Я не ответил.

Просто сделал шаг вперёд, и ещё один.

Медленно подошёл к Беллатрикс. В одной руке удочка, в другой чаша с клубящимся фиолетовым огнём. Соломенная шляпа непривычно жала голову.

— Хорошо, — одобрительно произнёс Броулстар за спиной. — Ты превзошёл все мои ожидания, ученик.

Остановился перед ней.

Беллатрикс смотрела на меня снизу вверх. Глаза блестели, губы сжались в тонкую линию, но она не отводила взгляд. Только грудь вздымалась чуть чаще. Страшно ей. Очень страшно и это было видно, но она держалась.

Я положил удочку на стол, рядом поставил чашу с огнём. Значок с огненным поросёнком тускло блеснул в фиолетовом свете.

Двумя руками снял с головы соломенную шляпу и аккуратно опустил её на столешницу, возле чаши.

Потом снова взял в руки удочку и чашу.

Беллатрикс глубоко вздохнула и закрыла глаза, но я развернулся к подруге спиной, встав между нею и Броулстаром. Поднял взгляд на старика.

— Ну уж нет, «уважаемый старейшина», — неожиданно для себя хрипло, но твёрдо сказал я. — Не для того я вытаскивал её из пламени, чтобы она на следующий день всё равно сгорела. Если такова цена пути возвышения, то плевать я на него хотел. Найду себе другой путь.

Тишина.

На ладони Броулстара вспыхнуло фиолетовое пламя. Маленький язычок, почти игрушечный на вид, но я уже знал, что он способен испепелить что угодно.

— Ты точно уверен в своих словах? — старик чуть прищурился. — Я очень не хотел бы разочаровываться в своём ученике.

— Иви… — раздался позади осторожный голос Беллатрикс. — Не надо. Ты не понимаешь, он…

— Замолчи, Белка, — хладнокровно прервал ее, не отводя взгляда от старика. — Это я очень не хотел бы разочаровываться в своём наставнике. Старейшина Броулстар, ещё одно угрожающее действие в сторону неё или меня, и ты сам станешь топливом для него.

Я поднял чашу с огнём на уровень груди.

Он практик четвертой ступени, я всего лишь закалка. Внутри меня колотило, по телу разливался предательский мандраж, но моя рука державшая чашу была тверда. Я действительно в любое мгновение был готов атаковать старика.

Если умру здесь, то так тому и быть. По крайней мере я не отступлюсь от своих убеждений.

Наступила тишина.

Я долго выдерживал пристальный взгляд старика. Пристальный и тяжелый. Пламя на его ладони потрескивало, отбрасывая на стены пляшущие тени.

А потом…

Он внезапно улыбнулся. По-отечески так, тепло, как не улыбался ни разу за всё время нашего знакомства.

И пламя на его ладони погасло.

— Целью последнего испытания была проверка на праведность, — произнёс он совсем другим тоном. Мягким. Добрым даже. — Только праведный практик может стать моим наследником. И ты, Иви, успешно её прошёл.

Я стоял как громом поражённый.

— Испытание? — переспросил тупо. — Какое ещё испытание?

И тут…

Воспоминания лавиной хлынули в голову. Пещера. Тёмная вода, давящая со всех сторон. Глубокий подводный туннель, заросший водорослями. Моллюски на камнях, слизкие и холодные под пальцами. Воздушный карман в скале. И там, в нём…

Мёртвый Броулстар.

Его труп сидел в позе для медитации точно в такой же одежде как сейчас, а над плечом летал розовый поросёнок. Теперь всё окончательно встало на свои места.

Я медленно поднял взгляд к потолку и выдохнул:

— Так это всё… было иллюзией?

— Иви? — растерянно позвала Беллатрикс за спиной. — О чём ты говоришь? Какая иллюзия? Я не понимаю…

Я обернулся.

Девушка смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Шок, непонимание, страх. На её запястье белел браслет из Духовной Нити. На столе лежала соломенная шляпа с металлическим значком.

— Меня зовут не Иви, — сказал я тихо. — Меня зовут Ив.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я не дал ей этого.

— Я бы хотел, чтобы ты оказалась настоящей, Белка. Правда хотел бы, но увы…

На моё плечо легла тяжелая рука Броулстара.

— Пора возвращаться, Ив.

Мир дрогнул.

Стены и пол начали отдаляться, смазываясь в неразличимые пятна. Фиолетовый свет потускнел, превращаясь в серую муть. Беллатрикс превращалась в точку.

Последнее, что я услышал, был её надрывный и отчаянный крик:

— Я НАСТОЯЩАЯ!!!

А потом наступила темнота.

Она моргнула и сменилась реальностью, такой же твёрдой и болезненной, как похмелье после дегустации палёного саке.

Я лежал на спине, уставившись в знакомый каменный свод пещеры. Голова гудела, будто по ней постучали чугунной сковородкой. Попытался приподняться на локтях, но инстинкт, отточенный годами работы на кухне, где ножи и горячие противни имеют свойство падать в самый неподходящий момент, взвыл сиреной.

Прямо на меня, сорвавшись с потолка, летел огромный сталактит.

Острие каменной сосульки целилось куда-то в груди и до удара оставался всего лишь метр. Половина.

— Твою мать, — только и успел я подумать.

Мышцы дёрнулись, пытаясь увести тело в перекат, но я понимал — не успеваю. Тайминг провален. Сейчас меня пришпилит к полу, как бабочку в коллекции энтомолога-садиста.

И тут все вокруг затопило фиолетовым светом.

Инстинктивно зажмурился, но вспышка была такой яркой, что ослепляла даже сквозь закрытые веки. Жара не было, только тугая волна силы, ударившая по барабанным перепонкам беззвучным хлопком.

Я открыл глаза.

Сталактита не было. Как и каменных завалов вокруг. Как и пыли. Пещера была девственно чиста, словно её только что отдраили перед приходом санэпидемстанции. Никакого мусора и обломков.

А в воздухе возле меня парил парил довольный розовый поросёнок, задрав пятачок.

— Хрю-хрю! — выдал он с интонацией, с какой объявляют победителя кулинарного шоу. — Поздравляю, юный практик! Ты не сдох, не сбежал и даже проявил зачатки совести. Старейшина Броулстар был бы доволен таким преемником.

Я сел, отряхивая штаны, и с подозрением покосился на свинку.

— Ты спас меня?

— Я всего лишь использовал остаточный заряд защитного массива, — хмыкнул он, помахивая хвостиком-спиралькой. — Теперь путь чист. Можешь забрать причитающееся тебе наследие.

Наследие, точно. Огромная сфера фиолетовой энергии, способная поднять культивацию на несколько уровней. Вот ради чего я нырял на триста метров под воду, прорывался сквозь стены пламени и отказывался сжигать симпатичных девушек.

Повернул голову к постаменту и… Стоп.

Где она?

Вместо сияющей сферы размером с грейпфрут в воздухе висела… горошина. Крошечная фиолетовая точка, едва различимая на фоне каменных стен. Если бы она не светилась, я бы её вообще не заметил.

— Эй, свинка, — я ткнул пальцем в направлении этого недоразумения. — А куда делась большая сфера? Та самая, ради которой я чуть не поджарился заживо?

Поросёнок смущённо хрюкнул и отвёл взгляд.

— Ну-у-у… видишь ли, практик… Ты так долго проходил испытание, что почти вся энергия ушла на его поддержание, — он развёл копытцами в извиняющемся жесте. — Но не переживай! Даже этого скромного количества с лихвой хватит для закалки тела!

— С лихвой хватит для закалки? — с подозрением спросил я. — Ладно, давай сюда эту горошину.

Поросёнок просиял и взмахнул копытцем. Крошечная фиолетовая искорка сорвалась с места и поплыла ко мне, мягко покачиваясь в воздухе, как пушинка одуванчика.

Она коснулась моей груди.

И мир взорвался.

Поток силы хлынул в тело, как цунами в рыбацкую деревню. Духовная энергия, плотная и обжигающая, затопила каждую клетку, канал и каждую мышцу. В интерфейсе Системы ведёрко начало стремительно наполняться. Восемьдесят один процент… Два… Три…

Четыре…

Сто!

Вспышка.

Седьмой уровень Закалки Тела!

Ведёрко в интерфейсе преобразилось, став заметно больше. По телу прокатилась волна жара, мышцы налились новой силой, кости уплотнились. Я ощутил себя так, будто сбросил с плеч невидимый груз.

Отлично. Просто отлично. Теперь можно…