Только в этот раз что-то пошло не так.

Котёл внезапно изнутри вспыхнул.

Я отдёрнул руку, инстинктивно отшатнувшись. Но это был не огонь. Через прозрачную воду проступили линии, тонкие, светящиеся, сплетённые в замысловатые узоры. Они покрывали дно и стенки котла изнутри, мерцая бледно-голубым светом.

Руны.

Я замер, уставившись на них. Этот старый, закопчённый котелок оказался не таким уж обычным.

Руны тускло пульсировали, словно чего-то ждали. Моего следующего действия? Команды? Я понятия не имел, что с ними делать. В записях Теодора ничего подобного не было. Он не знал об этих функциях или просто не счёл нужным их описывать считая вещью обыденной?

В этот момент перед глазами развернулось системное сообщение.

Внимание!

Обнаружен предмет: Алхимический Котёл Низшего Уровня.

Совместимость с Системой Рыбака: подтверждена.

Я моргнул, и текст сменился описанием.

Алхимический Котёл Низшего Уровня

Качество: Обычное

Назначение: Изготовление духовных пилюль и отваров низшего качества.

Управление: Рунная матрица, активируемая алхимическими техниками.

Условия для Духовного Сопряжения выполнены:

— Рунная матрица водной стихии: активна

— Контакт с системным навыком (Духовное Насыщение): установлен

Выполнить Сопряжение для управления через Системный Интерфейс?

Я медленно выдохнул.

Духовное Сопряжение. Звучало как какой-то ритуал, но главное суть была мне вполне понятна. Система предлагала взять котёл под контроль, словно подключить к телефону через блютуз гарнитуру или колонку.

Мысленно согласился.

Руны на стенках котла вспыхнули ярче, затем погасли. А в моём системном интерфейсе, рядом с небом звёзд и ведёрком энергии, появилось кое-что новое.

Две фигурки.

Первая была каплей воды, простой и узнаваемой. Вторая представляла собой силуэтом рыбы, рядом с ним было ещё несколько пустых контуров с размытым содержимым.

Над ними висели числа: «50%» и «50%». А между фигурками тянулся горизонтальный ползунок.

Я потянул его мысленно, сдвигая в сторону капли воды.

Числа дрогнули. «51%» — «49%». Потом «52%» — «48%». Изменение шло плавно, примерно по проценту в секунду.

Продолжил тянуть его до упора.

«99%» — «1%».

Отпустил ползунок и потянул в обратную сторону.

«1%» — «99%».

Значит, капля воды обозначала жидкость в котле. Рыба — это мой вьюн, а пустые контуры отводились под дополнительные ингредиент, который я могу туда положить.

А ползунок позволял перераспределять духовную энергию между ними. Если я конечно ничего не путаю.

Опустился на камень, глядя на мерцающий интерфейс.

Мозг уже просчитывал варианты.

При обычной варке энергия делилась между бульоном и ингредиентом примерно поровну. Пятьдесят на пятьдесят. Чтобы вытянуть из рыбы девяносто семь процентов духовной силы, мне приходилось повторять цикл пять раз, каждый раз сливая старую воду и заливая новую.

Десять часов работы. Десять котлов. Гора дров. И постоянный контроль температуры.

А этот котёл предлагал другой путь.

Девяносто девять процентов энергии за девяносто девять секунд. Меньше двух минут.

Я пересчитал ещё раз, чтобы убедиться, что не ошибся.

Раньше полный цикл экстракции занимал шестьсот минут. Теперь он сократится до двух. В триста раз быстрее. А если рассматривать тот объем энергии, что я извлекал из десяти котлов, то получалось… Теперь на всё про всё мне требовалось всего лишь два или два с половиной часа.

Охренеть!

Я где стоял там и сел. Откинулся назад, упираясь спиной в холодный камень пещеры и уставился на чёрный бок котла.

Этот закопчённый котелок, который Теодор использовал для варки каких-то снадобий, оказался для меня настоящим сокровищем. Не из-за материала или древности, а из-за возможностей, которые он давал в связке с моей Системой.

Никаких многочасовых марафонов у десяти котлов. Больше мне не нужны горы дров и бесконечные переливания бульона из ёмкости в ёмкость. Закинул рыбу, подождал пару минут и получил готовый концентрат. А затем вытащил ингредиенты и просто сделал новую закладку.

Прорыв на седьмой уровень, который раньше казался вопросом недель, теперь становился вопросом дней.

Я поднялся на ноги, чувствуя, как внутри разгорается знакомый азарт.

Вьюн лежал у края уступа, готовый к разделке. Водоросли дожидались своей очереди, а грибы горели ровным жаром.

Пора проверить эту штуку в деле.

Достал нож и подтащил вьюна к краю уступа. Туша была скользкой, тяжёлой. Мне пришлось упираться коленом в камень, чтобы удержать её на месте. Быстро очистил его от чешуи, ополоснул водой и провёл ножом от головы к хвосту, вдоль хребта. Лезвие скользило по плотной мускулатуре, разделяя мясо на аккуратные пласты.

Разделывать вьюна оказалось одно удовольствие. Жир лёг толстым слоем под кожей, белый, чистый, без малейшего намёка на болотную тину. Филе отделялось крупными кусками, плотными и упругими. Каждый весил килограмма по три, не меньше.

Вода в котле уже вовсю бурлила. Жар от грибов шёл приличный и что важно, дыма по-прежнему не было.

Опустил первую порцию филе в кипяток.

Система тут же отозвалась. Рядом с каплей воды появилась фигурка рыбы, точнее, силуэт вьюна. Оба значка пульсировали мягким светом, а между ними висел ползунок на отметке пятьдесят на пятьдесят.

Ну, поехали.

Мысленно ухватил ползунок и потянул его к капле воды. Медленно, по проценту в секунду, числа начали меняться. Пятьдесят один на сорок девять…

В котле происходило что-то странное. Куски филе словно тускнели, теряли внутреннее сияние. А вода, наоборот, приобретала едва заметный золотистый оттенок. На моих глазах жидкий свет переливался из рыбы прямо в бульон.

Восемьдесят на двадцать… Девяносто на десять…

Даже без Локатора ощущалось, как духовная энергия вытекала из вьюна, растворялась в воде, связываясь с её структурой. Процесс шёл гладко, без всяких сбоев.

Девяносто девять на один.

Ползунок упёрся в край и замер. Девяносто девять секунд, полторы минуты, и на этом всё.

Выудил куски филе из котла. Мясо побледнело, потеряло упругость. Обычная варёная рыба, без малейшего следа духовной силы. Вся энергия и правда ушла в бульон.

Отложил пустые куски на камень и закинул свежую порцию филе.

Ползунок автоматически сбросился на пятьдесят на пятьдесят. Снова потянул его к капле воды. Куски тускнели, а бульон наливался золотом.

Третья закладка. Четвёртая. Пятая.

Когда последний кусок вьюна превратился в опустошённую варёную массу, передо мной лежала горка бледного мяса килограммов на сто. А в котле переливался бульон, настолько насыщенный энергией, что его золотистое сияние отбрасывало блики на стены грота.

Одно дело предполагать, и совсем другое видеть результат своими глазами. Пол часа варки вместо десяти часов.

Желудок требовательно заурчал, напоминая, что теория и практика штуки разные, а вот голод вещь вполне конкретная.

Ладно. Хватит экспериментов, пора готовить нормальную еду.

Слил золотистый бульон в каменную плошку, чтобы остывал. Сполоснул котёл озёрной водой и залил свежую. Пока она нагревалась, нырнул к восточной стене за водорослями.

Пурпурные Ленты росли целыми плантациями. Я выбирал те, что поближе к спиральному спуску, самые мясистые и яркие. Набрал охапку и вернулся на уступ.

Теперь можно было не торопиться.

Разложил ингредиенты на камне. Свежее филе вьюна, которое я отрезал от туши и специально оставил для супа. Пучок водорослей, ещё влажных. Горсть мелких моллюсков, выковырянных из расщелин. И немного дикого чеснока из собственных запасов, который прихватил из лагеря.