— Ее-то зачем? — хмыкнула любящая мать. — Ирис имя не назовет. В отличие от некоторых, не буду показывать пальцем, — пальцем она не показала, но глазами меня четко обозначила, — моя дочка уже растет прекрасной милой идиоткой, у которой в одно ухо влетает, а из другого вылетает. И в отличие от некоторых, снова не буду показывать пальцем...

Жест повторился, и я протяжно вздохнула. Все шишки мне, я гадкий утенок среди идиоток-лебедиц.

А Аннабелла тем временем продолжала:

— Она превратится в чудесную жену и будет счастлива.

Прикусила язык, чтобы не спрашивать, а буду ли счастлива я. Мне казалось, что сейчас моя жизнь куда более наполнена. А выскочи я замуж за старого герцога, я могла сидеть в его далеком поместье и любоваться на сад из своего окна. Это какая же скукотища.

Колокольчик на входе зазвенел, и леди, чьего имени я не запомнила, ринулась встречать нового посетителя. Я осталась стоять перед зеркалом, вообще не интересуясь, что на мне надето.

И зря, ведь посетителем оказался главный дознаватель. Модистка привела его к нам, и старшая леди Андерсон, возможно, испытала катарсис. Иначе объяснить ее поведение я не могу. Она задергалась судорожно, потом резко рванула, силясь закрыть меня от мужчины.

— Господин Говард, негоже смотреть на свою невесту в подвенечном платье.

Дракон от такого теплого приема распахнул рот. Я, кстати, тоже, но я быстрее опомнилась. Свою семейку знаю.

— Матушка, позвольте, мы же не свадебное платье выбираем, а на бал. Оно не подвенечное.

— Какая разница? — заворчала Аннабелла. — Могла шокировать избранника и на балу.

— Господин Говард, — подскочила и Ирис, закружившись вокруг Ричарда словно юла. — А мы не представлены. Мне так жаль, что я пропустила тот совместный ужин. А вы действительно женитесь на Вивиан? А как вы пришли к этому решению? — она тараторила, забрасывая ошалевшего дознавателя миллионом вопросов.

По-моему, его уже не надо шокировать. Он не только шокирован, он еще и в панике.

— Вы нас на минутку не оставите? — обратилась к мачехе и сестре. — На секундочку.

Я посмотрела на леди Андерсон так, чтобы у той ни капли сомнения не возникло — следует ретироваться.

— Если только на минуточку, — закатила она глаза, скрываясь за тонкой, ажурной стеной, разделявшей примерочные друг от друга.

Она прижалась к поверхности, в нее вцепилась Ирис, а к ним присоединились и помощницы модистки. Впрочем, модистка тоже не отставала.

Махнув ладонью, я наложила полог тишины.

— Они всегда такие? — Ричард едва заметно вздрогнул, но и расслабился, осознав, что можно нормально разговаривать.

— Швеи? Понятия не имею, я в этом салоне в первый раз, — поправила идеально распрямленную складку на вороте платья.

Догадалась, что я вся такая распрекрасная, стою перед ним, ни одного комплимента не услышала, но отметила, какие заинтересованные взгляды бросает на меня фиктивный жених. Надо было что-то делать, и я, конечно, как любая взбалмошная кокетка, скромно понурилась.

Жаль, что до кокетки мне далеко. Мой образ портила интонация в тембре «бас».

— Как ты меня нашел?

Ричард присвистнул и вплотную подвинулся. Благодаря постаменту, где белошвейки издевались надо мной пыткой с иголками, называя это примеркой, наши лица были на одном уровне.

— Ты уехала, никого не предупредив. Между прочим, так поступать нельзя, — пожурил он меня, подняв мой подбородок одним пальцем. — Потом я отправился к леди Андерсон, а от ее дворецкого выяснил, что вы... здесь. Что, уже объявила, что я твой жених?

Прикосновение обожгло, я невольно отпрянула, не понимая, почему смущена. Боги, мы даже поцеловаться успели. Не время жеманничать.

Раздумывая, а как бы остроумно ответить, отвлеклась на посторонний шум за стенкой.

Слышать нас мои родственники не могли, но видели картинку отчетливо. Кажется, матушка испытала новый катарсис.

— Не распускай руки, жених, — вздохнула я, поймав его ладонь. — И сотри свою противную ухмылку. Если Аннабелла сочтет тебя подходящим мне в мужья, она не позволит расторгнуть помолвку.

— Вдруг я и сам не захочу? — рассмеялся он. — И почему моя ухмылка противная? Мне часто говорят, что я красавец.

— Тогда одним красавцем станет меньше, — я чуть ли не зарычала, а хотя... — А насколько ты богатый? В золоте спишь? Какие у вас, ящеров, правила насчет вдов? Что?

Господин Говард скривился.

— Тебе бы язык оторвать. Как можно рассуждать об убийствах, когда я практически позвал тебя замуж... Фиктивно, разумеется. Еще и с дознавателем. Вивиан... Если я не распознаю, что благоверная планирует меня убить, то грош цена мне, как специалисту.

— О, не бойся, — похлопала его по плечу. — Твоя репутация великого сыщика не пострадает. Я всегда беру ответственность за свои убийства... Фиктивные, разумеется, — ядовито улыбнулась ему.

Попросив мужчину вести себя нормально и не давать повода моей горячо любимой, но больно идейной мачехе ускорить фальшивое замужество, я все-таки официально представила Ричарда сестре. С Аннабеллой-то он успел познакомиться ранее.

Покупка платьев отошла на второй план. Мы спешно завершили заказ, а дракон зачем-то совершил щедрый жест и настоял на том, чтобы он все оплатил. У Ирис губа не дура, пока мы расшаркивались в церемониях, она под шумок пару браслетов к заказу добавила.

— Может, мы как-то отметим помолвку? — предложил Говард, подхватывая за один локоть матушку, а свободной рукой мою сестру. — Тут неподалеку отличное заведение.

— Право, я не знаю, — смешалась леди Андерсон, но металась недолго, точнее, совсем не металась, — да, давайте.

Я сдерживала порывы, чтобы не использовать собственный дар. Я всего-то хотела объясниться с семьей, почему буду во дворце, когда меня туда никогда не пускали, а Ричард превратил мою беседу в фарс, в спектакль. И, сдается мне, ему нравится надо мной издеваться.

— Ох, чувствую себя, как в старые времена, — краснела Аннабелла, прогуливаясь по тротуару. Прохожие вслед нам сворачивали шею, ведь многие здесь знали друг друга. — Вивиан, помнишь, как я гуляла с вами? А ты, Ирис?

Сестренка отвлеклась от созерцания красивого профиля дракона.

— Помню, а потом вы с батюшкой отвозили нас к бабушке, а она водила меня и Вивиан в тир.

Я замахала руками, чтобы показать, чтобы Ирис заткнулась. Бабуля у нас была огненная, в том смысле, что с ней было очень весело.

— В тир? — ошарашенно переспросила мачеха. — Вивиан, это правда? Боги, как? Вы же были слишком маленькими для тира.

— Ну, Вивиан было пятнадцать, мне восемь. Бабуленька водила.

— Ирис, дорогая, — больно ущипнула сестру за бок. — Что за дичь ты несешь? Никуда мы не ходили.

— Ой, да, — опомнилась она, — не слушайте меня. Сама не понимаю, что говорю, мне это приснилось.

Интуиция подсказывала, что мать леди Андерсон вскоре получит гневное письмо, где родная дочь уличит нашу бабушку, пусть та и не была моей кровной родственницей, в недостойном воспитании внучек.

Волновалась я знатно, но на самом деле повода не было. Ричард весь остаток ужина вел себя предельно деликатно, отлично уходил от настырных вопросов мачехи. Аннабелла все волновалась, что я живу одна, без присмотра, не оскандалит ли меня дракон. Он умело уводил темы, наоборот, расписывая ей, как прекрасно я заживу. А вот про мои другие несостоявшиеся помолвки, про истинность, которую испытывают крылатые ящеры, мы не вспоминали.

Вивиан

Время двигалось неумолимо, и вот, мы вчетвером въезжали через парадный вход в королевский замок. Каждый о чем-то задумался, но по лицу было возможно прочитать, какие мысли таятся в голове моих друзей и дознавателя.

Маргарита мечтала меня убить. Во-первых, она не стремилась оказаться перед ликом Его Величества. Во-вторых, она вновь опустилась до роли моей служанки. Я клятвенно заверяла ее, что убирать за мной и менять мне постель не понадобится, все сама, своими руками, но Мэгги не особенно трогали мои заверения. В-третьих, она злилась. Чем дольше я с господином Говардом, тем сильнее проявлялась метка на лопатке.