Обычно говорят, не надо рубить с плеча. Хорошо, я и не стала. Время прошло. Я пережила эту боль. И теперь просто нужно сбросить с себя этот балласт в виде документов о браке.

А если Артему снова не понравится, то это уже не мои проблемы.

Вот только наши дети, которые очень любят папу. Надеюсь, мой сын одумается и поймет, что предательский поступок отца — это действительно подло и некрасиво.

Но я понимаю, что противостояние с сыном меня ждет долгое. Но я справлюсь. Я смогу его убедить, что со мной ему будет лучше.

И потом зачем ему жить в чужой семье. Ведь Артем явно притащит свою ненаглядную к себе. А сыну придется наблюдать, как у них все хорошо.

Хотя может быть, это пойдет ему на пользу. И он сам все осознает.

Вечером Яков приглашает меня на ужин, где мы должны обсудить план дальнейшей работы.

Я привожу себя в порядок, после двух переговоров. Такие насыщенные дни изрядно изматывают меня.

Забираюсь в ванную и делаю контрастный душ. Это значительно меня бодрит.

Струи воды стекают по телу, и я чувствую, как наполняюсь энергией. Усталость куда-то уходит. И приходит просто уверенность, что я со всем справлюсь.

Выхожу из ванной и сажусь в кресло. Смотрю на телефон, который мигает зеленым индикатором.

И точно: несколько пропущенных от Артема.

Неужели что-то случилось, пока меня не было? Тут же перезваниваю ему.

Прижимаю телефон к уху. Голос Артема звучит слишком холодно и слишком уверенно, словно он уже выиграл войну, которую мы еще не начали.

— Ты бросила их, Злата, — сразу же заявляет он. — Улетела в свою командировку, решила, что карьера важнее детей. А им пятнадцать! Они несовершеннолетние, если ты забыла.

Я смотрю в окно гостиничного номера. Чужой город, чужое небо. Внутри все сжимается от злости и одновременно — от страха, что он прав.

— Они с моим отцом, — говорю я ровно, хотя пальцы сжимаются в кулак. — В безопасности. Под присмотром. И они все-таки не грудные.

— С твоим отцом, который сам разводится! — Артем смеется очень мерзко. И этот смех бьет мне по нервам. — Отличная обстановка для подростков. А я что? Я каждый день звоню им, интересуюсь, как дела в школе. Я забочусь о семье, пока ты...

— Пока я зарабатываю деньги, — обрываю я его. — На эту самую семью.

— На суде это не прокатит, — его голос становится холоднее. — Мать, которая уехала на две недели и оставила детей. Мать, которая выбрала работу. Знаешь, как это выглядит?

Я знаю. Конечно, знаю.

Внутри поднимается волна злости, но я заставляю себя дышать ровно. Он пытается меня сломать. Пытается заставить чувствовать себя виноватой. После всего, что он сделал — измены, предложение открытого брака, как будто я какая-то игрушка, которую можно использовать по настроению, — он смеет упрекать меня?

— Артем, я не собираюсь это обсуждать, — говорю я и отворачиваюсь от окна.

Но он не останавливается.

Никогда не останавливается, когда чувствует, что попал в цель.

— Ты думаешь, судья встанет на твою сторону? Отец, который каждый день дома, который заботится, водит на секции. И мать, которая в командировках. Которая бросила их в разгар развода родителей бабушки и дедушки. Красиво, Злата. Очень красиво.

Я пропускаю его слова мимо ушей. Представляю, как они пролетают сквозь меня и не задевают. Это всего лишь слова. Всего лишь его попытка взять контроль.

— Закончил? — спрашиваю я.

— Нет, не закончил, — он повышает голос, и теперь в нем звучит что-то жесткое и даже жестокое. — Дети останутся со мной, Злата. Они выберут меня. Потому что я здесь. Потому что я не сбежал. А ты будешь приезжать к ним по выходным. Если они захотят тебя видеть.

Сердце бешено колотится. Я закрываю глаза и считаю до пяти.

— Ты закончил? — повторяю я тише.

Тишина на том конце провода. Потом раздается короткий смешок.

— Увидимся в суде, — бросает он и сбрасывает звонок.

Я медленно опускаю телефон на стол. Руки дрожат. Внутри — ураган из злости, страха и чего-то еще.

Он не прав. Не во всем.

Но в чем-то — прав. И это самое страшное.

Я открываю контакты в телефоне.

Мне нужен адвокат. Хороший адвокат. Потому что Артем ошибается в одном.

Я не сдамся.

Никогда.

В очередной раз решаю приехать к Гале поговорить. Она принимает меня, но никакого удовольствия не испытывает. Продолжает смотреть на меня с пренебрежением.

— Не знаю, зачем ты явился, но я своего мнения не изменю.

— Я не прошу тебя об этом. Я просто хочу, чтобы мы не были врагами. Мы уже не молоды. И вести себя как обиженные подростки не можем.

— Так это тебе тогда бес в ребро вселился. Это ты нагулял левого ребенка. А теперь он будет претендовать на наши деньги. Правы все-таки дети.

— Он — не будет. А вот я обязательно включу его в завещание. Нравится это вам или нет. Он такой же мой сын, как и все остальные дети.

Галя фыркает и продолжает смотреть на меня, как будто я говорю какие-то вещи из ряда вон.

— Я видела твоего сына, — вдруг произносит Галина.

— В смысле? Ты встречалась с ним? Зачем?

— Это вышло случайно. Мы оказались в одном кафе. И вообще он вел себя по-хамски.

— Видимо, ты его довела?

Она смотрит на меня с вызовом. Но сейчас это не имеет никакого значения ведь мы больше не семья. Мы — люди, разрушившие все. Хотя Галя будет считать, что я один во всем виноват.

Что я предал ее, семью, ценности и наши идеалы.

А я ничего и никого не предавал.

Я просто влюбился много лет назад. И даже не знал, что у меня родился сын.

А теперь моя семья хочет, чтобы я от него отказался. Но я не могу, потому что это моя плоть и кровь. Мой сын. И мое продолжение. Женя, конечно, тоже мой сын.

Но мне кажется, что Жене важнее деньги и бизнес, а не отношения. Вот Злата, та другая. Та всегда относилась ко всем по-человечески, всегда пыталась погасить возникающие конфликты.

А теперь моя девочка тоже находится в таком же состоянии, что и я.

В разводе.

В скандалах.

В дележке имущества и детей.

Но если честно, мне страшно.

Вдруг Лёша и правда не захочет иметь со мной никаких дел? Я ведь ему совершенно посторонний человек. Я его не воспитывал, не помогал. Хотя сейчас я готов сделать все, чтобы наверстать упущенное время.

Но это видимо никому не нужно, кроме меня.

Я тяжело вздыхаю.

— Я не истеричка, чтобы доводить кого-то. Я уидела его и захотела пообщаться. Он все воспринял в штыки. Сказал, что от нас ему ничего не нужно. Хотя это ожидаемо. Просил его не тревожить и не беспокоить.

— Что ты ему сказала?

— Чтобы не лез к нам. Кстати, у него есть девушка. Ты знал?

— Конечно, нет!

— Мне кажется, Толя, нужно оставить все, как есть. Он все правильно понял. Он осознал, что мы ему всегда будем чужаками.

— Значит, ты перегнула палку, — слегка нервозно произношу я.

— Ага, я во всем виновата?! — повышает она голос. — Нашел себе новую семью вот и катись туда. Чего ты явился? Злить меня лишний раз?

— Галя, я хочу, чтобы мы поняли друг друга и просто остались в нормальных отношениях.

— Я не хочу с тобой никаких больше отношений. Ушел? Скатертью дорога.

Она разворачивается и гордо проходит мимо меня. Я остаюсь в гостиной. Смотр на настенные часы, которые мирно тикают, отмеряя каждую секунду.

Что ж. Не хочешь нормальных взаимоотношений. Не надо.

Я выхожу из дома, иду к машине. Завожу мотор и выезжаю на дорогу.

Пора еще раз поговорить с сыном.

Созвонившись с адвокатом, я кратко обрисовываю ему ситуацию. Он просит меня не беспокоиться и не переживать зря. Просто так никто у меня детей отнимать не будет.

Но на суде их мнения спросят.

Думаю, что дочь будет на моей стороне. А вот Илюша, скорее всего пока поддержит отца. Но и с этим можно бороться.