— Либо она, либо я — сказала Мириам.

Я вскинул руки вверх. Как я мог спорить с этими людьми?

Я достал пистолет из кармана. Одна из женщин ахнула, и я почувствовал легкий приступ тошноты от её страха. Я подвел Веру и других женщин к фургону Веры, где они все втиснулись друг подле друга. Когда они отъехали, я представил, как Люк Дюбуа прокрадывается через заднюю дверь Мириам и убивает их всех, пока я стою перед домом. Я побежал обратно в дом и обнаружил, что они меня ждут.

Я стоял лицом к Мириам. Я полностью завладел её вниманием.

— Ваш муж кажется хорошим человеком. Ты его любишь?

— Люблю.

— А как насчет всего этого? — Я махнул рукой в сторону дома, обстановки, всего остального — Это всё тоже нравится? Потому что пришло время выбирать.

— Что вы имеете в виду?

— Вам с мужем пора уходить. Вам придется многое оставить позади. Произведения искусства, безделушки, всевозможные вещи.

— Я могу это сделать — сказала она — Если смотреть в дуло дробовика, многое становится понятным.

— Собери свои финансовые документы — сказал я — Банковские выписки, документы по кредитным картам, ипотечным кредитам, страховки, все, что угодно. И еще возьми фотоальбомы и старые любовные письма. Все остальное тебе лучше оставить. Ожидай, что к твоему возвращению все сгорит дотла.

Она кивнула и поспешила вверх по лестнице. Арлин хотела последовать за ней, но я схватил её за руку.

— У меня к тебе два вопроса: У тебя надежная машина? И если да, то можно ли ей его одолжить? Они не могут убежать в мандариновом Юконе.

— Да — сказала Арлин — Да, конечно.

Она пошла помогать Мириам.

Мы с Синтией стояли в гостиной. Она улыбнулась мне и сжала мою руку. Я глубоко вздохнул и расслабился. Я был рад, что она мне помогает. Я надеялся, что мне не придется отрезать от нее железную калитку или что-нибудь похуже.

Через пять минут Мириам спустилась вниз с банковской коробкой в руках. На ней лежала старая Библия в кожаном переплете — Я готова.

— Мы положим это на заднее сиденье машины Арлин. Арлин, мы встретимся с тобой в больнице. Готова?

Мы вышли через парадную дверь и погрузили вещи в кузов "Форестера" Арлин. Пока Мириам ставила коробку на место, Арлин похлопала меня по локтю.

— Кто вы?

— Рэймонд Лилли.

— На самом деле это не ответ на мой вопрос.

— Я знаю — Мириам закрыла люк — Езжай быстрее, пожалуйста.

Арлин села за руль и тронулась с места. Я велел Мириам сесть на заднее сиденье "Ауди" и не высовываться. Я чувствовал себя глупо, мечась, как киношные шпионы, но то, что в меня стреляют, меняет дело.

— Куда теперь? — Спросила Синтия.

— Нам нужна Аннализ.

— Тогда к тебе домой. Она отъехала от тротуара, и мы молча проехали несколько кварталов.

Мириам нарушила молчание.

— Ты думаешь, Филлис пыталась меня убить?

— Я не уверен, что это была она. Каска слишком бросалась в глаза. И, насколько я видел, все её парни носят такие же с пистолетами 38 калибра.

— Я слышала, она заключила с ними сделку, потому что покупала оптом — сказала Синтия — Она настоящая скряга.

— Но это был её любимый фургон — сказала Мириам — И я уверена, что у некоторых из её людей дома тоже есть оружие.

Я знал, как легко можно угнать автомобиль.

— Бессмысленно строить догадки. Важно то, что мы доставим вас и вашего мужа в безопасное место.

Через пять минут мы прибыли в мотель. В моем номере все было перевернуто вверх дном, а вся моя одежда разорвана в клочья. Мне придется еще какое-то время обходиться простреленной рубашкой. Мой детективный роман тоже был уничтожен. Ублюдки. Теперь я бы не узнал, кто был убийцей.

Комната Аннализ была пуста, но в ней тоже все было перевернуто, и все в ней было разворочено. Мириам заглянула в комнату через мое плечо.

— Мерси — сказала она — Как ты думаешь, с ней что-то случилось?

— Я беспокоюсь не о ней — сказал я — Я беспокоюсь о нас.

Фургона тоже не было. Жаль, что она не дала мне чертов номер сотового, которым я мог бы воспользоваться. Я нуждался в ней, но понятия не имел, где она и что задумала.

Синтия потянула меня за рукав.

— Мы закончили?

Я мог бы спросить менеджера, куда она ушла, но не верил, что он даст честный ответ.

Я был предоставлен самому себе.

— Как называется это заклинание? Что оно делает? Откуда оно взялось?

— Ладно. Я ничего об этом не знаю, кроме того, что мне больно, когда у Чарльза случаются припадки. Но ты думаешь, с Эмметом то же самое? Просто делает то же, что и он, в темноте?

— Посмотрим.

— Здесь — Синтия заехала на парковку — Оставь двигатель включенным — сказал я — Я сбегаю наверх и вернусь.

— Что ты собираешься делать? — Спросила Мириам.

— Если заметите неприятности, уходите отсюда без меня, понятно?

Синтия кивнула. Они с Мириам начали осматривать улицу. Я повернулся и побежал в здание, где находились офисы Маллета и Питера Лемли.

В вестибюле я просмотрел справочник. На втором этаже располагался актуарий, а на третьем консультанты по вопросам брака. На четвертом располагалась редакция "Маллета".

Лифт показался мне медленным и неудобным, поэтому я поднялся по лестнице так быстро, как только мог. Я чуть не сбил с ног пару средних лет, спускавшуюся с третьего этажа. Я пробормотал извинения и протиснулся мимо них.

На верхней площадке лестницы я увидел дверь "Киянки", датированную 1909 годом. Она была не заперта, и я вошел внутрь. В коротком коридоре было три двери. На самой дальней двери висела табличка "РЕДАКЦИЯ". Я положил руку на дверную ручку и заколебалась. Воздух был очень спокоен. Питера здесь не было, и мне захотелось побежать обратно к машине. Вместо этого я открыл дверь.

Я сразу почувствовал запах крови. Я подошел к столу и окну в дальнем конце комнаты. На стекле было несколько свежих брызг крови, а стол был разбит вдребезги.

Питер в основном сидел за столом. Его рука лежала в дальнем углу, все еще сжимая девятимиллиметровый револьвер. Его голова лежала в нескольких футах от меня рядом с единственной стреляной гильзой. Я подумал, удалось ли ему попасть в цель.

Я попятился из комнаты, завернул руку в подол рубашки и закрыл дверь, затем стер свои отпечатки пальцев с ручки. То же самое я проделал с ручкой на двери, ведущей на лестницу.

Я сбежал вниз по лестнице, выскочил за дверь и запрыгнул в машину Синтии.

— Какие-то проблемы? — Я спросил ее.

— Нет, а у тебя?

— О, да. Питер Лемли мертв.

— Вот дерьмо — сказала Синтия.

— Может, нам стоит кому-нибудь позвонить? — Спросила Мириам.

— Например, кому? Скорее всего, это копы убили его.

— Скорую, конечно. Что, если он просто тяжело ранен?

Я обернулся и посмотрел ей в глаза.

— Мириам — сказал я — Он очень-очень мертв.

Она захлопнула рот и уставилась в окно. Синтия промчалась через город и свернула на стоянку окружной больницы. Она припарковалась как можно ближе к машине Арлин.

Через пять минут мы все уже шли по коридору к палате Фрэнка.

Прямо перед его дверью я увидел маленького лысого чернокожего мужчину лет семидесяти. Его макушка доходила до дырки от пули на моей рубашке, и он носил огромные прямоугольные очки в черной оправе, из-за которых его глаза были похожи на абрикосы. Обеими руками он держал длинную черную винтовку.

В другом конце зала на той же мягкой скамье, на которой мы с Синтией сидели накануне, сидела худая, как птица, женщина лет шестидесяти. На коленях у нее лежал карабин времен Второй мировой войны.

Коротышка выпятил подбородок и положил палец на спусковой крючок — Остановитесь, молодой человек — сказал он высоким гнусавым голосом.

— Остановитесь здесь.

— Боже правый, Роджер — сказала худощавая женщина — Разве вы не видите, что с ними Мириам?

Он покосился на нас сквозь свои огромные очки, а затем нахмурился. Впускать людей в комнату, должно быть, было равносильно потере всеми любимого авторитета.