Нарезал филе тонкими ломтиками. Лезвие ножа скользило по плотному мясу, оставляя ровные полупрозрачные пластинки. Каждый срез открывал свежий слой с мелкими прожилками жира.

Водоросли промыл и мелко нашинковал. Они пахли озёрной водой и чем-то ещё, трудно описать, но запах был чистым, свежим, будто весенний ветер над озером.

Чеснок раздавил плоской стороной клинка, чтобы выпустить сок. Моллюсков раскрыл и выложил отдельно, их нежное мясо потребует минимальной обработки.

Вода в котле начала закипать. Маленькие пузырьки поднимались со дна, покрывая стенки. Я убавил огонь, просто отодвинул котёл чуть дальше от грибов. Для этого супа нужен слабый жар, а не бурлящий кипяток.

Первыми пошли водоросли. Опустил их в воду и помешал деревянной лопаткой. Бордовые ленты закружились, отдавая цвет и аромат. Бульон постепенно окрасился в красновато-бурый оттенок.

Подождал минут пять, пока водоросли размягчились. Добавил чеснок. По гроту поплыл острый, пряный запах, смешиваясь с ароматом водорослей.

Теперь рыба.

Выложил ломтики филе в бульон, один за другим. Тонкое мясо моментально побелело по краям, но в центре оставалось чуть розоватым. Нежное, полупрозрачное. Размешал аккуратно, чтобы не разломать кусочки.

Моллюсков добавил последними, буквально за минуту до готовности. Они лишь слегка подхватятся жаром, сохранив свою сочность.

Снял котёл с огня.

Пар поднимался над поверхностью, унося с собой запахи, от которых рот наполнялся слюной. Наваристый бульон с нотками чеснока и озёрной свежестью. Тонкие пластинки рыбы, едва проваренные, распадались на волокна от одного прикосновения. Бордовые ленты водорослей, насыщенные энергией до краёв.

Налил себе полную плошку и устроился на циновке, привалившись спиной к тёплому камню.

Первый глоток обжёг губы. Я подул на ложку и попробовал снова.

М-м-м…

Бульон раскатился по языку тёплой волной, густой, насыщенный, с лёгкой солоноватостью от моллюсков и пряной ноткой чеснока. Водоросли растаяли во рту, оставив послевкусие свежести. Рыба была нежной, но не разваливалась, сохраняла форму и плотность, обволакивая язык жирным, сладковатым кремом.

А моллюски добавляли ту самую упругость, которой не хватало бы без них.

Я ел медленно, не торопясь, просто наслаждаясь моментом.

Голубоватый свет мха падал на стенки плошки, и розоватый суп казался в нём почти фиолетовым. В гроте было тихо. Только плеск воды где-то внизу да потрескивание грибов в почти погасшем костре. Эхо моих глотков гулко отдавалось под сводами. Свет был мягким, умиротворяющим.

Второй черпак. Третий.

Тепло разливалось по телу, согревая меня изнутри. Но вместе с теплом пришло и кое-что ещё. Освежающая прохлада духовной энергии, которую я так хорошо знал по своим концентратам. Только мягче и деликатнее.

Опустил ложку. Кончики пальцев закололо, лёгкость в мышцах, ясность в голове. Водоросли действительно несли в себе больше силы, чем обычная рыба. Намного больше.

Когда плошка опустела, я выскреб остатки бульона и откинулся на камень, закрыв глаза.

Духовная энергия освежающей прохладой растекалась по телу, заполняя каналы и оседая в мышцах. Приятное ощущение, как будто нырнул в горную реку после долгого пути по жаре.

Я нашёл способ ускорить прогресс в разы. С этим котлом и обилием водорослей, растущих под водой, можно прорваться до седьмого уровня за две недели. Может, даже быстрее.

Правда, работать придётся не меньше, чем раньше. Раньше я загружал рыбой десять котлов общим объёмом в шестьсот пятьдесят литров, чтобы сделать миску концентрата. Теперь для аналогичной эффективности придётся рвать несколько сотен литров водорослей, проводя кучу времени в воде. И учитывая, что объём алхимического котла всего лишь десять литров, количество закладок тоже будет немалое.

Но всё это решаемо.

А ещё у меня были свитки техник культивации, которые я купил у каравана. «Круговорот Небесных Вод» и «Безграничный Океан». Одна на активное усиление, другая на пассивное. Хоть свободных слотов в Системе у меня сейчас нет, двадцать восемь звёзд таланта должны помочь изучить их по старинке, без оцифровки.

Насчёт возвращения в лагерь на берегу… Да ну его к демонам. Убийцы Виктора рано или поздно туда доберутся, если ещё не добрались. Здесь, за водопадом, куда безопаснее. И под рукой есть всё необходимое под рукой. Меня волновала судьба Рида, но он зверь дикий, себя в обиду дать не должен.

Решено. Остаюсь.

…

Со следующего утра началась рутина.

Просыпался на рассвете, хотя в гроте время суток определялось только по внутренним часам. Завтракал остатками вчерашнего супа, разогретого на грибном огне. А потом нырял в воду.

Сбор водорослей занимал несколько часов. Я погружался всё глубже, двигаясь вдоль стен к спиральному спуску. Чем ближе к зоне давления подплывал, тем крупнее становились Пурпурные Ленты и тем ярче светились в полумраке. Рвал их охапками, поднимался на уступ, складывал в кучу и нырял снова.

После обеда приходило время котла.

Закладка водорослей, ползунок на девяносто девять процентов, полторы минуты ожидания. Вытащить пустые листья, закинуть свежие. Повторить. И снова запустить обработку.

Процесс был монотонным, почти медитативным. Грибы горели ровным голубоватым светом. Руны на стенках котла тускло пульсировали. Бульон густел и наливался золотом с каждой новой порцией водорослей.

Когда он достигал нужной концентрации, я выпаривал его до состояния густого сиропа и выпивал залпом. Духовная энергия вливалась в тело тёплой волной, оседая в мышцах и костях.

Вечерами садился за свитки.

«Круговорот Небесных Вод» и «Безграничный Океан» оказались связаны теснее, чем я думал. Первая техника раскручивала энергию в вихрь внутри тела, временно усиливая силу и скорость. Вторая, наоборот, работала медленно, капля за каплей пропитывая плоть и кости, делая тело крепче.

Техники были, как две стороны одной монеты.

Некоторые моменты из одного свитка помогали понять сложные места в другом. Описание структуры энергетических потоков, принципы направления силы, методы контроля. Поэтому я изучал их параллельно, перескакивая с одного на другой.

Двадцать восемь звёзд таланта работали как надо. Абстракции, над которыми я бился при изучении Духовного Насыщения, здесь схватывались за несколько часов. Отвар из Корней Ясной Мысли помогал, но даже без него понимание шло куда быстрее, чем раньше.

Дни текли один за другим.

Вьюны несколько раз поднимались в верхний грот. Толстые, лоснящиеся, они лениво кружили у дальней стены, словно приглашая закинуть крючок. Но стоило мне достать удочку и подойти к краю, рыба мгновенно уходила вниз, к спиральному спуску, и скрывалась в глубине.

Хитрые твари. Как-то научились распознавать угрозу. И как-то умудрялись проходить сквозь давление, которое меня чуть не расплющило.

К концу первой недели ведёрко в Системе заполнилось наполовину. Свитки тоже продвинулись примерно до середины. Всё шло по плану.

А потом он сломался.

Утром восьмого дня я нырнул за водорослями и обнаружил, что их больше нет.

Вернее, они были. Но дальше. За границей давления, которое отшвыривало меня прочь как котёнка.

Вся доступная зона оказалась выбрита под корень. Здесь не осталось ни единого бордового листа или захудалой раковины моллюска. Голые камни, скользкие от слизи.

Попробовал спуститься глубже. Метр, два, три. Давление нарастало с каждым сантиметром. Грудную клетку сдавило так, что затрещали рёбра. Мышцы окаменели, отказываясь слушаться. Ещё немного, и меня расплющит о каменные стены.

Рванул назад.

Вынырнул на поверхность и выбрался на уступ, тяжело дыша. Сел на камень, глядя на тёмную воду провала.

Откуда это давление? Давление ничуть не уступало ауре Игниса, которую тот обрушил на меня при нашей первой встрече. Помню, как тогда трещали кости. С тех пор я укрепил тело эссенцией Металлических Оленей, но всё равно этого не хватало, чтобы продержаться достаточно долго для сбора ресурсов.