Когда подошёл вплотную, услышал шепотки множества голосов. Это были отголоски заклинаний, заложенных в рунах. Явно в создании купола участвовали ведьмаки. От этого я стал ещё сильнее волноваться. Теперь я совсем не был уверен, что у меня что-то получится.

К тому же руны могут среагировать на попытку проникновения, и тогда весь вражеский лагерь будет знать, что заявились гости. Отряд из двадцати человек не сможет противостоять сотням османов. Нужно быть осторожным. Очень осторожным и внимательным. Если что-то пойдёт не так, у Орлова и его людей должно быть время, чтобы убраться подальше отсюда, иначе… Даже думать об этом не хочу.

Я разгрёб снег у основания купола и вытащил из рюкзака пробирку. Прежде чем плеснуть бирюзовую жидкость на купол, хотел дотронуться до него рукой, но руку резко отбросило назад, поверхность вспыхнула ледяной синевой, и послышался резкий звон. Горгоново безумие! Всё гораздо серьёзнее, чем я думал.

Я замер, ожидая, что с минуту на минуту явятся проверяющие, но прошло двадцать минут, и никто не явился. Сразу за куполом по-прежнему было темно, и только вдали между огромными сугробами снега виднелись огони и люди. Сюда так никто и не пришёл.

Немного успокоившись, я решил больше не дотрагиваться до купола, а плеснуть на него «Эфирным пламенем», и будь что будет.

Выбрал место, где сугроб с той стороны не вплотную примыкал к куполу, и сначала капнул только одну каплю, прислушиваясь. Звона не последовало. Это хорошо. Я плеснул на купол остатки средства и принялся ждать.

Несмотря на название зелья, никакого пламени не было. Зелье способно разъедать магическую структуру купола, заставляя истончаться в том месте, куда оно попало. Я ожидал, что брешь появиться почти сразу, но то место, куда попало зелье, лишь поменяло цвет. Теперь оно было не мерцающим, а зеленым и будто… твёрдым? Странно.

Я осторожно прикоснулся пальцем к пятну и понял, что не ошибся. Купол, сделанный из магической энергии и заклинаний ведьмаков, стал прочным, как стекло. Неожиданно.

Что теперь? Ни с чем возвращаться к Орлову и признаться, что я не смог ничего сделать? Нет, это точно не в моих правилах. Может, попробовать «Пирсидой» растопить затвердевшее пятно?

Я уже хотел вытащить из патронташа пробирку с зельем, но тут на плече появился Шустрик, которого я отправлял на разведку. Зверёк показал мне двух дежурных османов, которые неспеша и разговаривая, приближались сюда. Чёрт! Надо действовать быстро. Если они увидят мои следы и пятно на куполе, то сразу всё поймут.

Доставая «Пирсиду» из патронташа, я нечаянно задел пятно на куполе, и оно… рассыпалось. Я замер на мгновение, не понимая, как так получилось, а потом забрался в образовавшуюся брешь и притаился за сугробом, ожидая появления дежурных.

С веселым разговором они дошли до сугробов, развернулись и пошли обратно, ничего не заметив. Дождавшись, когда они скроются из глаз, я подал условный сигнал — крик неясыти, и вскоре друг за другом из темного леса появились наши бойцы и с ними Орлов.

Как только они пролезли сквозь дыру, Орлов ещё раз повторил каждому его миссию, и маги бесшумно разошлись по лагерю. На них была одежда османский пленных, ну а простое заклинание делала их лица восточными… поэтому если их кто-то заметит издалека, то примет за своего.

Мне же было приказано дожидаться бойцов здесь, но у меня была своя цель. Ещё вчера перед сном я создал «Бальзам единства». То самое зелье, с помощью которого приручил Шустрика. Теперь же я нацелился на питомца немного покрупнее. Хотя кого я обманываю? Намного крупнее. Просто гигантского питомца.

Когда Орлов с бойцами ушли выполнять свое задание, мы с Шустриком двинулись вслед за ними. Первоочередная задача, ради которой мы явились сюда — захват высокопоставленных пашей османской армии. И я намерен помочь осуществить задуманное.

Как оказалось, османский лагерь располагался в селении в несколько раз больше той деревни, в которой находился наш лагерь. Здесь даже были двух и трехэтажные дома из кирпича. Благодаря данным разведки мы знали, что и где находится, и даже пути следования патрулей, поэтому беспрепятственно продвигались всё дальше и дальше.

Вскоре я нагнал бойцов. Они как раз решали, как устранить семерых часовых, стоящих на страже у здания, в котором проживало вражеское руководство. Больше в округе никого не было, ведь в это самое время наше войско ожесточенно наступало в этом направлении, и сотни османских воинов отражали атаки. Даже издали были слышны крики с паническими нотками.

Часовые в напряжении всматривались вдаль, туда, где происходила ожесточенная битва. Однако они продолжали следить за обстановкой вокруг здания и не забывали о своих обязанностях, обходя дозором округу. Это явно были маги, и каждый обшаривал округу внимательным взглядом, готовый в любой момент поднять тревогу. Мы все понимали, что одно неверное движение и нас заметят. Открыто сражаться с ними означало бы привлечь внимание остальных османов и самих пашей, которые не могли быть обычными людьми. Наверняка сильные маги или даже ведьмаки.

Сначала я предложил «Туман-оковы», но граф был против — слишком необычно, и точно привлечет нежелательное внимание. Неоткуда посреди зимней ночи взяться туману. Тогда я предложил ещё одно средство, но мне требовалась помощь мага воздуха — Андрея. Он с готовностью согласился.

Я смешал летучий состав «Оков» с «Пурпурным отравителем», а Андрей с помощью небольшого ветерка отправил отраву в сторону часовых. Это было совсем не подозрительно — всего лишь легкий ветерок. Часовые ничего не заметили, но когда начали падать один за другим, уже не могли сопротивляться и лишь один успел крикнуть, но его голос тут же умолк, подавленный льдом от «Ледяной пелены» из моего зельестрела.

Орлов с бойцами быстро и решительно ворвался в здание. Я и ещё два мага остались снаружи, чтобы контролировать ситуацию и не дать никому сбежать из здания.

Внутри послышались мощные удары и крики. Из приоткрытой двери повалил чёрный дым.

— Стоим! — предупредил маг по имени Теодор. — Без нас справятся.

Однако я не мог спокойно стоять, когда внутри был Орлов, поэтому отправил Шустрика на разведку.

Зверёк показал, что кое-кто из османов сопротивляется и пытается привлечь внимание армии, но большинство уже скручены и с заклеенными ртами ждут своей участи, стоя на коленях и с антимагическими кандалами на руках.

Вдруг Шустрик показал, что одному осману удалось вырваться, и теперь он продвигается к заднему выходу. Прекрасно понимая, что он может объявить тревогу, и тогда все наши усилия пройдут даром и придётся спешно спасаться бегством, я велел Шустрику задержать его и сам ломанулся в обход здания к задней двери.

Когда я добрался до двери, за ней послышался приглушенный крик. Рванул дверь на себя и увидел, что Шустрик почти придушил худощавого мужчину в белой нательной рубашке и шароварах. Он лежал на полу и сучил ногами, пытаясь разжать смертельную хватку хвоста.

Недолго думая, я выстрелил в него Оковами.

— Молодец, дальше я сам, — я погладил зверька, который вошёл в раж и не хотел отпускать добычу.

Шустрик нехотя убрал хвост и переместился мне на плечо. Я не знал, кто этот человек, но решил, что его тоже нужно взять с собой. Чем больше османов будет в наших руках, тем лучше.

Взвалил на плечо замершего мужчину, я вышел из-за угла и увидел, что друг за другом из парадного входа выводят остальных османов. Некоторые из них был избиты. У двоих сильные ожоги. Одного тащили под руки, ведь его ноги были неестественно вывернуты в коленях. Наши бойцы совсем не церемонились с османами, что вполне понятно, ведь это они ворвались на нашу землю и хозяйничают здесь. Страшно подумать, что они сделали с жителями этого поселения.

Довольно бодро мы выдвинулись в обратный путь к бреши в магическом куполе. Сначала всё шло хорошо, мы двигались тем же путём и уже знали, что находится за каждым поворотом. Но когда до сугробов с брешью оставалось всего пару сотен метров, как вдруг перед нами образовалась зеленая печать, состоящая из рун. Именно такие печати были в лесу, когда османы ставили свои ловушки.