— Куда собрался? — сонно спросила Элейн.

— С Эликсом на тренировку. Он потом на Аргуссу улетает.

— Сделаешь кофе?

— Уже сделал, — ответил, относя кружку из кофемашины ей в кровать.

Девушка легла на бок, оперлась на локоть и взяла кружку. Легкая ткань простыни едва прикрывала ноги, обнажая её фантастическое тело.

Сидя вот так рядом, глядя на её заспанное лицо и сонные волосы, я вдруг отчетливо понял, что хочу всю жизнь вот так просыпаться.

— Выходи за меня замуж, — сказал, даже не раздумывая и не рефлексируя.

— Через год, если не передумаешь, — Элейн даже не задумывалась, будто знала, что я задам этот вопрос.

— Почему я должен передумать?

— Факторов много. С твоей стороны, не с моей. Я-то готова хоть сейчас.

— Это связано с тем, что я не помню, но что должен вспомнить?

— Да, — девушка сделала глоток. — Но если ты думаешь, что мой ответ — это решение о паузе, «нет». Ни в коем случае. Просто свадебная церемония будет через год. А так, очень надеюсь, что в наших отношениях ничего не поменяется.

Девушка отдала мне кружку, а сама медленно и плавно встала. Мелькнула мысль не дать ей встать ещё минут пятнадцать, но за эти три дня выявилась разница в выносливости. Так что я с удовольствием наблюдал, как она надевает темно-серый халат и поправляет волосы.

— Значит, через год? Я ставлю дату в календарь?

— Да, ставь. Предпочтения есть по торжеству? Тысячи гостей или чисто семейные посиделки и медовый месяц где-то в тихом месте?

— Второе, если у тебя нет дополнительных пожеланий.

Сделав глоток, я поставил чашку с кофе на столик, чмокнул в щечку сонную девушку и покинул каюту.

На ходу написал сообщение Юму, чтобы он принес завтрак для Элейн. Кронпринцу Юмихейну всего шестнадцать лет, но из-за разрыва времени он ментально намного старше. Насколько конкретно — я не спрашивал. Чувствовал, что некоторые вещи должны оставаться недосказанными. Что касательно Элейн, я знал, что она из императорской семьи, в школе учили. Но вот что странно, когда я решил проверить генеалогическое древо Императора — Элейн нигде не значилась.

Вообще, с момента моего согласия попасть в Т-Нуль-Пространство и до текущего времени я всё больше замечал сложных и непонятных хитросплетений. Мать просила держаться подольше от Призраков и Ксандра, но я провалил этот квест. Юм, Ксандр и Элейн скрывали многое, и при этом я всё чётче осознавал, что я как будто знаю их давно. Поэтому мне было легко поверить Юму. Поэтому я так хотел быть с Элейн. Я им верил. В отличие от Ксандра. К этому загадочному механоиду у меня было неоднозначное отношение. То же и со Стивом. Я по его глазам видел, что тогда, пьяный в столовой, он будто призрака увидел. И время от времени ловил его взгляд вопрошающий. Он будто не понимал — я тот, кого он знал раньше или нет? О том, как меня звали раньше, я говорить не стал и не спешил развеивать его сомнения.

Память будет возвращаться. Постепенно. Это показали Призрачные Врата, которые я уже видел ранее когда-то. Можно попытаться ускорить этот процесс, но я не хотел. Мама предложила мне начать всё с чистого листа, а отец всегда учил быть терпеливым. Да и то, как всё развивается, меня пока что устраивает. Тот, кто я есть сейчас — следствие невероятного количества потраченных сил, времени, ресурсов, внимания семьи Картер. Своим слишком сильным интересом к прошлому я не хочу нивелировать их усилия. Так что пусть всё идёт своим чередом.

— Явился словно призрак! Где тебя носило? — пробурчал Стив на входе в спортзал.

— Это конфиденциальная информация, — ответил я спокойным тоном отца, чем вызвал негодование Эликса.

— Конфиденциальная! Посмотрите на него. Бедный Эликс тут страдает, все от него шарахаются, а единственный человек, который ведёт себя со мной нормально, свалил по загадочным делам!

— Ничего не поделать. Я взрослый занятой человек, — пожал плечами я, становясь на бегающую дорожку.

Эликс пробурчал что-то и занял место за эллипсом.

— Бегать не будешь? — поинтересовался я.

— Это ты человек. А я десятки лет был пилотом. Для меня ходить, не падая и не врезаясь, уже подвиг.

— Так сложно?

— Больше восьмидесяти лет я управлял механоидом, который в разы больше, сильнее, быстрее меня и двигается иначе. Всё это время моё тело лежало в специальной капсуле, подключенное к гигантскому количеству датчиков и инструментов. Мои мышцы созданы не изнуряющими тренировками, а искусственными нагрузками в капсуле. Так что, когда я понял, что больше никогда не смогу снова управлять своим механоидом — слегка поехал крышей и пустился во все тяжкие. Благо, мозгов хватило не подсаживаться на что-то тяжелее алкоголя, хотя предлагали. Представь, какого мне было, когда вчера я был сильнейшим фаворитом, воином, дрался с Королевами, участвовал в сложных операциях, спасал людей, а сегодня мне настолько плохо, что даже ширинку застегнуть не могу.

Я попытался представить. Быть таким же могущественным, почти бессмертным фаворитом, как Киллир, и внезапно стать беззащитным человеком.

— Сочувствую.

— Вертел я твоё сочувствие на оси вращения цитадели! — Рявкнул тот. Видимо, это для него больная тема. — Меня дома так задолбали и отец, и мать, и даже мелкий шкет в своих видеосообщениях своим сочувствием. И коллеги не лучше.

— Поэтому ты здесь?

— Я? Нет. Если бы не Элейн, руководитель проекта «Механоид», лично не пришла ко мне домой, не утихомирила меня своим присутствием, мои ребята никогда бы не смогли меня насильно затащить в транспортник и уложить в капсулу. Брр, до сих пор жутко от её присутствия.

Так. А вот это интересно. Элейн говорила, что она бывшая глава Призраков. А в момент, когда она забирала Эликса, была ещё настоящим. Элейн не спешила рассказывать о себе, а вопросов к её происхождению было много. И нет, они не смущали меня. Я уже принял её такой, какая она есть.

— Что же это за руководитель такой, что тебя пьяного пугает? — Усмехнулся я, специально ожидая ответа от Стива.

— Вот и у меня такой же вопрос. Задаюсь им уже не первый год. Уметь удерживать толпу только вышедших из капсулы пилотов одним авторитетом — это кем надо быть?

— А что не так с выходом?

— Действующие пилоты, которые сидят в капсулах годами, вылезая из капсулы друг друга видят не как человек человека, а как механоид механоида. И этот эффект может длиться от дня до нескольких лет в зависимости от того, как долго пилот сидел в капсуле. Ученные утверждают, что это связанно с эссенцией. Она каким-то образом изменяет нас, людей, даруя всем пилотам в Т-Нуль-Пространстве способности, когда, будучи человеком, они возвращаются сюда.

— С эссенцией? Это как?

— Если очень просто и опустив большой пласт нюансов, то Нейтон вылез из капсулы и я. У него мозги в эссенции и у меня. И вот мы видим друг друга не людьми, а механоидами. У тебя эссенции в мозгах нет, значит тебя я вижу как человека.

Я вспомнил, что при выходе из капсулы мне Юм вколол эссенцию. А значит там, в столовой, когда Стив меня увидел, он увидел не меня, а… Капитана? Меня так звали?

Стоп, Маилз. Не нужно лезть в прошлое. Не прямо сейчас. Слишком многого я не знаю об этом мире. Да и если я и был механоидом, то будучи шестнадцатилетним пацаном, учащимся в кадетском корпусе. Это очень сильно могло и может повлиять на моё восприятие Т-Нуль-Пространства сейчас. Подросток и взрослый человек воспринимают мир совершенно по-разному, и то, что одному сплошная чёрная полоса, другому — лучший период в жизни.

— Не жалеешь, что здесь оказался? — Сменил я тему.

Стив задумался, и его ритм движения даже замедлился.

— Да как сказать. После потери меха я буквально потерял смысл жизни. Срывался на всех, показывал не лучшую сторону. Вёл себя как последняя мразь. Вон Нейтон до сих пор обходит стороной. И продолжал бы вести себя так ещё долго.

— Но?

— Но потом я допился до такого состояния, что принял тебя, — он ткнул в меня пальцем и чуть не улетел с эллипса, но удержался, — за моего старого друга. И мне стало стыдно перед ним за то, что мой механоид бегает по планетам и бесит меня своим существованием, а я надираюсь как последняя свинота. Так что пока я его не поймаю и не уничтожу — мне нельзя проявлять слабость. Кстати, не хочешь познакомиться с моим мелким?