Ответ на этот вопрос я получила спустя несколько минут. Оказывается, девушка уже успела попробовать клубни топинамбура ещё в детстве, до того, как попала в приют. Ну да, голод не тётка, есть заставит. Тем более несмышлёного ребёнка, оставшегося в четыре года совершенно одиноким.
Земляная груша в этом мире тоже считается сорняком, и её повсеместно уничтожают, чтобы не расплодилась. Как по мне, так зря. Её можно добавить в супы, жаркое, запечь как в печи, так и на углях, приготовить пюре и салаты. А вкус у неё просто пальчики оближешь… м-м-м…
Первым делом под наши чуткие руки попал топинамбур. Мы его тщательно вымыли, очистили от кожуры и затем аккуратно нарезали тонкой соломкой. Отправив эти золотистые кусочки вариться в ароматном бульоне, мы переключили внимание на наши лесные сокровища. В ход пошли не только собранные листья крапивы, но и пикантный дикий лук.
Крапиву я заранее позаботилась подготовить. Замочив её в прохладной воде, я решила сразу две задачи. Во-первых, такое купание позволяло всей пыли и мелкой грязи осесть на дно миски, делая зелень идеально чистой. Во-вторых, и это, пожалуй, самое главное, замачивание нейтрализовало жгучие свойства крапивы, делая её безопасной для наших рук. Дикий лук же просто нуждался в быстрой промывке под струёй чистой воды, после чего мы мелко его нашинковали. Часть этого ароматного лука мы тут же отправили в кипящий бульон, а оставшуюся половину приберегли — она пригодится нам для украшения готового блюда.
Когда земляная груша достигла идеальной мягкости, мы осторожно добавили в казан весь наш сегодняшний «улов» из крапивы. Зелень, словно изумрудные ленты, медленно опускалась в горячий бульон, обещая придать супу неповторимый вкус и аромат. Теперь оставалось лишь дождаться, пока крапива отдаст свои полезные свойства и станет нежной.
Пока суп доходил до готовности, мы с Сани решили не терять времени даром. Принялись за подготовку другого ингредиента, который должен был дополнить наше лесное угощение, благо теперь нам было из чего его сделать. Да-да, я имею в виду обычную затируху. Такое странное название происходит от глагола «тереть», «затирать». Этакие маленькие мучные катышки, которые формируются из муки благодаря трению рук друг о друга.
А готовить затируху проще простого. Взяла чистую миску, насыпала в неё муки и разбила в неё два найденных нами яйца. Чистыми руками перетёрла яйца с мукой, чтобы получились комочки теста. Можно эти комочки сделать любого размера, но мне почему-то всегда было удобнее, когда они были небольшими.
И да, по рецепту обязательно нужно было просеять кусочки теста через сито, чтобы убрать лишнюю муку, но за неимением оного я оставила всё как есть. Даже если мука чуть загустит суп, то ничего страшного. Главное — она добавит дополнительную сытость готовому блюду.
Когда крапива стала мягкой, а топинамбур окончательно разварился, мы добавили в казан лапшу ручного приготовления. Бульон забурлил, наполняя округу аппетитными ароматами и заставляя наши животы урчать от нетерпения.
В самом конце я добавила лавровый лист, чтобы придать супу глубину вкуса. Здесь лавровые кусты использовались как живая изгородь, не зная о его истинном предназначении для гурманов. Решено, если со всеми моими идеями мне не удастся поправить своё финансовое положение, то буду продавать лаврушку, благо, где её реализовывать, я уже имею представление.
Посолив по вкусу, мы оставили суп томиться на медленном огне, позволяя всем ингредиентам объединиться в единую симфонию вкуса.
Наконец пришло время финальных штрихов. Мы сняли казан с огня и дали супу немного настояться. Перед самой подачей мы щедро посыпали каждую тарелку оставшимся мелко нашинкованным диким луком. Его свежий, чуть острый аромат прекрасно контрастировал с нежным вкусом топинамбура и крапивы.
Суп понравился всем без исключения. Он получился не только невероятно полезным, но и удивительно вкусным – настоящая находка для гурманов, ценящих натуральные продукты и богатство природы. А по тому виду, с которым Сани уплетала его, могу с уверенностью сказать: она его приготовит нам еще не раз, были бы подходящие ингредиенты.
Была ли я против этого? Абсолютно нет. Зачем скрывать от нее знания, если они могут помочь нам выжить в этом мире? Хочу я того или нет, но девушка крепко связана со мной клятвой служения, а значит, бояться предательства с ее стороны мне не стоит.
Супа в казане еще осталось достаточно для того, чтобы утолить всем нам вечерний голод. Отставив казан чуть в сторону, я прикрыла его самодельной крышкой. Просто перевернула одну из железных мисок дном вверх и опустила ее в казан. Так и пыль, и грязь, и маленькие мошки не смогут испортить наш ужин.
Когда Олберт и Кариб вернулись к своим работам, я решила почистить сморчки. Не пропадать же такому редкому и ценному дару природы почем зря! Эти грибы, с их неповторимой морщинистой шляпкой, всегда казались мне настоящим сокровищем, добытым в лесной глуши.
Увы, но помогать мне на этот раз никто не спешил. Я обратилась сперва к Сани, потом к детям. Но в ответ слышала лишь вежливые отказы или недоуменные взгляды.
— Сморчки? Вы уверены, миледи? — спросила Сани, словно я предложила ей попробовать ядовитую лягушку.
Вот что за укоренившиеся стереотипы в умах местных жителей?! Казалось, они готовы были поверить в любую сказку о лесных опасностях, но только не в то, что не все грибы ядовиты. Нужно лишь знать, как их правильно собирать и, что самое главное, уметь их готовить.
Я вздохнула и засучила рукава своего платья. Нет так нет, значит, придется справляться самой. Аккуратно, один за другим, я брала сморчки в руки. Каждый гриб был уникален, словно маленькое произведение искусства, созданное природой. Я тщательно очищала их от земли и лесного мусора, стараясь не повредить нежную структуру. Мысль о том, что эти грибы, такие вкусные и ароматные, могут остаться неиспользованными из-за чьих-то предрассудков, вызывала у меня легкое негодование.
— Не все то золото, что блестит, и не все то яд, что растет в лесу, — пробормотала себе под нос, продолжая свою кропотливую работу.
Я вспоминала, как бабушка учила меня различать съедобные грибы, как рассказывала о тонкостях их приготовления. Сморчки, например, требовали обязательной термической обработки, чтобы избавиться от легкой токсичности, которая могла присутствовать в сыром виде. Но после правильной варки они превращались в настоящий деликатес, с неповторимым ореховым привкусом и нежной текстурой.
— На завтра у нас будет грибной суп-пюре из топинамбура. Принципиально ничего иного готовить не станем! — пригрозила я затихшей девушке. — Вот увидите, как много вы теряли, пренебрегая этими дарами природы.
Я решила, что обязательно докажу всем, что сморчки – это не страшно, а очень даже вкусно. Возможно, когда они увидят, как я наслаждаюсь блюдом из этих "опасных" грибов, их мнение изменится. А пока я буду наслаждаться этим тихим, уединенным процессом, зная, что делаю что-то полезное и вкусное. И пусть весь мир подождет, пока я превращаю лесные дары в кулинарный шедевр.
Я провозилась с грибами до самого вечера. Пока их почистила, пока промыла и отварила, уже начало смеркаться. В душе потихоньку разрасталась тревога за Витара. Он ушел еще утром, не взяв с собой еды, а день уже близился к своему логическому завершению. Еще пара часов — и совсем стемнеет.
К тому же мы совершенно упустили из виду такую важную деталь, как хранение мяса. Если нашему охотнику повезет, и он вернется с добычей, куда мы его денем? Я знала, что в каждом доме есть погреба, где хранят лед, заменяющий нам холодильники. Но ведь это ненадолго, максимум на пару недель, а то и меньше.
Вспомнилось, как бабушка засаливала мясо в трехлитровых банках или топила его в жире. Эти старые методы отлично сохраняют продукты, подавляя рост бактерий и создавая герметичный барьер, защищающий от воздуха и света.
С жиром возиться не хотелось – слишком хлопотно. А вот соль – совсем другое дело, гораздо проще. К тому же, нужно было подумать не только о запасах для всей деревни, но и для нас самих. Вдруг Витар больше не сможет добыть дичь? Не голодать же нам в дороге!
