– Ты с ума сошел! – Оля снова посмотрела на Петровича с недоверием, словно не думала, что он серьезно.

Но Петрович увидел в её взгляде ту самую крохотную капельку восхищения. Такая бывает, когда смотрят на безумца и чуть‑чуть ему завидуют. Он так может, а я нет. И это вдохновило его.

– Слушай, ты как хочешь, а я пойду. Даже не так. Ты оставайся. Мало ли что. Вдруг там и впрямь опасно.

– Ты сейчас так шутишь?

– Нет! Я на полном серьезе.

– Я тебе не отпущу, – запротестовала Оля.

– И как удержишь?

Оля замолчала. Петрович боялся только одного, что Оля позовет Матвея. Тот сможет удержать или отговорить. Но Оля этого не сказала. Может быть, и сама хотела опасных приключений. И это Петровичу в ней нравилось. Капелька безрассудства его прямо‑таки заводила. Он видел по взгляду Оли, что и её заводит адреналин. Когда‑то на этом они и сошлись. Тот секс был одним из лучших в его жизни. И если бы кто спросил, готов ли он рискнуть, чтобы повторить ту ночь, он без промедления бы согласился.

Они тихо спустились из окна. Сначала Петрович. Оля придерживая за ремни, передала ему автоматы. Следом прыгнула сама, он поймал её на руки, по‑молодецки. Крепко прижал к себе, страстно поцеловал. Она ответила. Безрассудство пьянило.

Тихо, вдоль самой стеночки они пробрались до угла, чтобы Дариан, живущий теперь с этой же стороны дома, не заметил, как они уходят. Удалось. Никто не поднял шума.

Выйдя к восточной стороне дома, они прошмыгнули десяток метров по открытой местности и углубились в заросли кустов. Теперь и Матвей, следящий за южной стороной, их не увидит. А сделав небольшой крюк, они смогут выйти к той поляне с развалинами. Разведают ситуацию и вернутся. Только и всего.

Кан шел и тихо матерился себе под нос.

– Грёбаный мир! Отвратительная клоака! Прыщ на заднице кираниды.

Он на секунду задумался живут ли в этом мире кираниды? Похоже, это из другой оперы. Эти толстокожие твари сюда не добрались бы. Да и зачем им? Сами из мира ничуть не лучше, чем этот.

Он шел, распинывая оторванные части тел. Некоторые из них принадлежали аборигенам‑людям, некоторые аборигенам‑животным. Господин Ти не видит разницы. Ему всё живое – враг. Разорвал, что попалось в пасть проглотил, остальное бросил, где убил.

Кан пнул руку. На пальце что‑то блеснуло. Он наклонился, снял желтое широкое кольцо с огромным камнем. Поднес к глазам, посмотрел сквозь камень на солнце.

– Тьфу! Херня на палке! Шлак!

Он с презрением отбросил находку и зашагал дальше.

Кан следовал за Господином Ти уже почти сутки. Подбирал всё, что не смогла проглотить огромная тварь. Полезное складывал в карман, мусор выбрасывал. У него скопилось уже несколько десятков эссенций всех мастей, немного искр. Навыки все попадались низкоуровневые и Кан их просто выбрасывал. Набрать столько, чтобы можно было собрать хоть что‑то ему полезное, из такого уровня навыка не выйдет. Но он не унывал. Господин Ти разберется с этим осколком и пойдет дальше. Глядишь, там будет чем поживиться.

Из головы Кана не шла та вылазка в дом какого‑то бандита. А если уж быть честным, то не давала ему покоя задница его кудрявой подружки. А еще сейф, набитый какой‑то дурацкой бумагой. Что за глупость? Пихать никому не нужные бумажки в сейф. В сейфах хранят ценности, а то, что там лежало не стоит и крохотной эссенции. Эх, слишком рано он оказался в этом мире. Через полгодика тут всё изменится до неузнаваемости. Местные поймут, что важно, а что барахло. Вот тогда будет иметь смысл вскрывать их сейфы.

Кан остановился, как вкопанный.

Где‑то далеко впереди огласил округу мощным ревом Господин Ти.

– И чего орет, сучий потрох? Кто ему там так не приглянулся?

Кан аккуратно, чтобы не попасться на глаза твари, прячась среди кустов, что повыше, побежал на звуки, заставившие вздрогнуть округу.

Господин Ти, медленно, бочком, двигался по кругу. Его мощное тело не позволяло Кану рассмотреть кто перед ним.

А когда Ти сместился достаточно, Кан охнул.

Противник оказался приземистый, гибкий, на четырех огромных лапах и с натуральными саблями вместо зубов. Да ещё с мощными здоровенными когтями. В целом похожий на кота, только большого и, судя по всему, злого. Но это ничего не значило. Ох, и задаст ему сейчас Господин Ти трёпку!

Кан уселся среди терпко пахнущей жесткой листвы и приготовился смотреть.

Сначала неизвестный кот неплохо держался. Кан даже решил, что будь тут край‑букмекеры, поставил бы пару эсок или даже искру на кота, так ради адреналина, но потом ситуация в корне изменилась.

Ти ухватил кота за загривок, и врезал лапой по оскаленной морде. Кот жалобно заорал. Голова его покрылась черной кровью, половину скальпа сорвало острыми когтями короткой лапы Ти.

– Всё! Отмяукался котик!

Господин Ти ревел от удовольствия, а Кан сорвал в задумчивости ветку и принялся жевать горьковатые листья. Сознание почти сразу поплыло. Голова стала легкая, как шарик с гелием. Того и гляди оторвется и улетит в космос.

Кан отвлекся, внимательно рассмотрел растение. Ничего примечательного – обычный зеленый куст. Кан пожал плечами, оборвал несколько веток, сложил листья в карман. Когда закончил, Ти уже пировал.

Огромными острыми зубами, он рвал тушку глупого котика, отгрызая разом по десятку килограмм плоти. Кан наслаждался зрелищем, надеясь, что Ти оставит то, что в этой тушке спрятано. Киска явно была не простая. Огромная, да еще на Ти кинулась сама. Значит думала, что имеет шанс победить.

Кан присмотрелся, нет ли поблизости еще таких. Вдруг – это отвлекающий маневр, и коты охотятся стаями. Пожертвовали самого хилого, а сами…

Но нет. Никого вокруг не было. Да и Господин Ти неожиданно смолк.

Кан насторожился. Что‑то было не так.

Господин Ти, склонился над трупом кота, ковырялся в нем передними лапами. Ему явно было неудобно, поэтому он время от времени издавал недовольное ворчание похожее на гул винта вертолета.

Кан аж подался вперед, стараясь рассмотреть в чём дело. Его слегка вело, но он сосредоточился.

Господин Ти вдруг выпрямился, задрал морду в небо и заревел. Кану показалось, что земля под ногами содрогнулась.

– Мать вашу! Жучья морда!

Кан потер глаза.

– Не может этого быть! Кишки ваши на вертел! Откуда тут Частица Мира⁈

Отчего‑то мне было неспокойно.

Снаружи всё было тихо. Никаких монстров, никакого подозрительного движения, но всё равно что‑то меня тревожило. На месте не сиделось. Теке, будто чувствуя моё состояние, никак не мог улечься, крутился, переворачивался с боку на бок, сопел, ворчал, пока я не подошел и не погладил его. Тогда медоед успокоился, кажется, заснул.

Таха тихонько спала. На этот раз её не мучали кошмары. Наверное, отодвигание кровати помогло. Я выглянул в окно, убедился, что там ничего не изменилось, вышел в коридор.

Скелетоник мирно отдыхал у дальней стены. Туда я отодвинул его, чтобы не мешался под ногами. Я полагал, что он мне не понадобится до послезавтра, когда мы отправимся разбираться с хозяином Терминала. Завтрашний день я планировал посвятить планированию, разбору навыков совместно со своим отрядом. У меня был план, кому и что прокачать, но я готов был выслушать всех.

В комнате Петровича и Оли дверь была закрыта. Что не удивительно. А вот тишина показалась мне подозрительной. Обычно Петрович похрапывал, Оля его тихонько тормошила, чтобы он перестал, от этого скрипела кровать. Сейчас же – ни звука.

Я потоптался пару секунд, но заходить не стал. Чужая территория. К тому же, я предполагал, что могу там увидеть. Так что, спят тихо – молодцы.

Дойдя до двери комнаты Дариан я остановился. Створка оказалась приоткрыта, я тихонько заглянул.