Я медленно кивнула, разглядывая узор инея на перилах скамьи. Крошечные ледяные кристаллики сверкали на солнце, как рассыпанные бриллианты.

— Понимаю, — наконец сказала я и поднялась, опираясь на трость. — Благодарю вас за предупреждение, дорогие леди Фурс. Весьма любезно с вашей стороны.

— Леди Миррен, — Клара тоже вскочила, хватая меня за рукав. — Вы… вы не сердитесь на нас? Мы просто хотели, чтобы вы знали и могли подготовиться.

Мягко высвободив рукав, я похлопала её по руке.

— Конечно, нет. Вы поступили как настоящие друзья, и я вам искренне за это благодарна. — Я натянуто улыбнулась, хотя внутри всё сжалось в тугой узел. — Как говорится, кто предупреждён, тот вооружён.

— Мы переживаем за вас, — тихо произнесла Лара, и в её обычно холодном взгляде мелькнуло что-то похожее на искреннее сочувствие. — Хоть вы и ведьма, но очень порядочный человек. Теплтон — опасная женщина. Она не прощает обид, и у неё длинные руки.

— Я заметила, — сухо отозвалась я, вспомнив череду «несчастных случаев» на балу.

Клара нервно оглянулась по сторонам, словно боялась, что президентша может выскочить из-за ближайшего куста, как чёрт из табакерки.

— Знаете, леди Миррен, — она снова понизила голос до заговорщицкого шёпота, — говорят, Теплтон уже добилась исключения трёх женщин из Общества за прошлый год. Одна посмела не согласиться с её мнением о новом приюте. Вторая — выбрала платье не того фасона на осеннем балу. А третья… — Клара выразительно умолкла.

— Что третья? — не выдержала я.

— Третья просто ей не понравилась, — пожала плечами Клара. — Без объяснения причин. Теплтон просто заявила, что эта женщина «не соответствует высоким моральным стандартам Общества». И всё. Её исключили. И теперь бедняжка даже в лавку выйти боится. Люди на неё пальцем показывают, шепчутся за спиной…

— Как на прокажённую, — закончила Лара. — Социальная казнь. Медленная, но верная.

Я стиснула челюсти так, что заломило в висках. Руки под перчатками непроизвольно сжались в кулаки, и кончики пальцев закололо от проснувшейся магии, готовой сорваться и испепелить что-нибудь. Желательно — президентшу Теплтон вместе с её Обществом.

Но я взяла себя в руки. Сорваться — значит дать Брианне именно то, чего она добивается. Доказательство, что я неконтролируемая и опасная ведьма, которую нужно запереть подальше от приличного общества.

— Что ж, — я выдавила из себя безразличную улыбку, — президентша имеет полное право издавать любые постановления. Это её Общество, её правила. Не вижу проблемы.

Всплеснув руками, Клара ахнула.

— Но леди Миррен! Это же катастрофа! Почти все ваши посетители — женщины! И если им запретят к вам обращаться…

— Тогда ко мне будут обращаться мужчины, — пожала я плечами с деланным безразличием, глядя поверх их голов на голые ветви лип, чернеющие на фоне серого неба, — Или те женщины, которым плевать на мнение Теплтон и её кружка добродетельных сплетниц. Поверьте, такие тоже найдутся. Кроме того, президентша переоценивает своё влияние. Да, у неё есть власть над теми, кто добровольно отдал ей эту власть. Но я не член её Общества. И никогда им не была. А значит, её постановления меня не касаются.

— Вы очень храбрая, — в голосе Лары прозвучало нечто похожее на восхищение. — Или очень безрассудная.

Я усмехнулась, но усмешка вышла кривой:

— Возможно, и то и другое. Время покажет.

Клара порывисто схватила меня за обе руки:

— Леди Миррен, но вы же понимаете, что значит идти против Теплтон? Она не остановится! Она будет давить, давить, пока не сломает вас! У неё связи в магистрате, в полиции, даже в Департаменте! Она может…

— Клара, — мягко оборвала её Лара. — Хватит пугать леди Миррен.

— Но…

— Хватит.

Клара обиженно надулась, но замолчала.

— Благодарю вас за беспокойство. Не многие решились бы предупредить меня. Но, — я выдержала паузу, глядя на них, — я не собираюсь бежать из города, прятаться или извиняться. Я ничего не сделала. И если президентша Теплтон хочет войны… Что ж, она её получит.

Слова прозвучали храбро. Я бы даже сказала пафосно, для человека, которого медленно, но верно загоняют в угол. Вот только внутри всё сжималось от страха.

Сёстры Фурс проводили меня до выхода из парка, болтая о погоде, о предстоящих рождественских празднованиях, о новой постановке в городском театре — обо всём, только не о Теплтон и её постановлении. Я поддакивала в нужных местах, улыбалась, даже пошутила пару раз.

Но мысли были далеко.

Когда мы распрощались у ворот парка, и силуэты сестёр растворились в потоке прохожих, я позволила маске соскользнуть с лица.

Оперевшись обеими руками на трость, я тяжело выдохнула. Дыхание вырвалось неровным, прерывистым облачком пара.

«Постановление Общества — гениальный ход», — подумала я, глядя на заснеженную улицу, где сновали люди, спеша по своим делам. — «Формально оно касается только членов Общества, и Теплтон ничего не нарушает. Просто заботится о нравственном облике своих подопечных, оберегает их от дурного влияния».

Но на деле удар по самому больному месту. Женщины составляли добрую половину моих клиентов. Именно они несли деньги за советы, как вернуть мужа, которые работали, за амулеты красоты и молодости (спасибо, госпожа Джезвол за рекламу). И если все эти женщины испугаются потерять статус добропорядочности…

«Салон загнётся через месяц, — холодно констатировала я про себя. — Максимум — через два».

Я тряхнула головой, прогоняя наползающую панику.

Нет. Не время раскисать. Я уже один раз упала на самое дно после новости о свадьбе Рэйвена. Не собираюсь повторять этот опыт из-за постановления какой-то самовлюблённой дуры в изумрудах.

Экипаж ждал у края парка. Карл, заметив меня, спрыгнул с козел и распахнул дверцу.

— Домой, миледи? — спросил он, помогая мне забраться внутрь.

— Домой, — кивнула я и откинулась на мягкое сиденье, закрывая глаза.

Экипаж тронулся, мягко покачиваясь на рессорах. Сквозь закрытые веки я видела оранжевые блики солнца, пробивающегося сквозь облака.

«Общество Добродетельных Жён, — думала я, слушая ритмичный стук копыт по мостовой. — Статус добропорядочности. Социальная смерть».

Красивые слова, за которыми скрывалась примитивнейшая жажда власти одной женщины над сотнями других, одержимых страхом быть отвергнутыми, не принятыми и осуждёнными.

И Теплтон использовала свою, чтобы уничтожить меня.

«Что ж, — я открыла глаза и посмотрела в окно, на проплывающие мимо заснеженные дома. — Посмотрим, кто кого переиграет, Брианна. Я ещё поборюсь».

Но в потаённом уголке души зашевелился страх, что без покровительства Рэйвена я действительно никто. И что, когда рухнет салон, а деньги закончатся, то мне придётся снова обратиться к нему за помощью.

А это было бы хуже любой социальной смерти.******************************Дорогие читатели!А я к вам с очередной новиночкой от Евы Лисовой "⚖️ Истинная по Закону или Украду твое сердце, Дракон!": Мой отец продал меня за долги, а я сбежала в столицу. Чтобы вернуть себе спокойную жизнь, я должна украть артефакт у аристократа, считающего себя неприкосновенным. Вот только теперь меня преследует мистер Кельдер, лучший законник Империи. Его цель – вернуть артефакт и бросить меня за решетку. Вспыхнувшая между нами Метка Истинности связала наши сердца. Но в мире, где правит Закон и кровь, Истинность не подарок седьбы, а смертельная ловушка. Охота началась, и на этот раз я не сдамся без боя!

Первую неделю после разговора с сёстрами Фурс я тешила себя надеждой, что страх перед потерей статуса приписной добропорядочности окажется преувеличенным и здравый смысл всё же возобладает над стадным инстинктом.

Как же я ошибалась!