Я посмотрел на потолок. Они тоже посмотрели. Я перерезал цепь наручников своим призрачным ножом. Мои руки были свободны.

Следующая часть произошла очень быстро.

Я как можно быстрее выбросил левую руку вверх и ударил парня по руке с пистолетом, отбросив её в сторону. Пистолет выстрелил, но дуло уже было направлено мимо меня. Я услышал грохот выстрела и почувствовал порыв воздуха, когда пуля пролетела мимо моего плеча.

В то же время я метнул призрачный нож в пистолет Бобби. И снова я был слишком медлителен. Бобби нажал на спусковой крючок.

Я почувствовал, как пуля ударила меня в грудь, но боли не почувствовал. Я подумал, что он убил меня. Разве не было бы больно, если бы он убил меня?

Горячий газ обдал мою шею, и горящая частичка ударила рядом с адамовым яблоком. Место, куда он меня ранил, не болело. Я ничего там не почувствовал. Раны бы тоже не было, если бы татуировки Аннализ сохранились. Я не стал смотреть вниз, чтобы проверить.

Призрачный нож скользнул по пистолету Бобби, разрезав его надвое, а затем исчез в его груди. Я услышал, как он задохнулся.

Моя спина все еще была открыта, и я оставил парня слишком надолго. Я бросился на него, ударил кулаком по голове и вырвал оружие у него из рук. Я схватил его за затылок и развернул так, что он оказался между мной, Табби и Тиффани.

Мне не о чем было беспокоиться. Тиффани застыла на месте, она и представить себе не могла, что может случиться что-то подобное. А Табби стоял на коленях с окровавленной пулевой раной в груди. Затем он упал на спину. Он больше не собирался вставать.

Я почти ничего не помню о том, что произошло в следующие несколько секунд. У меня было ощущение огромного давления внутри черепа. Я знаю, что не стрелял из пистолета того парня. Я знаю, что Тиффани управлялась с ножом гораздо быстрее, чем я ожидал, и я слишком сильно ударил её по щеке.

Что я помню, так это то, что я стоял над Бобби, Тиффани и двумя другими и разрезал окровавленный пистолет парня пополам. Один из зубов Бобби все еще торчал из бочки.

Я переломал им кости, но, по крайней мере, они будут жить. Им жилось лучше, чем Толстяку. Мне потребовался вся сила воли, чтобы их не стошнило прямо на них.

Двери по всему коридору распахнулись, и из них высунулись головы. Гении. Они услышали выстрелы и бросились к ним. Ближе всех ко мне оказался преподобный Уилсон.

Я обошел тела на полу и подошел к мертвецу. Он забыл побриться тем утром. Я забрал у Кэбота пистолет и положил его в карман. Я также забрал свой бумажник и ключи.

После секундной нерешительности Уилсон бросился ко мне. На нем были длинные черные брюки, но не рубашка.

— Что здесь происходит? — Он впервые посмотрел мне в глаза.

— Этим парням нужна скорая помощь — сказал я — Но, боюсь, этого парня больше нет.

Я говорил слишком быстро. Я хотел быть спокойным и собранным, но чувствовал себя совсем не так.

— Почему ты.. — начал Уилсон.

Я услышал шум позади себя. В дальнем конце коридора появились еще трое мужчин. Они бросились ко мне с пистолетами в руках. Один из них прижимал ко рту портативную рацию.

— Помоги им — сказал я и бросился мимо него. Впереди меня из-за угла коридора вышел еще один мужчина.

Ближайшая ко мне дверь была той, из которой вышел преподобный Уилсон. Я нырнул внутрь и запер дверь. У меня был пистолет, но я не хотел им пользоваться. Вокруг было слишком много людей, а я не был крутым наемным убийцей. К тому же, мне и так повезло больше, чем я заслуживал. Если бы Бобби целился мне в голову, а не в сердце...…

Рядом со мной стояла женщина. Она была совершенно голой и не стыдилась этого. Я предположил, что ей около сорока пяти, у нее были длинные каштановые волосы и простое, честное лицо. У Уилсон был хороший вкус.

— Что там происходит? — спросила она.

— Общее непослушание.

Она потянулась к моей груди и потянула за пулевое отверстие на рубашке. На ней были следы пороховых ожогов.

— Я вижу это — сказала она.

На мгновение я подумал, что она запаникует, как и я.

— Я не хочу неприятностей...

— Конечно, нет. Проходите сюда — Она провела меня через комнату во вторую, поменьше. Она была очень спокойна — Бобби и мальчики за последние несколько лет становились все хуже и хуже. Раньше они были работягами, защищавшими своих. В последнее время они ведут себя как головорезы.

Там была вторая дверь, рядом с окном, из которого был виден лесистый склон. Это был выход. Она сняла с крючка связку ключей — Не все хотят входить через казино. У нас есть пара комнат с черным ходом.

Она отперла дверь и распахнула её настежь. Солнце уже зашло, но небо все еще было светлым. Я ступил на металлическую лестницу. Четырьмя этажами ниже был небольшой навес для машины.

Я повернулся к обнаженной женщине

— Спасибо.

Пуля срикошетила от металлической лестницы. Я не видел, откуда она прилетела, и не стал задерживаться, чтобы выяснить. Я протиснулся обратно внутрь и закрыл дверь. Я услышал слабый звук сапог рабочих, поднимающихся по металлическим ступеням.

Черт. Вот и все, что нужно было сделать, чтобы выскользнуть через черный ход.

Я побежал обратно в спальню. Ручка дернулась, но не повернулась. Чей-то мясистый кулак забарабанил в дверь.

— Не подходите! — закричала женщина — У него пистолет!

На мгновение мне показалось, что она видит его в кармане моей куртки, но потом я понял, что она просто тянет время. Она подошла ко мне вплотную и тихо сказала: — Копы...

— Они не будут на моей стороне — сказал я — Отойди в тот угол. Пригнись как можно ниже.

Она так и сделала. Кто-то все еще колотил в дверь. Они окажутся внутри буквально через минуту или две, как только появится кто-нибудь с ключом.

Я перепрыгнул на другую сторону кровати и опустился на колени на пол. Я воткнул призрачный нож в пол, держа его за самый край, чтобы он доставал как можно дальше, затем провел им по полу, очерчивая неровный круг.

Круг не опустился на этаж ниже. Я услышал, как по ту сторону входной двери звякнули ключами — Что вы там делаете? прошептала женщина. Жаль, что я не знаю, как её зовут.

Через мгновение они будут внутри. Я мог бы вытащить пистолет Кэбота из кармана, но не стал этого делать. Вместо этого я прыгнул на круг, который только что вырезал. Я услышал, как щелкнул замок.

Дерево раскололось, и я провалился сквозь пол.

Я пролетел около десяти футов и ударился о кафельный пол. Мои колени подогнулись, и я откатился в сторону. Было больно, но мне удалось не подвернуть лодыжку.

Я ударился обо что-то мягкое. Это была большая, мягкая груда простыней и покрывал, и я не заметил её на расстоянии двух футов. На нескольких простынях были пятна красной крови, и мне потребовалась секунда, чтобы понять, что это моя кровь. Мои руки были в крови.

Я был в прачечной. У внешней стены стояли три большие промышленные стиральные машины и сушилки. Окон там не было.

— Пресвятая дева Мария! На меня уставилась крошечная старушка с сильным акцентом. Я встал и пробежал мимо нее к двери.

— Держись подальше от дыры — сказал я ей — Через минуту сюда войдут вооруженные люди.

Я пробежал мимо сушилок и увидел, что они работают на природном газе. Я остановился. Газопровод соединялся с машинами наверху. Я рывком открыл дверцы сушилки, перекрывая огонь. Затем я проследил, как газопровод проходит по потолку до того места, где он исчезал в стене. Там был запорный клапан. Я вырезал его.

Старуха уставилась на меня, разинув рот.

— Боже мой — сказал я ей — У тебя утечка газа. Лучше скажи этим парням наверху с оружием.

Я увидел, как в пространстве над дырой шевельнулись тени. Я повернулся и выбежал через двойные двери. Пожилая женщина что-то кричала, но я не знал, кому она кричала. Я просто надеялся, что у нее хватит ума включить пожарную сигнализацию.

Я узнал этот коридор. За противоположной стеной находился маленький ресторанчик, где Филлис накачала меня наркотиками. Я побежал к лестнице. Я бы предпочел не заходить в казино, но это казалось невозможным.