— Почему?

— Потому что был у меня один знакомый, который тоже за неполные два года сделал то, что считалось невозможным.

— Почему-то на ум приходит Капитан.

— Именно он. Мастер делать невозможное. И надо сказать, ты его очень сильно напоминаешь.

Она ещё что-то хотела сказать, но в этот момент к нам подсел человек. Я бы даже сказал — уже почти старик.

— Позвольте прервать ваш разговор, керры, — старик впился в меня взглядом, полным открытой враждебности. — Так значит, это ты — Маилз Эхрион. Можешь не отвечать. Я и так знаю.

В этот момент я заметил краем глаза нездоровую суету. Например, гермодвери в главный зал закрылись. Роботы военного назначения встали по периметру зала и не позволяли гостям покинуть помещение через другие выходы.

— Значит, Кэндрикс начал действовать, — Стелла тоже обратила на это внимание.

— Он и не заканчивал, — сказал старик и поставил передо мной небольшую коробочку. — Открой.

Я открыл. Внимательно посмотрел на содержимое.

— Дай догадаюсь, ты родственник того самого мутанта, которого я так удачно сжёг в баре? — усмехнулся я.

Лицо старика побагровело. Но надо отдать должное, он быстро взял себя в руки.

— Это был мой сын.

— И что? Я тут при чём?

— Из-за тебя он умер.

— А может, потому что эссенции пережрал? Но тебе ведь и не важно, кто прав. Ты просто хочешь повесить на кого-то вину.

— Если бы не ты, мы бы вытащили его из этого состояния.

— Если бы не я, он бы убил не один десяток человек. Мужчин. Женщин. Подростков, прятавшихся под столом. Впрочем, тебе-то что с того. Ты не погрешишь.

Я знаю такой тип людей. Видел в Империи предостаточно. Они физически не способны признать свои ошибки. Для них всегда виновен кто-то.

Два штурмовых робота подошли к нашему столу. Иллюзий на их счёт я не питал.

— Эй, какого Эхериона! — орал с другого стола Стив и даже попытался направиться в нашу сторону, но его заблокировал другой робот.

— Ешь, — сказал старик, указывая на торы.

— Этого количества хватит, чтобы превратить меня в мутанта через тридцать минут. Такое есть я не буду.

Что было ожидаемо, так это то, что пара роботов скрутит меня и засунет пару десятков торов мне в рот и заставит проглотить. Пожалуй, в Т-Нуль-Пространстве это были мои самые неприятные ощущения в теле человека.

Едва меня отпустили, я потянулся за стаканом воды. Горло и рот горько жгло, а по телу разливалась огненная слабость. Руки начали дрожать. В голове появился туман. Кое-как сев на стул, я увидел полные ужаса глаза Стеллы и довольные глаза старика. Повернуть голову стоило больших усилий, чтобы увидеть Стива. Тот был собран и решителен. Уверен, что сейчас он уже продумывает план, что делать в этой ситуации. За меня он не сильно беспокоился. Всё же чистая эссенция была нейтрализатором грязной. Плюс моя повышенная резистентность к эссенции. Так что быстро в мутанта я не превращусь. Тем более что у меня в кармане лежала чистая золотая эссенция.

— Ты послужишь карой тем, кто не присоединится к новому миру, — сказал напоследок старик и ушёл.

Роботы покинули нас.

— Маилз… я…

— Всё в порядке. Я в порядке. Пока что. Только немного штормит.

Состояние было странным. Тело ослабло, в голове туман. Зрение плыло. А вот способность, наоборот, раскрылась. Я чувствовал всех, кто был. Даже тех на сцене, кого не видел. Механоидов. Десятка сильнейших механоидов с пылающими Ядрами Оруса. Сквозь расплывчатость я сумел-таки разглядеть их силуэты. И трёхметровый карбионовый шар — Кэндрикс — был сейчас на сцене.

— Какого Танула, Кэндрикс! — орал Стив. — Ты что устроил?

— Ох, Эликс. Ты, как всегда, спешишь. Я же здесь, на конференции по вопросам будущего, представляю новое будущее во главе с собой.

— В задницу такое будущее!

Послышался звук удара. Кажется, это Стиву робот заехал под дых.

— Ну-ну. Спокойнее. Мы здесь не для того, чтобы ссориться. А для того, чтобы показать — будущее за механоидами. За теми, кто не скован системой «Немезис», Империей и бренным телом. Мы создадим новый мир. «Мир, основанный на правилах»!

Кэндрикса я слушал вполуха, пытаясь залезть в карман брюк. Руки тряслись как у треморщика.

Лоб жутко зачесался. Настолько сильно, что я не мог терпеть. Почесаться получилось раза с третьего, но зато я получил невероятный кайф от того, что расчесал этот зуд. Последствия этого тоже были. Мало того, что в глазах и так всё плыло — я ещё и нажал на что-то на обруче. Странные ощущения невесомости охватили меня. Пришлось призвать холод, чтобы остаться здесь, в зале, и снова попытаться достать эссенцию.

— Я помогу, — послышался сбоку знакомый голос.

Прикосновения рук Джоуи обжигали не хуже, чем огонь. Приходилось сжать зубы и держаться, пока она не достанет контейнер.

— Вколи, — сквозь зубы проговорил я.

Получилось что-то нечленораздельное, но Джоуи уловила. Игла вошла мне в бедро. Укол был подобен сверхновой. Меня так тряхнуло, что я упал на пол и оказался заперт в темноте, скованный со всех сторон. От приступа клаустрофобии я забился и в какой-то момент разрезал окружающее меня пространство зелёным клинком.

— Маилз! Очнись! Приди в себя! — Кто-то хлестал меня по щекам.

Теперь я сидел на стуле, а надо мной склонились два обеспокоенных лица — Ле-Ле и Джоуи.

— Ты… откуда?

Хотелось спросить, откуда здесь Джоуи, но тело не слушалось.

— Компанию решила составить. Просто так. Представляешь? Нет? А вот представь.

Кто-то из них сунул мне в рот бокал с водой, и я принялся жадно пить.

В голове всё плыло. Начались шутки со зрением. Вот я сижу в главном зале на Фобосе, наполненном людьми, роботами и механоидами. А вот я в затхлом помещении незнакомого ангара, куда сквозь дыры и щели попадал солнечный свет.

— Джоуи Самерхольд. Я предлагаю вам присоединиться ко мне. И не в том качестве, в котором вы находитесь сейчас со своим мужем. Вы станете правительницей всех людей.

— Мне и замужем неплохо, — огрызнулась она.

— Ха-ха. Вы не поняли. Выбора у вас нет. Отсюда, с Фобоса, вы уйдёте либо с нами, либо будете разорваны на части мутировавшей тварью, что сидит рядом с вами.

В этот момент по чувствам ударило ощущение присутствия. Такого родного. Такого знакомого.

— Сам ты тварь, Кэндрикс. Накормить человека таким количеством торов и угрожать другим смертью от рук мутанта.

Мама.

Её голос эхом отдался от стен ангара, в котором я был. Я протянул руку, чтобы попытаться схватить её, но чужая рука, рука монстра в чёрной живой броне, ухватила лишь воздух.

— Валькирия! Ты…

Этот голос был знаком. Тори. Я пытался сфокусироваться на сцене и действительно смог разглядеть её кукольный силуэт за синим щитом. Щитом, отделяющим людей от механоидов. Ничего не понимая, я прислушался к себе и понял, что роботы, державшие людей, были все уничтожены.

— Я.

— Так ты всё это время была Призраком, — тихим голосом сказал Тори.

— Не просто Призраком. Боевым. Зачищала там, где вы не могли.

— Разве это сейчас важно? — поинтересовался Кэндрикс.

— Не лезь! Я хочу узнать! Сожри тебя Кракен, Валькирия! Почему ты молчала? Мы же с тобой подруги!

— Сверхсекретный проект. За каждым моим шагом следили, — пожала она плечами. — Так что пришлось о многом умалчивать.

— Если бы только Герцог знал, что ты тут, он бы не предал нас!

— Он мне всё рассказал до того, как уйти к Ксандру. Я его чуть не убила на месте, потому что, сама понимаешь, мне нужно было его арестовать.

— Почему ты его не остановила? — Это уже голос другого механоида. Хароу?

— Зачем мне останавливать того, кто так и не нашёл своего места?

— Хочешь сказать, это его решение не было предательством, а просто совпало? — Это уже другой механоид.

— Именно это я и хочу сказать. Герцог давно потерялся в этой жизни. Ему нужно время всё обдумать. И тогда он вернётся.

— Валькирия, ты сейчас выдаёшь желаемое за действительное, — высказался Кэндрикс, которому этот разговор перестал нравиться.