сейчас не лягу, то укачу с девочками на танцульки, а мне на работу завтра… Люблю, целую, жду твоего прилёта, мой «декабрист» из Иркутска. Люблю тебя».

Улыбаюсь её словам, прямо вижу её — чуть пьяненькую, раскрасневшуюся, пишущую эти милые строчки. Отправляю ответ: «Люблю тебя, девочка моя!». Но в ответ уже тишина. Спит. И это хорошо…

Звоню Тиме Кармазину, он уже в дороге. Объясняю, что Дарья с сестрами никуда не поехала, так что всё остальное — это уже не моя просьба, а его личная инициатива.

— Тима, не обижай девочку. Ей и так, по ходу, от долбоёба Стаса досталось.

— Что ты? И в мыслях не было. Я просто посмотрю, чтобы других подобных «Стасиков» на горизонте не появилось. Бывай!

— Пока!

Поплыл наш Тимка. Не понял мужик ещё, но поплыл…

Даша

В пятницу залетаю в офис и попадаю в водоворот поздравлений. Коллеги импровизируют поздравление, я «проставляюсь» за защиту и предстоящий отъезд...

Вячеслав Анатольевич напутствует:

— Даша, что касается работы, то твой наставник, вдохновитель и каратель — Олег, поэтому о деле я не буду. Но вот о грибах! — Все в голос ржут, как и сам босс. — Ты знаешь, какие в Сибири грибы? Вот! — Он показывает размер гриба, как опытные рыбаки показывают размер выловленной рыбины. — Давай там построже. Никаких «обабков», «строчков» и «бычков»! Никаких «рыжиков» и «бледных поганок», только «боровики»! Ну, ты поняла: по шляпке ориентируйся, — и он очерчивает круг над головой, иронизируя на счет того, что Матвеев брюнет и мне нельзя соблазняться «грибами» со «шляпками» других оттенков…

Я понимаю его иронию и, улыбаясь, киваю ему.

— Ну, вперед к успехам и покорению Сибири, моя маленькая хиноманноза! — Он поднимает бокал, и все пьют шампанское, кроме меня — я на минералке. С меня хватит и вчерашних сестринских посиделок.

Собираю кучу документов, необходимых мне файлов. Еще раз с командой по проекту, Вячеславом Анатольевичем и Олегом всё же проговариваем четкий план моих действий и отчетности по каждому из пунктов. К шести я настолько перенасыщаюсь информацией, что меня ведет от усталости.

Олег предлагает меня подвезти, поскольку я и правда буквально валюсь с ног. Мы давно не говорили не о работе, поэтому я начинаю:

— Как с Ольгой?

— Движемся миллиметрами. Если бы не Сашка, и это было бы невозможно.

— Сашулик, моя лисичка, как она?

— О! Ураган! Но я её обожаю... Не представляю, как я жил без этого.

— Ольга оттает. Но нужно время. Запасись терпением.

— Может, дашь сестринский совет?

— Не кисни, нытик! Ольге и так досталось — одной с младенцем на руках. Дай ей немного времени, разгрузи ее, пусть почувствует себя девочкой, а не просто матерью и рабочей лошадкой, везущей хворосту воз... Вот и всё!

— Попробую... А ты как? Матвеев хоть рад, что ты к нему летишь?

— А то!

— Почему своим не скажешь о нем? Не уверена?

— Не хочу пускать в наш мир пока никого...

— А если влезут?

— Кто?

— Марины, Жанны...

— Волков бояться — в лес не ходить...

— Я скажу, но ты не обижайся. Я по-доброму. Пассии Матвеева — это пираньи или рыбы фугу, а ты — наивный окунёк... Будь осторожна. Я не верю, что они ещё не всплывут и не попытаются попортить вам жизнь...

— Угу. Но предпочитаю жить, не боясь того, что не произошло. Живу сегодняшним днём...

— Прости. Это я, видимо, один раз обжёгся и сейчас пытаюсь дуть на холодную воду.

— Я еще раз говорю: не кисни! Всё хорошо у вас будет. Ольга больше всех любит Сашулика, ну и ты проявляй заботу — и всё у вас будет здорово. Я буду держать за вас кулачки!

— Хорошо, держи свои кулачки!

Я ретируюсь из машины и, пока бегу до квартиры, набираю Ольгу. На заднем фоне слышу Сашку — она уже четче говорит!