Вся группа проверяющих смотрела на молодого мага, который от натуги весь скукожился и напрягся. На лице бедняги вздулись вены, а глаза вот‑вот норовили выплыть на площадь и покатиться в сторону созданной им воронки. Он сжал челюсти, поднапрягся, а потом одним рывком магии выдрал злополучный фонтан из земли и буквально запульнул его в портал!

Каменная махина пролетела мимо меня со свистом и с грохотом приземлилась где‑то с другой стороны. Портал схлопнулся, а бедный маг упал ничком на траву.

– Помер, что ли? – тихо осведомился Фи‑Фи, осторожно и немного брезгливо садясь на край вывороченного из земли булыжника.

– Магическое истощение, – резюмировал лорд Иврин, склонившись над своим коллегой. – Ничего, пару недель, и поправится. Главное, что подарок его величеству от мудрого Филина доставлен.

– Хорошо, есть ещё толк от вашего министерства, – благосклонно склонил голову птиц. – Пожалуй, передам от меня этому парнишке пару булочек в лазарет. Что ж, – резюмировал он, – забирайте своего товарища и уходите. Наша академия ждёт вас только в следующем году! Не так ли, леди Мальмонель? – обратился он к молчавшей во время его представления директрисе. Женщина, давно уже побелевшая от нервного напряжения, лишь кивнула. Видимо, возможность потерять лицо и престиж академии для неё было не меньшим страхом, чем для меня потерять жизнь.

Что ж… У каждого свои недостатки…

Теперь же на лицо директрисы начали возвращаться краски. А с ними невозмутимость и изрядная доля высокомерия.

– Благодарю вас, лорды, леди, – начала говорить она, с помощью брата слезая с камня, на котором сидела во время завывания магического ветра, и еле заметно отряхивая платье, – за ваш визит. Наша академия всегда рада вам!

Последовали весьма долгие и пространные прощания и взаимные пустые любезности, а я, оставшаяся без внимания, развернулась и на дрожащих ногах, лоб в лоб столкнулась с огромной ямой, оставленной фонтаном. Где‑то там в её глубине бил небольшой источник из порванной трубы, но если честно, сейчас я была не в силах обращать на это внимание. Вместо этого незаметно пробралась внутрь академии, прошла до своей комнаты и, открыв дверь, просто ввалилась внутрь, упав на небольшой половик прямо у кровати. Сил подняться уже не было. Похоже, полное магическое и физическое, да и моральное, что уж тут, истощение произошло не только у молодого мага.

Я бы так и лежала до самого утра, если бы моё бренное тело не нашёл брат директрисы где‑то через час после того, как шум во дворе стих, и все разошлись по своим местам. Если честно, Крис просто запнулся об мои ноги, до сих пор торчавшие снаружи, после чего обратил на меня внимание.

– Опа‑па, – прокомментировал он, оглядывая попавшееся ему под ноги препятствие. – Леди, вы уверены в удобности вашего положения?

– Уйди, а? – попросила я искренне, еле находя в себе силы, чтобы открыть рот. – Дай умереть спокойно.

– Э, нет, так просто умирать ещё никому в нашей академии не позволялось, – усмехнулся он, обхватывая меня руками поперёк талии и закидывая к себе на плечо, словно мешок с навозом. – Куда вас доставить, леди?

– На кровать, – булькнула я, свисая с его плеча головой вниз. – Доставь на кровать.

– Обожаю, когда женщины меня об этом просят!

– И уйди!

– А вот это не очень…

– Уйди отсюда! – простонала я обречённо. – Неужели так сложно?!

– Ладно, ладно, – ковбой со смешком перевалил меня на кровать и преувеличенно серьёзно поправил задравшуюся юбку. – Будешь мне должна, ведьма.

– Чего это?

– Как чего? Свидание! Романтика!

– Ты платишь, – пробормотала я, обнимая подушку и мгновенно проваливаясь в сон. Вот же шут гороховый! Никакого серьёзного отношения от него не дождёшься. Но, судя по тому, что в комнате стало тихо, Крис Мальмонель действительно ушёл. Я облегчённо вздохнула и наконец‑то разрешила себе расслабиться. Все остальные проблемы – завтра… А они явно будут…

На следующий день стало понятно, что проверку мы прошли лишь чудом. Потому как, когда мебель не передвигалась, закрывая все стратегически опасные места, когда сами работники академии не помогали отвлекать внимание от проблем, когда распиханные по всем углам вещи начали вываливаться из этих самых углов, валиться с потолка и выглядывать из всех щелей, стало понятно, что на уборку всего этого хлама, которым обросла академия на протяжении даже не трёх месяцев, а целого года, а то и нескольких лет, уйдёт тоже не один день.

Первым делом я вышла на улицу в надежде дойти до столовой и перекусить как нормальный человек, но, к сожалению, в этом мире меня никто не считал за нормального человека, которому требуется завтрак, потому что… я же была ведьмой! А зачем ведьмам питаться, в самом деле? Они и так как‑нибудь перекантуются.

Сейчас же на меня смотрела дыра в булыжной мостовой на месте фонтана.

Несмотря на то, что Крис вчера перекрыл воду, юный маг, прости Господи, недоучка, вырвал несчастный фонтан с корнями. А этими корнями служили как раз трубы соединения с системой водоснабжения академии, так что всю ночь в этой ямке весело плескалась вода из дыр в трубах. И конечно же никто, кроме меня, не додумался их хотя бы заткнуть. А зачем? Ведьма же придёт и всё поправит!

Так что на месте дыры сейчас было болото – купайся не хочу. Я вообще поражаюсь своим способностям обустраивать бассейны: то в чаше фонтана, то в дырах. Явно, что мне в жизни не хватало возможности поплавать – вот теперь и расхлёбываю.

Стояла, стояла… Давила из себя неведомую магию. На неё только соседние лавочки всё отзывались. А в итоге…

– Да что это за издевательство‑то такое?! – в сердцах выкрикнула и махнула рукой в сторону.

И тут полетели искры… из глаз Криса Мальмонеля, который совсем не к месту попался под руку. В прямом смысле…

– Вот это удар! – одобрил он, держась за повреждённый нос и утирая слёзы, брызнувшие из глаз. Видимо, их я и приняла за искры. – Леди, вы имеете странную склонность к избиениям. Я по вашей вине только и делаю, что получаю травмы. Если у вас такие наклонности, то может, не мешало бы к лекарю сходить? Здесь, в академии, довольно хороший специалист…

– Я тебе дам лекаря! – разозлилась я, снова замахиваясь, чтобы врезать по этой пафосной физиономии, которая на меня смотрела с явной издевкой. Цирк я, что ли, чтобы за мной наблюдать? Я выжить пытаюсь!

– Оу… – увернулся мужик, сверкая белоснежной улыбкой. – Да ты, я смотрю, и вправду злая. А что случилось‑то? Поспала вроде, поела…

– Не поела, – проворчала я, – вот только вышла из комнаты, тут же примчались поварихи жаловаться, что у них воды нет. Вот и стою…

Брат директрисы покивал и встал рядом со мной. Какое‑то время мы вдвоём глубокомысленно пялились в еле двигающееся болотце.

– Я так понимаю, исправить магией ты это не можешь? – наконец, сообразил он.

– Не могу.

– И как прибрать по‑другому – тоже не придумала?

– Нет. Я вообще не понимаю, почему это я должна решать?!

– Так ты же ведьма!

– Ещё один раз это скажешь, и я тебя в воду скину, – пообещала искренне. – И что, что ведьма? Совсем недавно я была обычным человеком. Я мебель из дерева реставрировала!

– Чего?

– Приводила снова в красивый вид старые, но очень искусные вещи, – отмахнулась я. – А потом меня без спросу закинули сюда. Разве я этого просила? Я не умею быть ведьмой! Не разбираюсь, как работает сантехника, как должны подключаться трубы. Я никогда этим не занималась, и у меня нет сил, которые по щелчку пальцев всё сами делают! Неужели у вас нет нормальных сантехников в стране? Почему такие дела кладут на плечи женщин, не спрашивая их, хотят они этого или нет?!

Крис никак не прокомментировал мою гневную речь, а только задумчиво подобрал с земли камушек и бросил в воду. Смотря на то, как по водной глади расходятся круги, он как ни в чём не бывало проговорил: