— А может договоримся по-иному? — залепетала я.

— Как? Только не предлагайте мне старый способ через постель. Я даже не имею понятия, насколько вы привлекательны.

Вот козел, еще и оскорбил.

— Что вам даст моя история? Или лицо? — не унималась я, стаскивая перчатки.

Ну все, я не просто нарушила закон, через мгновение я нападу на стража порядка. За такое могут и казнить.

— Много чего, должен же я знать, кого укрыл.

Не спрашивая разрешения, он перегнулся через плечо, хватая меня за запястье. И меня словно молнией прошибло... Как и его. Лопатку обожгло огнем, я взвизгнула, отпрянув от мужчины. А тот потер свое предплечье.

— Что это? Вы наложили на меня заклятье? — запричитала я, корчась от боли.

— Я и сам не знаю.

Он отбросил стол, и фигуры рассыпались по полу. Наклонился ко мне, сидевшей на стуле, выдохнул в лицо и... обмяк.

Свалился на пол от удара. Ему на голову рухнула тяжеленная фарфоровая ваза. Позади, зажмурившись, стояла Мэгги, удерживая в ладонях то, что осталось от посудины.

— Боги, ты бы еще позже пришла, — свободно выдохнула я, стаскивая с себя бесившую меня ткань. — Мы этого человека не убили?

Моя подруга наклонилась, проверяя его пульс.

— Жить будет.

— Ну и ладненько, — отряхнула руки.

Дотронувшись до незнакомца, я прошептала.

— Спи, не вставай до следующего рассвета. Не испытывай боли и не злись на меня. Пойми, что мне некуда было деваться.

Закончив внушать мужчине свой приказ, я забрала у служанки сверток и переоделась. С этого дня началась моя новая жизнь.

Вивиан

Я сидела и смотрела на матушку, думая, а в какой момент будет уместно ее выгнать? Я достигла совершеннолетия, зарабатывала сама, больше не нуждалась в ней, но не сказать, что она не оставляла попыток выдать меня замуж. Вообще-то, она не была мне родной матерью, она вышла замуж за отца позже, воспитала и кляла себя за это воспитание.

Где-то я ее любила, она по-отечески относилась ко мне, а где-то стоически терпела. Наши взгляды на роль женщины в мире расходились кардинально. Я считала, что обойдусь без супруга и достигну успеха, а она считала, что нет ничего важнее замужества.

Она бы от меня отказалась... Но упрямую женщину в причинении добра сложно остановить

— Вив, ты хоть понимаешь, как позоришь весь род Андерсон, — причитала Аннабелла. — Все в твоем возрасте уже обзавелись кучей детей.

— Да бросьте, — отмахивалась от нее, — не так-то я и стара, успею.

— Ага, но кто тебя возьмет с твоей славой? Ты сбежала, простите боги, от дяди короля. Уму непостижимо, как он нас простил. Потом разыграла страшное представление перед наследником Узерли.

После побега старшая леди Андерсон все-таки отыскала меня. Вернуть в дом не смогла, силенок не хватило, но новую помолвку подписала. Пришлось решать проблему радикально. Забравшись в дом к будущему супругу, я искусно отыграла роль призрака. Напустила дыму, шороху, распугала всех слуг и его родителей. А бедному жениху пообещала, что если он на мне женится, то непременно превратится в жабу.

— Я же не виновата, что он такой впечатлительный, — оправдывалась я. — Это было невинной шуткой. Как я буду жить с мужчиной без чувства юмора?

— Спокойно, в тепле и довольствии, — настаивала мачеха. — А господин Дринбоу? Зачем ему сказала, что ты оборотень?

— Технически я такого не говорила, нечего подслушивать. И где неправда? Как только узнаю о новой помолвке, снова буду выть на луну.

Следующего жениха я спугнула своим некультурным лаем во время бала. Бедолага предположил, что в полнолуние я обращусь в волка. А браки между разными представителями рас осуждались. Это, конечно, возможно... если бы я родилась зверем, но я-то не родилась. Вот простофиля.

— А молодой Леррой? Запугала его своими ядами.

Я закатила глаза.

— А что я такого сделала? Спросила, как он относится к тому, если в спальне будет стоять котелок, и можно ли пробовать на нем новые рецепты. Но я и Мэгги всегда сначала противоядие готовим.

— Вив, ты неисправима. У тебя остался последний вариант. Ты хоть в курсе, как тебя называют в свете?

В свет я не выходила три года, так что понятия не имела.

— И как? — устало взглянула на родственницу.

— Несчастливой Вив, — поторопилась она объявить. — Ни один порядочный мужчина на тебя не позарится.

— То есть, мой последний шанс, он непорядочный? — приперла ее к стенке.

— Нет, какая глупость, — поджала губы возмущенная леди Андерсон. — Я же тебя не на плаху веду, он просто старше.

— А насколько старше? — подозрительно прищурилась я, слишком матушка нервничает.

— А тебе-то что? — вызверилась она. — Даже яды пробовать не надо, быстро избавишься.

— Какая вы затейница. Не думала, что обречете старика на быструю смерть.

— С тобой и молодой моментально постареет. Придешь на прием?

— Нет, простите, — я замотала головой. — Я люблю и ценю вас, очень скоро навещу, но светские приемы я не посещаю. Вам полезнее отречься от меня.

— И забыть о хорошем браке для твоей сестры, — осунулась женщина. — Ладно, вернемся к этому разговору позже. Я вижу, что ты не в духе.

В некоторой степени я жалела мачеху, она страдала после смерти отца и всецело занялась его дочерьми. Но я выросла упрямой, а моя младшая сестренка Ирис, наоборот, покладистой. Правда по одинокому мнению мамы. Матушка и ее выдаст замуж, едва ей минет шестнадцать лет. А я подобной участи Ирис не желала. Планировала заработать денег и выкупить опекунство у Аннабеллы.

Мне было легче, чем сестренке. Она тоже была магом, но менее одаренным, чем я. Мне достался шикарный дар, умение, которое я всячески культивировала, взращивала в себе. Впервые я его почувствовала на несостоявшейся свадьбе.

Дотронувшись ладонью до жениха, я в слезах бросила, чтобы он ушел. И он ушел. Ошалев, я в тот день коснулась всех гостей и стражников, чтобы они убрались куда глаза глядят. Как я изумилась, когда они меня послушались. Это было своеобразным проявлением менталистики. Мысли чужие я не читала, но заставить что-то делать могла.

Позже я натренировалась до такой степени, что мои приказы выполнялись беспрекословно. И на такое количество времени, которое я укажу.

Я могла бы жить припеваючи, ничего и никого не бояться, но я знала, что когда-нибудь за мной явится ОН.

Он — это дракон, который неосторожно меня приютил во время побега. Сыграл со мной в шахматы, попросил свой приз и пострадал от руки моей, не в меру ретивой, подруги. Я узнала, что он дракон позже, обнаружив у себя на лопатке метку истинности.

Помню все, как вчера.

— Нам капец, нам капец, — взрывался Крис, взъерошивая непокорные волосы. — Ты не могла сделать так, чтобы крылатый тебе не касался? Он же дознаватель.

— Метка, значит, — шмыгнула я носом, — и пусть.

— Это не пусть, — возмущенно задохнулась Маргарита, — драконы могут почувствовать истинных, когда ты окажешься вблизи. И что нам делать? Ты ведь не хотела замуж.

— Тем лучше, — любовалась я рисунком в виде виноградной лозы, — при всем желании, мне уже не выйти замуж. А тот бедолага, и сам не захочет. На кой ему невеста, которая его провела. Гордость драконов всем известна.

— Зря ты так, — не верила в меня Мэгги, — рано или поздно все вскроется.

В общем, своеобразную прививку от замужества я получила. И не могу сказать, что наличие метки истинности меня расстраивало. Прошло не меньше четырех лет, а тот дракон не объявился.

— Мэгги, — позвала подругу, — Мэгги, кто у нас сегодня по записи?

Наше дело процветало. Получив передышку, осознав, в чем мы лучшие, мы условились с моей наперсницей, чем именно хотим заниматься. У нас идеально выходило избавляться от неугодных женихов. Кто-кто, а «Несчастливая Вив» понимала в этом толк.