Пока Элейн говорила, я поднялся на третий этаж общежития, прошелся по длинному открытому с одной стороны коридору и открыл свою дверь. Тигрид, словно кот, сидел у двери и терпеливо ждал меня на пороге. Первым делом я сразу обратил внимание на глаза — коричневые.

— Пока бегал туда-сюда, слышал, что перенос способностей пилотов в текущих механоидов в лучшем случае десять процентов от того, что имеет человек и пока что проблему они не могут решить. В чем причина, как думаешь?

— Они используют сеть системы «Немезис» для переноса. А она, скажем так, не рассчитана на такое вмешательство в принципе.

— Почему? — Погладив марионетку, я прошелся в кухонную зону.

Элейн рассмеялась тихим смехом.

— Я что-то не то спросил?

— Скажем так, ты задаешь вопрос, на который все ученные Т-Нуль-Пространства не могут ответить вот уже тридцать пять лет с момента, как Киллир с подачи керра Дормана инвестировал первые серьезные средства совместно с фондом «Мебиус» в это проект.

— Керр Дорман? Мой бывший врач?

— На этот вопрос тебе ответит Эликс. Или вспомнишь.

Закинув еду из магазина в микроволновку греться, я уже хотел было открыть упаковку корма, но ощутил его. Пси-сигнал. Он не был похож на то, что я направлял на себя этот месяц «песенки». Это был живой сигнал, который я не столько услышал, сколько почувствовал всем своим существом. Легкий, невесомый, но в нем отчетливо ощущалось недовольство. И то, что тигриду надоело питаться одинаковым кормом, и то, что он устал сидеть в этой комнате и то, что он хочет попробовать мою еду. И ещё множество ощущений от усталости, до любопытства и жуткого желания все вокруг исследовать.

Медленно повернувшись, я посмотрел на Принцессу. Коричневые глаза обычного тигрида, только вот взгляд слишком умный, проницательный и любопытный.

— Дорогая, в чистой теории, Королева Роя может превратится в существо размером с тигрида, выглядеть как тигрид, вести себя как тигрид, но при этом быть Королевой Роя?

Микроволновка пропищала. Достав горячий бифштекс с яйцом, я без сожаления вывалил его в миску тигрида и тот жадно накинулся на еду. Что ж, придется заказывать ужин. Жаль конечно. В столовой ЦРМа готовят вкусно и поэтому на ужин я беру с собой оттуда.

— Элейн?

— Я думаю. С одной стороны — ну какая Королева Роя сделает из себя тигрида и пойдет жить в доме Чейза? А с другой стороны, Принцесса всегда хорошо умела маскироваться, очень любила собирать всякий мусор, особо питала интерес к похищению людей. Мы даже однажды нашли нору на Шайбере, в которой задохнулись несколько людей, а некоторые превратились в мутантов и тоже умерли. Справедливости ради это было до её знакомства с Чейзом. И потом — если она действительно превратилась в тигрида и даже признака сигнатуры не подала и все эти годы никому не позволила себя обнаружить, то это делает теорию ещё более фантастической.

— Значит, мне кажется, и я путаю и просто марионетка использует пси-сигнал для общения? Возможно, Чейз так с ней и общался?

— Нет. Я склонна верить в то, что у тебя на кухне действительно сидит Королева Роя Корзу — Принцесса.

— Дашь номер службы уничтожения Роя?

Мы оба рассмеялись.

— Ладно, бездна с Принцессой. Так почему «Немезис» не рассчитана на перенос обычных пилотов в Т-Нуль-Пространстве?

— Это вообще-то тайна императорской семьи.

— И что? Я через семь с половиной месяцев тоже стану частью этой семьи.

Дешевая чашка, в которую я заваривал молотый кофе, неожиданно треснула пополам. Коричневая жидкость разлилась по столу и крупной струей упала на пол. Принцесса подняла на меня взгляд уже красными глазами.

Глазами, которые я уже видел в подземном туннеле. Глазами, что сияли внутри запечатанного контейнера, падающего с неба. И словно молния меня накрыло темнотой. Уровень, что я проходил в виртуальной игре, созданной Мэтью Гаусом — я был там. В жуткой темноте, что хочет поглотить всё.

— Экелз? Ты в порядке? Ответь.

Встревоженный голос Элейн донесся как сквозь завесу.

— Я… я тут, — свой собственный голос показался таким чужим и далеким.

— Что случилось? Марионетка? Вызывать помощь?

— Дай минуту.

Мне потребовались усилия воли, чтобы заставить тело двигаться от воспоминаний кошмара. Сел на стул и попытался осознать, что же я вспомнил. Кошмары, что мучали меня всё это время в Империи, тревожное расстройство — все это последствия того, что я был пилотом. И я был точно в игровом уровне. Живом. Настоящем. Ужасном.

— Кое-что вспомнил из прошлого, — слова выползали из рта медленно и тягуче.

Принцесса чуть повернула голову, посмотрела на меня, и в одни прыжок оказалась на коленях. Даже автоматическое движение погладить вызывало усилия.

— Знаешь, я перезвоню. Мне нужно обдумать то, что вспомнил.

Отключился не прощаясь. В голове вертелись мысли. Яркое воспоминание поблекло, оставив за собой след прошлой жизни.

— Чем больше начиню вспоминать, тем больше не понимаю, как я умудрился попасть в такие передряги за короткий промежуток времени, — сказал Принцессе. — Даже с тобой познакомился.

Тигрид ласково мурчала.

Глядя в потолок, понял, что мне невыносимо находится в замкнутом пространстве.

— Сиди дома. Я вернусь.

Прогулку я помнил местами. Вот вышел из подъезда и было ещё светло. Шел по тротуару, мимо ехал двухэтажный аэробус с механоидами и людьми. Следующая картина — каменный мостик. Следующая — знакомый и одновременно незнакомый ресторан.

Окончательно пришел в себя спустя несколько часов. На улице была ночь, горели фонари. А я стоял на баскетбольной площадке с мячом в руке.

— Эй, чего завис? Твой бросок!

Посмотрел на говорящего. Седовласый мужчина среднего возраста в майке цвета хаки и в милитари-штанах. Короткие волосы с выбритыми справа тремя полосками. Суровое лицо человека, привыкшего командовать и повидавшего в жизни всякого дерьма.

— Ага.

Я сделал трехочковый бросок. Мяч ударился о доску и упал ровно в кольцо.

— Двадцать один. Ты выиграл. Снова. Ещё партию?

— А давай. И прости, я несколько выпал из реальности. Как тебя зовут?

— Джоэл. Смотрю пришел в себя. Проблемы в жизни?

— Да кое-что сильно стрессовое случилось. В такие моменты моё сознание будто отключается, и я несколько часов могу бродить ничего не помня. Особенности организма, — пояснил.

Когда в первый раз такое случилось, мать никому не позволила ко мне подойти и дождалась, пока я сам приду в себя.

— Хреновый день, да?

— Медики всю душу вытрясли, — усмехнулся я, кидая мяч новому знакомому.

— Это они умеют. Поэтому мне проще ходить вот так, — и он выгнул неестественно ладонь.

— Это протез? А с виду и не отличить от руки, — пригляделся я.

— Можно вырастить новую руку, но я к медикам без необходимости ни ногой.

Мы сыграли ещё три раунда, больше не касаясь каких-либо тем, сосредоточившись только на игре. Потом попрощались, так как время было уже ближе к полуночи. Живот бурчал, требуя еды.

В этом зомбическом состоянии меня занесло далеко. Пришлось вызывать машину, чтобы добраться до дома.

Как ни странно, игра в баскетбол с рандомным человеком прочистила мозги, и я пришел к следующим выводом. То, что я не копаюсь в прошлом, а жду, что память сама восстановится — правильно. Если даже часть из того, что всплывает в памяти правда, то я мог участвовать в секретных операциях, о которых не найти ничего в сети. И мой интерес к ним может вызывать не нужное внимание. А учитывая случай с Чейзом и мутантов в «Чайке» — внимания ко мне и так выше необходимого.

Глядя на подсвеченные улицы Фрея, я вспомнил, как бригады ремонтников восстанавливали полотно. Вспомнил, что рядом со мной был механоид. Нола. Мы шли вот по этой улице, и она хотела присоединиться в мою команду. А вот тут, на набережной искусственной реки я сражался с гидроидами. Их было очень много, вылезающих их пространственных разрывов.

Как-то непроизвольно захотелось послушать тот самый плейлист Ле-Ле. Шикарный женский вокал добавил картины воспоминаний яркости, будто бы я действительно крошил Ксилусов под этот плейлист.