Изо рта Чарльза вырвался столб пламени. Аннализ бросилась на меня, отбросив назад через люк. Я упал с лестницы как раз в тот момент, когда пламя охватило Аннализ с головы до ног. Я услышал её крик. Я тоже кричал. Я покатился вниз по лестнице, схватившись рукой за перила, когда пытался удержаться на ногах. Мои ноги свисали с края, а под ними был долгий-долгий провал в башню. Я взобрался на ступеньки, одновременно вытаскивая пистолет. Огонь все еще бушевал на верхней площадке лестницы. Попасть в комнату наверху было невозможно, не пройдя прямо сквозь пламя. Я поднял пистолет, нащупал что-то похожее на предохранитель и передернул затвор. Железный затвор задрожал. Затем струя пламени прекратилась. Я услышал отвратительный, удушающий звук. Что за черт, подумал я. Я бросился вверх по лестнице, крича.

Все в комнате было обуглено и почернело. Едкий запах дыма обжег мне нос и глаза. Я нигде не мог разглядеть Аннелиз. Хаммер отшатнулся к окну башни, схватившись за горло.

Во рту у него было так же черно, как и в комнате вокруг меня. Огонь поджарил его, как только он вышел. Но, пока я смотрел, его губы порозовели, а рот и горло зажили так же быстро, как и изуродованное горло Арлин.

Я застрелил его.

Я попытался выстрелить короткой очередью в центр его тела, от промежности до лба, но "узи" дергался как сумасшедший, и вместо этого пули прошили его плечо. Чарльз Хаммер Третий отшатнулся и выпал из окна башни.

Я пробежал через комнату, чувствуя, как обгоревшее дерево опасно шатается у меня под ногами. Я добежал до окна прежде, чем он ударился о камни внизу. Я увидела, как он ударился. Тяжёлый. Он был неподвижен. Я заметил кусок серебряной проволоки, вделанный в подоконник. Она тянулась от кольца на полу к окну, а затем вниз по стене башни. Мне стало интересно, что находится на другом конце. А еще мне было интересно, когда же перестанут вибрировать мои железные ворота.

Затем я увидел, как Хаммер поднял руку. Черт. Пистолет и камни не прикончили его. Он не был мертв.

Я повернулся к люку, гадая, удалось ли Аннализ тоже выпрыгнуть из окна, когда увидел ее. Я пробежал мимо нее, даже не узнав.

Она обгорела. её кожа и одежда почернели и сморщились. Она не обгорела до костей, она была слишком крепкой для этого, но её рот широко раскрылся, а маленькие ручки сжались в кулачки. Она держала их так, словно собиралась снести мне голову. Она была абсолютно неподвижна. Она исчезла.

Я встал на колени рядом с ней и коснулся её лица. её кожа мятая, как сожженная бумага, и разогретым жиром сожженных кончиков пальцев.

Блин блин блин. Я хотел её вернуть.

Я побежал вниз по лестнице башни. Я не знал, сколько у меня было времени до того, как он исцелит себя, но я знала, что его было немного. Я лихорадочно соображал, почему Аннализ сознательно пожертвовала своей жизнью ради меня, гадал, сработает ли призрачный нож или серебряное лезвие, которое я взял из-за двери, так, как не смог "Узи", перестанут ли когда-нибудь болеть мои железные ворота, и означает ли боль от моих железных ворот, что еще больше детей сгорало заживо, пока я бежал за их убийцей.

Я спустился по лестнице.

Сквозь плотную ограду из плексигласа, окружавшую дамбу, я увидел Чарльза Хаммера, который с трудом пробирался через огромные черные скалы. Затем я заметил груду разбитых серых камней среди вулканической черноты. Именно там обрушилась остальная часть замка.

Под дамбой был обрыв в двадцать футов, и я знал, что не смогу спрыгнуть на зазубренные черные камни. Я провел призрачным ножом по плексигласу, вырезая участок размером восемь на пять футов. Он упал на камни.

Я вылез из отверстия и спрыгнул на пластик. Он прогнулся под моим весом, но не сломался. Я перелез через него и выбрался на камни.

Хаммер был в добрых тридцати ярдах впереди меня. Казалось, он направлялся на юго-восток, хотя я не мог себе представить, куда он бежал. Город находился на северо-востоке, если ему нужна была помощь или защита от жителей Хаммер-Бей, он направился не в ту сторону. Насколько я мог судить, на юго-востоке были только лес и горы.

Я продолжал преследовать его, держа в зубах призрачный нож, в кармане серебряный нож, а "Узи" постукивал меня по колену, когда я перепрыгивал с камня на камень. Я подумывал о том, чтобы выбросить пистолет. Он уже показал себя бесполезным, но я не мог заставить себя сделать это. Мне нужно было все оружие, какое я только смогу достать.

Аннализ сказала мне не преследовать Хаммера в одиночку. Она сказала, что он слишком силен для меня. Возможно, она была права. Но я только что прикоснулся к её обожженному лицу. Я не мог этого так оставить. Я не мог убежать.

Я сосредоточился на камнях, пытаясь увеличить скорость, чтобы отвлечься от своих мыслей. Сейчас было не время думать о моем боссе. Сейчас было время выяснить, кем стал Чарльз Хаммер, куда привела его серебряная проволока и как сильно я собирался его убить.

Я оторвал взгляд от скал, по которым пробирался. Хаммер исчез. Яростно ругаясь, я попытался броситься к тому месту, где видел его в последний раз. Я надеялся, что он вошел в пещеру или провалился в колодец. Если он стал невидимым или что-то в этом роде, то я действительно был не в своей тарелке и двигался не в том направлении.

Но я продолжал идти вперед, перепрыгивая с камня на камень, время от времени оглядываясь, не появился ли он снова из-за какой-нибудь невысокой каменной горки.

Я перепрыгнул через камень и наткнулся на плоскую груду камней. Это была обвалившаяся стена, и я мог видеть часть серой, изъеденной трещинами деревянной мебели, торчащую из-за камней. Рядом с ней была небольшая кучка битой посуды. Я стоял на развалинах замка.

Я перепрыгнул через последние несколько камней к тому месту, где исчез Хаммер. Ничего. Я ничего не увидел, кроме полоски выцветшей красной ткани и разбитых напольных часов, которые десятилетиями простояли на открытом воздухе. Я огляделся по сторонам. Если бы он стал невидимым, то мог бы подкрасться ко мне сзади и сжечь дотла, прежде чем я успел бы заметить его присутствие.

Я заметил открытое пространство между двумя скалами. Я бросился к нему.

И там оно и было. Я стоял на вершине каменной лестницы, которая вела вниз, под землю.

Я запрыгнул на лестницу и начал спускаться. Примерно через десять футов гладкие серые каменные стены превратились в неровную пещеру. Быстро стало очень темно, и у меня не было никакого источника света. Я снова вспомнил о предупреждении Аннализ и снова не стал об этом вспоминать. Она только что спасла мне жизнь. Я не собирался отпускать этого парня.

Я немного сбавил скорость. Свет стал более тусклым. Я все еще мог видеть, но не очень хорошо. Сколько еще осталось?

Я добрался до подножия лестницы. Там было два туннеля, один слева от меня, другой справа. Я прислушался к звуку шагов Хаммера, но не услышал ничего, кроме шума океана.

Черт. В какую сторону? Один туннель шел почти прямо на юг, другой на запад-северо-запад. Последний вел к секции обрушившегося здания, первый — в противоположную от него сторону. Были веские причины выбрать любой из них.

Я заметил какое-то мерцание на стене. Это была серебряная проволока. Она проходила под самым потолком и исчезала в темноте северо-западного туннеля. Я протянул руку и провел по ней пальцами, нащупав ржавую металлическую пластину, которая удерживала её на месте, прижимая к камню.

Я последовал за ним. Шагая в темноту, я сунул призрачный нож в карман и закинул пистолет за спину. Я провел левой рукой по проволоке, чтобы убедиться, что она не сворачивает в какой-нибудь невидимый туннель или не исчезает в каменной стене. Я держал правую руку перед собой и, спотыкаясь, спускался в пещеру. Пол был таким же ровным и гладким, как тропинка в лесу, что оказалось лучше, чем я ожидал. Я не был уверен, создан ли он человеком или нет. У меня не было возможности узнать это, я был просто рад, что мне не пришлось карабкаться по острым камням в темноте. Земля пошла под уклон, затем снова пошла под уклон. Прежде чем спуститься с края склона, я обернулся и посмотрел на вход в туннель позади меня. Там все еще сиял золотой дневной свет. Я повернулся и спустился в темноту.