— Откуда столько?
— Наберётся со временем. Сейчас ещё мало людей, дальше больше. И заражённых больше. Что касается Гранитного, то он расположен прямо на линии миграции орды из Пекла. Иногда они севернее забирают, но раз в десять лет обязательно по стабу идут.
— Откуда ты всё знаешь? — подозрительно уставился на меня Прапорщик.
— Потом расскажу. Собираться надо. Поедем на двух броневиках, раз у вас свой транспорт есть.
— Вот бы долететь туда, как нолды. Мне померещилось или я впрямь их челнок видел в скале?
— Видел, но сейчас пока не надо его светить. Соседи небо контролируют, собьют. Пусть поостынут немного, они недавно от нолдов по рогам хорошо получили. Те вернулись и отомстили, так что сейчас все раны зализывают, но с людьми опасно летать. Могут всех порешить, низом пойдём. Ты же не хочешь гробануться на скалы?
— Нет, спасибо. Уже видел, как транспортники в Афгане падают. Салабонов ещё везли, после учебки только. Все груз двести.
— Я о том же. Не будем рисковать.
— А червяки как же? — вспомнил Прапорщик.
— За них не беспокойся.
— Мыргл! — откуда-то сверху упал Фельдшер. — Ырг!
— Ой, мать моя женщина, опять он, — Прапорщик отпрянул и опрокинул стул.
— Привыкай, он не тронет. Если так шарахаться не будешь, а то нервы у него тоже не железные. Да, Юра?
— Аргх! — лицо Фельдшера исказила гримаса, напоминающая улыбку. Но уж слишком страшную.
— Юра? — Прапорщик сел на стул и перекрестился. — Вот блядь, знал бы ни за что сюда не поехал.
— Здец, — расстроился Фельдшер и вытащил из кармана кусок вяленого мяса и начал его грызть.
— Да ты не серчай, я просто ещё не видел говорящих зверушек, — успокоил его Прапорщик. Фельдшер злобно взглянул на него, но ничего не сказал.
— Он всё понимает. И его зовут Фельдшер или Юра. Не советую его иначе называть, могу не успеть, — предупредил я суеверного Прапорщика.
— Всё, всё, молчу, я никак не привы… — в коридоре послышались женские крики. В зал влетела Соня. Она тащила за волосы Ракету, находившуюся без сознания. Девчонка явно только что от папаши Каца. Блузка полностью расстегнулась, обнажив шикарную грудь, которой у Ракеты отродясь никогда не было. Да и сама фигура претерпела изменения. Глаза Сони пылали праведным гневом. Намотав на руку волосы Ракеты, она тащила бесчувственное тело по полу. И бросила мне под ноги. Позади них понуро плёлся папаша Кац, всем своим видом раскаивающийся в содеянном. Последними в зал вошли Лиана и Рейко о чём-то шептавшихся. Рейко внимательно слушала рыжую и делала изумлённое лицо, открывая рот от ужаса, а в её глазах играли черти. Лиана просто ржала в своей манере не в силах остановиться. Понятно, Изю застукали на горячем. Кстати, со мной могло произойти тоже самое. Ракета будет молчать, но шанс проколоться есть всегда.
— Вот! — заявила Соня, пнув бесчувственную Ракету ногой. — Какая блядь у нас здесь завелась, Женя!
— Ой, — театрально охнул Прапорщик и схватился за сердце. — У нас в Гранитном каждый день такие истории происходят. Делать нечего, только этим и занимаются.
— Обязательно надо к вам съездить, — кивнул я.
— Нам что своих мало? — заорала Соня. Фельдшер посмотрел на неё искоса и отодвинулся, чем вызвал немой вопрос у Прапорщика. — Эта сучка на Изю набросилась, стоило ей только очнуться!
— Ты убила её? — хороший дар, жалко.
— Нет, не я это. Он, — кивнула на Изю. — Живая, лярва.
— Тогда рассказывай. По порядку, — вокруг нас уже образовался круг заинтересованных зевак.
— При них? — она кивнула за спину не оборачиваясь.
— Ой, Соня, ну ты как первый день здесь. Двадцать лет за плечами, а всё как первоклассница, — подбодрила её Лиана. — Всё уже и так знают, что Изя морально не устойчив. Ракета и до него с тремя одновременно крутила. Это Улей, детка!
— Откуда все знают? Благодаря вам? — Соня в ярости сжимала и разжимала кулаки.
— Нет, что ты. РА рассказал.
— Его ещё не хватало, — совсем расстроилась девушка.
— Командир, я могу рассказать, надо? — послышался голос с потолка. Прапорщик покрутил головой и опять перекрестился.
— Давай. РА, беспристрастный арбитр. Не соврёт.
— У профессора Каца сегодня была намечена плановая операция по изменению фигуры гражданки Ракеты. Я один видел, как она готовила живчик и добавила туда раствор синей жемчужины, — сдал её с потрохами искусственный интеллект. — Фляжку она взяла с собой, а обычный живчик оставила в комнате.
— Вот же жаба вислогрудая! — воскликнула Соня. Изя понуро стоял рядом.
— Уже нет. Наш гениальный хирург приподнял её молочные железы и увеличил в соответствии с просьбой пациентки. Они теперь у неё как две большие спелые дыни…
— Дальше! — потребовал я. Прапорщик ухмыльнулся в усы.
— Ага, значит дальше. После того как Изя поправил гражданке бёдра и кости таза, она очнулась! — здесь РА выдержал многозначительную паузу. — Пациентка попросила живчика. Папаша Кац дал её свою флягу, но она предложила пропустить по стаканчику из своей. Ну и дальше раствор синей жемчужины подействовал. Профессора увлекло в пучину страстей, и он потерял контроль над своим телом и головой. Ещё немного бы и Ракета стала второй женой папаши Каца!
— Замолчи ты уже! Дальше всё понятно, но тут к нему в «операционную» вошла я! Изя обещал мне, что эта сучка будет под гипнозом и ничего не почувствует, то есть не будет пристава… В общем понятно. И что я вижу, Изя? Лохматого знахаря с капающей на пол слюной, срывающего с себя одежду и собирающегося запрыгнуть на Ракету, так приглашающе раздвинувшей ноги? — зарычала Соня. — Слюни до пола, глаза горят…
— Так это ты её приложила?
— Хотела, но она тут же поняла, что я собираюсь её грохнуть. И парализовала меня быстрее, чем я добралась до неё, представляешь? Изя, убери ей всё назад, а лучше сделай из неё уродину! — топнула ногой Соня.
— Но как же это… — знахарь растерянно посмотрел на меня.
— Это уже плохо. Использовать дары на своих запрещено, — констатировал я.
— Она что парализовать может? — ужаснулся Прапорщик.
— Да, Прапорщик. И не только, даже убить при желании. Так и останешься стоять столбом с остановленным сердцем, — буркнула недовольно Соня. — Она меня убить хотела! Меня спас Изя, он моментально отключил её, но, Жень, это уже перебор. Что делать будем?
— Что здесь делать? Как с Иштар, Лесник! — внёс предложение папаша Кац. Лиана непроизвольно вздрогнула. — Я закодирую её, чтобы она не смогла применить свой дар на нас, иначе её придётся убить. Жалко, такое тело получилось.
— Слюни подбери, Изя! Я что хуже? — Соня выставила вперёд свою внушительную грудь.
— Нет, Сонечка. Ты самое лучшее, что у меня вообще когда-то выходило. Я просто говорю, что она неплохо вышла. И литон не понадобился.
— О, боже, я и забыла. Нолды нам, конечно, такое подкинули. Блядь из литона и атомным реактором в башке! Сделай из неё овощ, и тогда ладно, живи. Будем считать тебя отравили, но, Изя, гляди у меня. Кодируй её, а заодно, чтобы она даже подумать не могла о тебе… и Леснике!
— О, мать, это верно. Тянет девку на подвиги, а потом скандалы в коллективе, — закивала Лиана.
— Я думаю, что мы их избежим в скором времени. Вот познакомьтесь, кто не знает, Прапорщик из Гранитного. Они просят помощи в проводке каравана к нам в Вавилон. Их там триста душ, так?
— Чуток поболе, ну да около того, — крутанул ус бравый вояка. — Перезагрузка коридора, соединяющего Гранитный и ваш стаб прошла два дня назад. Так что в нашем распоряжении дней десять.
— Тогда слушай приказ по части. Завтра утром выходим на двух броневиках. Первым управляет папаша Кац, Соня за стрелка. Вторым я, Лиана за стрелка. Ракета пусть отдыхает после операции. С нами Чукча, Рейко, Прапорщик.
— Мыргл? — раздалось из-за спины возглас Фельдшера.
— Куда же без тебя. Остальные сидят в Архиве, вяжут носки и ждут нас. Подготовить комнаты для будущего личного состава, все должны уместится.
