Мы уже на Алмазной улице, а он движется прямо на нас, другого пути нет… Вот сейчас повернет голову, и начнется грандиозный скандал…

Каросфер беззаботно проходит мимо, размахивая руками и глядя куда-то вверх. Любуется звездным небом? Вот уж не подозревала, что мой муж такой романтик. Раньше подобный романтизм никак не проявлялся. Кажется, Каросфер даже что-то напевает. Настолько вдохновился свиданием с дочкой ювелира? Что ж, запомним сей трогательный момент.

Каросфер скрывается в переулке, а мы поворачиваем направо и едем дальше по Алмазной улице. Дорога уже знакомая… фасад дома королевского ювелира остается позади, потом следующие дома, потом дом, где квартирует Норрис. Надо же, как удачно он поселился. Ближайший сосед любовницы моего мужа. Может, это все же некий знак свыше?

Но вообще стоит благодарить за нынешнюю удачу не всяких там богов, а персонально Трауба. Какое счастье, когда в твоем распоряжении кучер-виртуоз! Он уже не спрашивает, в какую сторону ехать. Убедился, что распоряжения одной странноватой дамы могут привести к самым дурацким последствиям. Поэтому выбирает путь сам. А я помалкиваю.

Да и спешить теперь больше некуда. Только домой. Вернемся мы уже почти ночью…

Карета давно выехала из города и катит по дороге среди полей и лугов. Временами за окном проплывают темные рощи…

— Трауб, вы такой молодец. Блестяще справились сегодня! У меня лучший кучер в королевстве!

Он и впрямь лучший. А на отдельные недостатки просто не следует обращать внимания. Они ничтожны по сравнению с достоинствами.

— Не забудьте об этом, когда будете распределять подарки в день Благодарностей, — ухмыляется Трауб.

— Конечно, не забуду. Если в этот день еще буду жить в замке.

— Не говорите так, госпожа Арнэлия! Не может такого быть. И мы все за вас горой. А то, что ваш муж гуляет налево — ничего ведь не значит. Я всегда считал…

— То есть об этом уже всем в замке известно, да?

Получается, домочадцы были в курсе, только я оставалась в неведении⁈ Слуги обсуждали, сплетничали, возможно, почувствовали хозяйке. А я узнала только в последний момент, когда уже трудно что-то исправить.

— Нет-нет, не все, — пытается успокоить меня Трауб. — Лично я узнал от кучера вашего мужа. Но я никому не проболтался. То есть…

Он умолкает.

Конечно же, кому-то проболтался о шашнях Каросфера. Это неизбежно и естественно.

Продолжаем путь… Вроде бы, проехали уже половину расстояния до замка. И лишь сейчас до меня доходит, насколько я голодна. Ничего ведь не ела за целый день, только наскоро выпила чашку чая утром… Было совершенно не до еды. Но сейчас чувствуется такая слабость, будто голодала, по крайней мере, неделю… Придется потерпеть еще примерно час-полтора… Не так уж долго.

Однако в глазах уже темнеет, а пальцы начинают слегка дрожать…

— Трауб!

— Что?

— У вас случайно не осталось одного пирожка? С луком и яйцами…

— Сейчас проверю, — Слышится шуршание бумаги. — Как раз остался один. С капустой.

В узкое окошечко просовывается рука с пирожком, который пахнет просто восхитительно. А вкус у него… божественный вкус…

Может, кто-то могущественный вот так же вдруг подарит мне избавление от всех бед? Как Трауб пирожок… Жаль, что это невозможно.

Начинка и тесто прекрасны и тают во рту… а из глаз почему-то катятся слезы.

— Ну, наконец-то! А мы уже беспокоились: что-то случилось в дороге, — говорит дворецкий.

Да, сейчас практически ночь. Никогда я не возвращалась в замок так поздно без предупреждения. Но все когда-то происходит в первый раз.

— Все в порядке. Просто было много дел в городе.

— А вам прислали приглашение на бал, — сообщает он. — На послезавтра.

— Хорошо хоть не на завтра…

Прямоугольный кусочек картона, украшенный королевским гербом и золочеными завитушками, лежит на инкрустированном столике.

«Госпожа Арнэлия, супруга Третьего принца, приглашается…»

Бал должен состояться в Хвойном замке, будет лишь избранный круг — Семья и самые приближенные придворные…

Подготовка к королевскому балу — дело серьезное, волнительное, ответственное и нервное. Когда я собиралась на такой бал в первый раз — едва не поседела от переживаний. Тем более, Каросфер заранее раскритиковал мой наряд. Однако сейчас сборы откладываются на потом. А сегодня… сегодня мы едем на ферму «Драконья лужайка». Надо же мне хотя бы начать решать дела с собственным имуществом. Которого вполне могу лишиться. А отпущенная Каросфером неделя очень быстро закончится. Два дня уже миновало.

Трауб опять недоволен, ведь после вчерашнего позднего возвращения пришлось проснуться ни свет ни заря и вновь отправляться в неблизкий путь.

— Хотя бы один день можно спокойно посидеть на месте! Лошади вчера утомились.

Можно подумать, что я не утомилась!

Каросфер сейчас бы сказал, что я окончательно распустила служащих, которые без конца вступают в дискуссии с нанимательницей. Но я примирительно отвечаю:

— Говорят, там очень живописные окрестности. Заодно полюбуемся. И на драконов тоже. Кстати, вы когда-нибудь видели драконов?

Трауб пренебрежительно фыркает.

— Видел однажды в детстве. Бесполезные создания. Хотя симпатичные, это да. Но на лошадей я бы их точно не променял.

— Даже не сомневаюсь.

Естественно, кучеру гораздо милее его распрекрасные лошадки, чем какие-то там драконы, которых в экипаж не запряжешь. Он поторапливает своих любимиц, и карета ещё ускоряется.

Путь предстоит долгий, от замка «Гнездо Черного журавля» до фермы почти четыре часа быстрой езды… Очень быстрой езды… даже чересчур быстрой, по-моему. Дорога уже не слишком ровная, карету изрядно потряхивает, а лошади мчатся как заведённые. Не так уж они и утомились, оказывается…

Места вокруг действительно смотрятся живописно, а вот сама ферма — не очень. Ну, если не искать особой красоты в развалинах. Единственное хорошо сохранившееся строение — домик с остроконечной крышей, стоящий поодаль. Похоже, он недавно заново окрашен да и в целом выглядит ухоженным. А все остальное — вытянутый в длину большой каменный сарай и ещё несколько деревянных построек того и гляди развалятся.

— Трауб, мы точно приехали куда нужно?

— Вот же написано.

И правда, у дороги высится покрытый лишайником столб, на котором ещё можно разобрать надпись:

ФЕРМА «ДРАКОНЬЯ ЛУЖАЙКА». ПОСТОРОННИМ ВХОД СТРОГО ВОСПРЕЩЕН!

Не думаю, что предупреждение остановит кого-то из посторонних. Никакой ограды и в помине нет. Лишь кое-где виднеются жалкие остатки забора из красного кирпича. Похоже, его разобрали по кирпичику ещё давным-давно. Почему я не удосужилась выбраться сюда раньше⁈ Точно нашлось бы время за столько лет! До чего же глупо было с моей стороны соблюдать условие: я не вмешиваюсь в дела трактира и фермы, а взамен получаю возможность перебраться из супружеской спальни в свою. Надо было всё-таки настоять на своих правах. Или как-то исхитриться. По умолчанию считалось: наш управляющий прекрасно справляется со всеми финансовыми делами, поэтому мое вмешательство стало бы неслыханной наглостью. А ещё проявлением недоверия к супругу. Вполне достаточно того, что я занимаюсь хозяйством замка.

И вот результат. Похоже, тут вообще не водится ни одной живой души… хотя по крайней мере одна внезапно обнаруживается. Сначала слышится шуршание, потом появляется взъерошенная курица, которая явно ищет корм в траве. Замечает меня, встревоженно кудахчет и скрывается за покосившимися деревянным сараем. На его стене виднеется вылинявший герб герцогов Ривен. Очень символично…

Может, всё-таки ещё кто-то живой найдется?

Я пытаюсь отпереть засов каменного сарая, однако тот не поддается.

— Позвольте я открою.

Трауб подошёл так тихо, что я вздрагиваю от неожиданности. Он легко отодвигает засов, и мы заходим внутрь. Воздух здесь затхлый, пахнет прелой соломой. Довольно большое пространство разделено перегородками. Прямо напротив порога свернулся дракончик, размером с овцу. Поднимает голову, увенчанную бронзовым гребнем и с удивлением смотрит на непрошеных гостей. Чешуя у него тусклая, вид истощенный, но сам по себе дракончик такой милый! Невольно делаю шаг к нему. Трауб шипит за спиной: