Моя жизнь была разрушена моим мужем. Потеря еще нерожденного ребенка, постоянные измены, и, в конечном итоге, он выступил обвинителем в суде, на котором меня обвиняли в совершенных им же преступлениях.

Я должна была сесть на десять лет, за кражи которые не совершала.

Но уснув в кошмаре, я проснулась в день, когда ничего из это еще не произошло. В своем прошлом.

Мне снова 24 года. Я молода и красива. И все бы ничего... Но в отражении себя я вижу девушку, наряженную в красивое белое платье, ведь день свадьбы с майором уже прошел. И отпускать он меня не намерен.

https:// /shrt/cZR2

Я смотрю на нее и понимаю, что она готова уничтожить меня прямо здесь.

Но вряд ли у нее что-нибудь выйдет.

Иск подан.

— Какой же ты мерзкий тип, Артем, — выдыхает она и садится в кресло.

— Знаешь, все люди разные. И у каждого свои способы бороться за свое благополучие.

— Отобрав у меня детей ты будешь счастлив? — вздергивает она брови.

— Зато ты поймешь, что наделала ошибок. И чтобы снова быть с детьми вернешься ко мне.

— Серьезно? Ты так уверен, что я к тебе вернусь? А как же это твоя? Как там ее? Яна, кажется? Ты уже с ней нагулялся?

— Злата, ну что за фразочки, — я морщусь. — я же тебе сразу предлагал открытый брак, ты не согласилась. А я получил свои острые ощущения.

— Поздравляю, — она хлопает в ладони. — Но не надейся, что я отдам тебе детей, дорогой Темочка.

— Суд примет во внимание твои поездки не по плану. То, что ты бросила детей на стариков. И в конце концов завела себе любовника при живом муже.

И тут она начинается смеяться. Но как-то не весело, а скорее истерично. Хотя искренне.

— Любовника при живом муже? Тема, ты сейчас серьезно? Это говорит человек, который предлагал в открытую изменять друг другу?

— Конечно. Я — мужчина, мне можно все. А твой удел: дети и семья. Вот стой на кухне и готовь мне ужины каждый день.

— Ага, пока ты будешь пялить свою Яну, везде, куда можно и нельзя.

— Злата, откуда такие выражения. Прям мерзко.

— Слушай, Артем, мы больше друг другу никто. Так что вставай, и иди своей дорогой. К Яне, Лене, Кате — к кому угодно. Только подальше от меня. Нас с тобой связывают дети. Пока. Пока они несовершеннолетние, мы за них в ответе. Но как только им стукнет по восемнадцать, они уже станут самостоятельными окончательно и будут сами решать где, и как им жить.

— А пока этого не произошло, они будут жить у меня.

— Может, мнение их спросить?

— Илья давно со мной живет. Ему не нравится, что ты бросила семью.

— Уходи, я больше не хочу разговаривать.

На встает с кресла и выходит в другую комнату. Я слышу, как открываются шкафы, выдвигаются шкафчики комода.

Я захожу в комнату, вижу, как она переодевается.

— Артем, уходи. Нам больше нечего обсуждать, — холодно произносит она, натягивая на себя свитшот.

— Ты уверена, что между нами все кончено?

— А ты сомневаешься? Я это поняла в ту самую секунду, когда увидела тебя с любовницей.

— Может, мы все забудем? — предлагаю ей.

— Нет, — твердо отвечает она. — Ты для меня перестал существовать. Кстати, почему тебя не было на похоронах? Папа к тебе хорошо относился.

— Извини, не было времени.

— Ах да, нужно было собирать компромат на меня. Что ж. Молодец. Хорошо, что папа этого не видит, — грустно произносит она.

— Перестань сгущать краски. Да, это печально. Твоего отца больше нет. Но мы то здесь. И мы должны жить дальше.

Она выходит в коридор и открывает дверь.

— Вот и живи. Дальше! Без меня! — жестко и грубо произносит моя жена.

Я натягиваю ботинки и беру куртку.

— Ты будешь жалеть об этом, Златочка! — цежу сквозь зубы.

Она резко захлопывает дверь перед моим носом. Я даже не успеваю договорить фразу.

Вот же дрянь.

Еще характер свой показывает.

Я спускаюсь вниз. Беру телефон и набираю номер Яны. Она счастливо щебечет в трубку, что ждет меня не дождется.

Через час я паркую машину у её дома, глушу двигатель и сижу несколько минут в тишине.

Руки всё ещё сжимают руль. Встреча с адвокатом, разговор со Златой, ее взгляды, полные презрения. Все это меня выводит из себя.

И только Яна способна меня успокоить. Она мне нужна прямо сейчас. Прямо в эту самую минуту.

Поднимаюсь на ее этаж и звоню в дверь. Она открывает почти сразу, словно ждала у порога. На ней прозрачный шёлковый халат, под которым угадывается кружевное бельё. Волосы распущены, губы тронуты блеском.

— Привет, — мягко говорит она, отступая, чтобы пропустить меня.

Я вхожу, притягиваю её к себе. Жадно целую, зарываясь пальцами в её волосы. Она отвечает также жадно, обвивает руками мою шею.

Наши языки сплетаются в единое целое. Я захлопываю дверь и сбрасываю с себя верхнюю одежду. Потом мы быстро перемещаемся в спальню.

Ее руки ловко стягивают с меня джемпер, расстегивают джинсы. И вот мы уже лежим на мягкой кровати. Я прикасаюсь к ее груди, она начинает тихо стонать.

Весь мир сужается до её тепла, её запаха и её прикосновений.

Я быстро проникаю в нее. Ее тело извивается в моих руках.

Какая же она сексуальная. Не то, что моя Злата.

Запыхавшись, я лежу на спине, поглаживая ее плечи. А она рисует пальцем узоры на моей груди.

Напряжение, наконец отпускает. Дышу свободно впервые за весь день.

— Что будешь делать после развода? — спрашивает Яна тихо, положив подбородок мне на плечо.

Я усмехаюсь:

— Отдыхать. Долго и со вкусом. От брака нужно восстанавливаться.

Она молчит секунду. Потом спрашивает, заглядывая мне в глаза.

— А мы разве не поженимся?

Я поворачиваю голову и встречаюсь с её взглядом. Она улыбается, но в глазах стоит все тот же вопрос.

— Конечно, нет, — спокойно отвечаю ей.

Улыбка застывает на её лице. Она не отстраняется, но что-то меняется в ее выражении лица. Ее пальцы замирают на моей коже.

— Что? — переспрашивает она.

Я снова смотрю в потолок.

— Я не собираюсь сразу вступать в следующий брак, Яна. И ты прекрасно знала об этом. Я вообще не собирался разводиться с женой. Но так вышло. И это ничего не меняет. Мне с тобой классно и все. И на большее не рассчитывай. Тем более для этого большего ты все равно не подходишь. Ну, какая из тебя жена, — усмехаюсь я.

Я смотрю на Артема, и меня трясет от ярости. Он встает с кровати и идет к окну. Стоит, повернувшись ко мне, и снисходительно взирает на меня.

— Повтори, — шиплю я, чувствуя, как гнев разъедает все изнутри. — Повтори, что ты только что сказал.

Он оборачивается, и на его лице — эта снисходительная полуулыбка, от которой меня сейчас просто выворачивает.

— Яна, ну что ты как ребенок? — вздыхает Артем. — Мы прекрасно проводим время, зачем портить все этими разговорами о свадьбе?

— Портить? — Я подскакиваю с кровати. Голос срывается на крик. — Ты только что заявил, что никогда на мне не женишься! Что из меня никакая жена!

— Я просто констатировал факт, — он пожимает плечами, и эта его холодность добивает меня окончательно. — Ты прекрасна в постели, детка, но это не значит, что ты подходишь на роль жены. Пойми меня правильно.

Меня накрывает волной унижения. Вся это время, которое мы встречались — все было ложью? Очередной игрой, в которой я оказалась пешкой?

— Ты использовал меня, — выдыхаю я, отступая назад.

— Не драматизируй. Мы оба получили то, что хотели.

— Нет! — кричу я, и он вздрагивает от неожиданности. — Нет, это ты получил то, что хотел! А я была идиоткой, которая поверила, что между нами что-то есть!

Артем закатывает глаза:

— Господи, Яна, успокойся. Веди себя как взрослая женщина.

— Взрослая женщина? — нервно смеюсь я. — Хочешь, чтобы я вела себя как взрослая? Отлично. Тогда, может, мне стоит рассказать Злате о твоих махинациях? О том, как ты манипулируешь детьми, чтобы выиграть суд?